Читать книгу Мир 2070 года. Фантастика с эротикой и экологическим подтекстом в трех томах - Иван Владимирович Шульга, Иван Владимирович Старостин - Страница 4

Сцена 1: Два мира, одна Карина.

Место: Нижний ярус города, дождевой бар «Атмосфера» с запотевшими окнами, за которыми клубится вечный смог.

Действие: Лекс встречается с Кариной. Она – полная противоположность Марине: яркая, стремительная, одетая в аутдор-одежду с элементами киберпанка. Ее инструменты – не скафандры, а скремблеры связи и доступы к «теневому» сегменту Сети. Она показывает Лексу данные: финансирование запуска «Ангары» шло через цепочку офшоров и в итоге упирается не в горнорудный концерн, а в «Фонд стратегической стабильности» – легальное прикрытие «Лиги Стальных Орлов».

Диалог: «Они не просто вредят, Волков. Они инвестируют в вред, – говорит Карина, тыкая пальцем в голограмму. – Смотри: у них пакет акций в фармацевтических компаниях, производящих кремы от радиации и лекарства от рака кожи. Они создают спрос на лечение болезней, которые сами и провоцируют. Это бизнес на конце света». Для Лекса это открытие становится шоком. Враг обретает чудовищные, рациональные очертания.

Линия Карины: Мы узнаем ее мотивацию. Ее младшая сестра умерла от редкой формы меланомы, вспышку которой эпидемиологи связали с «озоновой ямой» над их городом, образовавшейся после серии учебных запусков десять лет назад. Ее расследование – это месть.

Сцена 2: Технический разбор полетов и чувств.

Место: Кают-компания дережабля поздно вечером.

Действие: Лекс и Марина вынуждены взаимодействовать для составления официального отчета о повреждениях мембраны. Их диалог сначала сухо-технический, но напряжение висит в воздухе гуще земного смога.

Конфликт: Марина обвиняет проект Лекса в хрупкости: «Твоя биология не выдерживает столкновения с реальным миром. Нужны щиты, законы, санкции, а не живая слизь». Лекс парирует: «Ваши законы и санкции они обходят одной взяткой. Моя «слизь» – это попытка дать планете шанс залечить себя самой. А вы хотите только консервировать рану!»

Прорыв: В пылу спора Лекс не выдерживает и рассказывает о находке – дневнике отца. Он не планировал этого, это вырывается само: «Он знал, Марина! Он все видел и все равно сел в ту ракету! Как после этого верить в вашу «стальную» логику?!» Марина замирает. Впервые она видит не озлобленного фанатика, а раненого мальчика. Ее голос теряет сталь: «Иногда… солдат идет на смерть не потому, что верит в приказ. А потому, что не может подвести тех, кто уже погиб за эту иллюзию. Твой отец, «Орлы»… они в плену у памяти о своих павших». Это момент тонкого, хрупкого понимания.

Сцена 3: Свидание с прошлым.

Место: Заброшенный музей космонавтики на окраине города, куда Лекс приходит по старой привычке.

Действие: Среди покрытых пылью макетов «Востоков» и «Союзов» он неожиданно сталкивается с Виктором Крушинским. Тот пришел один, без свиты. Он кладет у подножия макета «Бурана» скромный букет полевых цветов (редкость в их мире).

Диалог-поединок: Крушинский не оправдывается. Он говорит как жрец умирающей религии: «Я любил твоего отца как брата. Он был лучшим из нас. И знаешь, что он сказал перед последним запуском? «Человек должен касаться звезд, иначе он сгниет здесь, в грязи своих страхов». Ты борешься с ветряными мельницами, мальчик. Твои дережабли – это прекрасный санаторий для умирающего. А мы пытаемся найти лекарство. Пусть и рискованное».

Ключевая фраза: Крушинский, уходя, оборачивается: «Спроси свою пилотессу, почему она действительно ушла из ВКС. Не из-за вредности запусков. Из-за одного маленького, несостоявшегося полета, который ей не доверили». Он оставляет Лекса в раздрае. Враг обрел человеческое лицо, и это невыносимо.