Читать книгу Неправильный попаданец. Книга 1 - Катэр Вэй - Страница 5
Глава 4
Оглавление«Милый ребёнок, виноват в чём?»
«Мама!» – всё, что ответил мальчик, а моё сердце сжалось – своей матери я не знал.
«Ты винишь кого-то конкретного?» – начал я проработку сокамерника по сознанию.
«Маг!»
«Имя?»
«Не знаю».
«Варианты?»
«Не знаю», – совсем по-детски расстроился Петя, а его голос наконец-то стал нормальным.
«Я не против тебе помочь, но чтобы что-то получилось, у нас впереди много свершений и проблем».
«Каких?» – Парень совсем поник.
«Даже если мы сейчас найдём мага, как его гасить?»
«Не знаю…»
«Я тоже. Я вообще из мира, где магии нет. Представляешь?»
«Не-а! – интерес проклюнулся у парня. – Это как? Как вы там живёте?»
«А вот так. Но это всё фигня, давай разберёмся с нашими монашками».
«С кем? – Голос почти смеялся. – Мошонками? Ха-ха-ха».
«С этим отдельная эпопея. С делами насущными. Ты же местный. Обучи меня всему, что знаешь. А то нас сейчас любой калека забить сможет».
«Да куда там! Я по силе – как любой взрослый. Сила-то проявилась», – с нескрываемой гордостью произнёс парень.
«Даже так?! – задумался я. – Вот почему мне в целом становится лучше и лучше и двигаться легче и легче. Ты просто нас в зеркале не видел».
«Покажете?» – с надеждой спросил Петя.
«Ох, братец, покажу, но лучше тебе этого не видеть».
Я вспомнил, что вчера, шарахаясь по филиалу мирового бомжатника, видел зеркало. Оно было на дверце шкафа, которая валялась в одной из комнат. Когда я уже шёл по дому, Петя в моей голове охал и ахал. Мне его стало откровенно жалко – видеть отчий дом в таком состоянии. К тому же для него прошёл едва ли день.
Когда я молча поднял дверцу шкафа с пола и уставился на своё отражение, в голове раздался душераздирающий вопль. Морально я был готов к этому. Но не стал отводить взгляд, как и закрывать глаза. Напротив – приставил зеркало к стене, освободив руки, и начал тыкать в себя, доказывая, что это не маска, а реальность.
Мальчик в голове кричал, потом плакал, потом шмыгал носом. Позже рычал и явно мысленно убивал всех причастных. Я ждал. В таких ситуациях надо сразу показать, что ты не враг, иначе потом будет тяжело. Пусть ему сейчас больно, обидно и страшно, но я говорю ему правду. Я его друг.
Да, есть немалый шанс, что он свихнётся. Ходить с психом в голове – то ещё удовольствие. Но риск – дело благородное.
«Хватит! – крикнул Петя. – Отвернись. Не хочу больше это видеть».
«Тоже мало желания, но надо привыкать», – сказал я и отвернулся.
«Что теперь?» – Парень ещё шмыгал носом, но уже пытался размышлять.
«Вопрос отличный. Я пока…»
Мой мысленный диалог прервал истошный писк хомяка. Вначале я хотел послать пушистую тварь ко всем хомячковым матерям, но всё же решил подойти к окну. Грызун неистово прыгал на подоконнике и тыкал пальцем куда-то вдаль. Из-за резкой смены собеседника и плохого синхронного перевода произошла заминка. Когда же смысл писка хомяка до меня дошёл, я слегка подзавис.
– Уверен? – переспросил я хомяка.
– Пик-пук! – поставил руки в боки хомяк.
– Я тебя на швабру надену, у меня в башке ребёнок живёт, базар фильтруй.
– Пи-пи-пип-пип-пи-пук-пок!
– Уверен?
– Пик-пук?!
– Где моя швабра?
– Пи-пи!!! – замахал хомяк ручками-лапками. – Пиууу-пок-оп-пи. Пип-пи-по-пу.
– Завязывай с такими привычками. Где мачете? – оскалился я, счастливый. – Надо же проверить. А вдруг тут не просто магический мир? Может, тут ещё и уровень качать можно?!
– Пи-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и… – обречённо простонал хомяк, покрутив пальцем у виска.
Я его уже не слушал, двигаясь к двери, словно горная лань – только старая, раненая, с ДЦП, которую месяц били током. От этой мысли в голове хихикнул паренёк, отчего я икнул. Делить голову с малолеткой – то ещё удовольствие.
Неправильный я какой-то попаданец. Попал в тело, мягко говоря, не первой кондиции. Компаньон – хомяк-садист-бунтарь, а в башке сидит хозяин тела в возрасте семи лет. Трэш!
Я открыл дверь, и до меня донеслись отдалённые крики. Улыбка сама собой вылезла на лице. Я вспомнил своё отражение, представил эту улыбку на том ужасе – и сразу стал серьёзным. Но предательская слюнка успела упасть мне на ногу.
– А где ботинки взять? Пофиг, буду босеньким.
Мачете нашлось быстро. Только я собрался двигаться к выбитой калитке, как меня осенило: «Что я за рыцарь без щита, епона мама!» Память Петрушки-Пети, как и его подсказки, помогла быстро найти искомое.
Огроменная кастрюля в сарае мне была не нужна, а вот крышка от неё – самое то…
– Утро-о-ом-м-м… По грязной тро-о-о-пи-и-инке-е-е… – голосил я дурным, ужасающим голосом. – Медле-е-е-нно-о-о брё-ё-ёл сла-а-а-авный геро-о-ой… – Хомяк еле успевал за мной, хотя я шёл не торопясь, экономя силы. – Бы-ы-ыл он взъе-е-еро-о-ошен, с седо-о-ой го-о-оло-о-ово-о-ой… – Петя в моей башке умолял меня заткнуться. – И у-у-улы-ы-ыба-а-ался-я-я… – Мне казалось, что хомяк снова сдохнет, в этот раз уже от смеха. – По по-о-о-олю он бе-е-егал, по ле-е-есу-у-у… – выл я, плюясь слюной. Что поделать? По-другому я просто не мог. – Пото-о-ом и к ручью-ю-ю… – Вот уже и перекричать крики людей не получается – я близко. – Хо-о-отел он поймать быстру-у-ую мо-о-олни-и-ию-ю-ю!!!
Я ударил мачете по своему щиту, ознаменовав окончание выступления. Как по волшебству, из дома на дорогу вывалились некто. Гоблины классические – ну не знаю, что-то в них было от гоблинов. Вот только цвет фиолетовый. Из жопы торчит хвост, чем-то напоминающий кошачий, с прямым жалом на конце.
Твари тащили тело какой-то женщины. Признаков жизни – ноль. Собственно, со вскрытым животом жить сложно. Я критически оценил обоих моих новых знакомых. Они оценили меня – и уронили тело на землю. Желание качаться сразу пропало.
– Уважаемые, предлагаю сесть за стол переговоров! – настоятельно промямлил я, делая шаг назад.
Первая тварь кинулась довольно стремительно ко мне, но в метре замерла, наклонилась, и хвост-жало выстрелил в цель. Мои рефлексы… Как же я рад, что они становятся всё лучше и лучше! Закрыться полностью я не успел, но жало отклонил в сторону щитом.
– Никогда не поздно преломить хлеб, – повторил я попытку.
– Скр-р-ре-е-е… бр-р-р… – прострекотало существо.
«Так, они не безнадёжны. Осталось найти переводчика!»
Теперь атаковали они сразу вдвоём. Первый прыгнул вперёд и попытался ударить лапой мне по ногам. Когти, кстати, как у медведя. Мачете пробило руку твари, пригвоздив её к земле. Второй хлестнул хвостом, но я прикрылся щитом. Щит пробил защиту и остановился в паре сантиметров от жирного тельца. Капелька слюны упала на кончик жала – и оно тут же начало дымиться.
Стрёмное существо что-то проскрежетало и выдернуло жало из щита. Но тут же пригвождённый к земле уродец выстрелил в меня своим хвостом. Едва я успел подставить под этот удар щит и капнуть слюной на жало второго, как ощутил боль в плече.
Первый гадёныш меня достал. Я не тянул двоих…
– Хомяк? Ты помогать будешь? Нет? Ты помнишь? Ты и я! Вместе до смерти – и все дела.
– Пи-пип-пи.
Я ничего не ответил этому матюгливому животному – просто не было времени. На меня наседали: уколы хвостов и удары лап. И тут до меня дошло: моя слюна! Я мощно вдохнул, после чего собрал всё, что плескалось в носу. Судя по всему, Петрушка болел – собралось, думаю, граммов двести, не меньше. После чего я, внук ворошиловского стрелка, совершил прицельный выстрел.
Оказывается, мой рот прекрасно приспособлен к стрельбе: я заляпал всю рожу фиолетовому ублюдку. Как он завыл! Это была прямо музыка для моих ушей.
Оставшись один на один со вторым – между прочим, раненым – врагом, я стал чувствовать себя увереннее. Хотя тельце начало потихоньку сдавать.
– Скр-р-ре-е-е… бр-р-р… – застрекотала тварюга.
– Надоел, уродец. Будешь у меня скребером, понял? Ходи сюды, научу тебя родину любить.
Скотина будто меня поняла и опять выстрелила хвостом. Щит уже был похож на решето, но я твёрдо решил, что это последняя дырка в моей защите. Я чуть отвёл щит, чтобы скребер сразу не смог выдернуть хвост, и одним ударом отрубил ему жало.
Тварь заголосила, а вот вторая почему-то затихла. Я бросил короткий взгляд и поспешил отвернуться: злобный хомяк полосовал длинными когтями уже мёртвое тело. Мясник, а не хомяк. Ужас какой-то – быть его врагом никому не пожелаешь.
Тем временем раненый скребер кинулся в последнюю атаку: глупую, прямолинейную. Жаль, тело уже устало: я просто физически не успевал отойти вбок. Пришлось падать на спину, выставляя щит и меч перед собой. Животное пролетело надо мной, лишь задней лапой зацепившись за мачете.
Совсем небольшой разрез красовался на правой его лапе. Зато я успел плюнуть ему прямо в пузо. Не так смачно, как первому в рожу – гайморит ещё не восстановил ресурсы в носоглотке, – но плевок тоже получился знатный.
Зверь – а иначе его не назовёшь – начал разрывать себе живот. Он дымился и шипел. Я хотел резко подняться и добить бедолагу, но тело со мной было категорически не согласно. На выручку пришёл адский хомяк.
Хотя, судя по всему, скребер был очень занят и не собирался дальше сражаться со мной. Хомяк не оставил ему ни единого шанса, стремительно подскочив сзади и вскрыв ахиллесовы сухожилия – сразу на обеих ногах. Меня передёрнуло. Скребер завыл пуще прежнего, а я начал потихоньку вставать.
Хомяк развивал успех. Жопа существа оказалась ниже, чем запланировала природа, и мой Пушистик одним движением отрубил вражине хвост. А потом, как заправский альпинист, начал восхождение по спине противника.
Причём в качестве ледорубов и кошек он использовал когти – оказалось, он мог выпускать их, как кот. Забравшись на плечо твари, хомяк выдал радостное «пип», после чего вскрыл скреберу глотку от уха до уха.
Я успел встать на ноги, и тело существа упало. Хомяк спрыгнул в последний момент, совершил два переката и остановился в метре от меня.
– Пушистик! Да ты маньяк! Так отделать невинную скотинку!
– Пиу-пиу-пи.
– Да, дохленький я пока что, – с грустью отметил я. – Кстати, о птичках: валить надо. Прокачка не идёт. Тебе, случайно, опыта не насыпали? Так-то это ты всех завалил.
– Пи-и-и… – Хомяк покрутил пальцем у виска, а второй лапой дал себе по лицу.
– Ладно тебе. Понял, понял, не дурак. Дурак бы не понял.
Только я собрался в бодром темпе делать ноги в обратном направлении, как тут как раз попутчики нарисовались – видимо, за ними кто-то гнался. Самое время убираться подальше, но не тут-то было. Меня привлёк странный свет. Едва различимый, он исходил из вскрытой шеи скребера.
Я перевернул тушку – что было непросто – и присмотрелся. Отсюда свет казался ярче, но всё равно совсем слабый. Если бы не пасмурная погода, я бы его и не заметил вовсе. Брезгливости во мне отродясь не было, так что я полез в рану. Уже через пару секунд, когда мимо пробегали люди, с ужасом глядя на дела рук моих, я что-то нащупал.
Какой-то маленький шарик. Совсем крошечный – как две спичечные головки. Разглядывать его дальше я не стал: что-то мне крайне не нравился раздающийся стрёкот за спиной. Да и хомяк опять истошно верещал и тыкал кривой лапкой в ту же сторону.
Оборачиваться я не стал, просто сорвался с места. Точнее, я так хотел думать. Битва меня утомила, так что перемещался я крайне неспешно.
– Гляди! Писюн с мечом! Ха-ха-ха! – Голос за спиной был весел, а вот лицо перекошено от страха.
Я узнал этот голос. Он принадлежал одному из тех, кому я набил морду в ночь появления. Уродец догнал меня и сбил с ног. Уронить такую тушу, как я, крайне легко, а вот подняться сложно. А главное – больно.
Судя по ощущениям, лицо я свёз капитально, как и выпавшее из-под рубахи пузо. Было крайне обидно, захотелось плакать. Я встряхнул головой. Опять малыш внутри меня захватил моё сознание.
– Петрушка, блин горелый… – раздался надо мной незнакомый женский голос. Кто-то схватил меня за руку и попытался поднять. Правда, эта помощь лишь мешала: сил у помощника явно не хватало, а опору в виде левой раненой руки я потерял. Чертыхаясь и ругаясь на чём свет стоит, меня всё же подняли.
Когда я наконец смог увидеть что-то кроме земли, мои мысли улетели в далёкие дали. Девушка была прекрасна: худенькая, стройненькая, 90–60–90, 3-й размер – всё как я люблю. Блондинка, волосы распущены до лопаток. Лицо львицы со слегка вздёрнутым носиком.
Всё это крайне диссонировало с тем, что она решила помочь мне, убогому. Таких обычно хрен завоюешь, хотя чаще всего такие и оказываются пустышками. Мы встретились взглядами, и она легонько улыбнулась.
– Идти можешь? – Мелодичный голос – я аж поплыл.
– Бевыв, бевыв… – моё «бежим» не понял даже я. Язык отказался слушаться.
Девушка ещё сильнее заулыбалась, и мы пошли вслед за убегающими селянами. Двигались мы крайне медленно – даже для меня, что стало настораживать. Крики, шум и вопли постепенно стихали, а мы всё шли.
В какой-то момент я начал пристально всматриваться в окружение. Села я не знал, но точно помнил: пробежал четыре дома, после чего перешёл на шаг и, напевая, прошёл ещё пять. Мы же миновали уже полтора десятка домов, а моего всё ещё не было видно. Как и выхода из села.
Птицы перестали петь, вообще исчезли все звуки, а девушка стала преображаться. Из почти девочки она начала взрослеть: прибавила в росте, увеличилась в груди. Лицо из слегка дерзкого превратилось в насмешливо-высокомерное. Цвет волос сменился с белого на ярко-зелёный. На голове появился тоненький золотой ободок. От платья практически не осталось и следа: теперь это было скорее секс-бельё, причём очень вульгарное.
Я отвёл взгляд, чтобы осмотреться, но мы уже вышли за пределы села. Вокруг простиралось белёсое ничто. Я покрутился вокруг своей оси, после чего уставился тупым взглядом на властную женщину. Хомяк подёргал меня за штанину, и я посмотрел вниз.
– Пипеп? – Такой обречённости в его голосе я ещё не слышал.
Я лишь пожал плечами и вернул взгляд на женщину. Та не спешила начинать диалог. Она щёлкнула пальцами – и в пустоте появился довольно вычурный трон. Я аж скривился: так давить пафосом на людей – глупо. Заранее указывать человеку на его место означает, что переговоров не будет. Будет ультиматум.
Я ждал… ждал… и ждал…
– Совсем не интересно? – наконец не выдержала она.
– Ой, здравствуйте. Я вас даже не заметил, – решил бить я в самое важное для любой девушки – внимание к ней.
– С огнём играешь, Толя! – не столько пригрозила, сколько предостерегла дама.
– Хотела бы убить, не стала бы с земли бренной поднимать, – крайне пренебрежительно ответил я. – Моё имя ты уже знаешь. Сама не представишься?
– Зови меня Дианой. – Зеленоволосая задумалась и добавила: – Или просто Ди.
– Миленько, просто Ди. Чему обязан?
– Это всё, что тебя волнует?
– Есть ли жизнь на Марсе? – максимально серьёзно спросил я.
– Страх за шутками прячешь? – ухмыльнулась она. – Нет!
– Что «нет»? – совершенно потеряв нить разговора, переспросил я.
– Ответ на твой вопрос: на Марсе жизни нет. – Ди была максимально серьёзной. – Следующий вопрос.
– Я вот боюсь, что бесплатная демоверсия «вопрос – ответ» закончилась. А платная подписка мне не нужна, спасибо. А где выход?
– Боюсь, что нам всё же придётся поговорить.
– Может, не надо? – с надеждой спросил я.
– Надо, Толя, надо. А раз ты не хочешь играть по правилам, придётся чуть по-другому. Я – одна из двадцати семи богов-покровителей этой планеты. С недавних пор нас официально стало двадцать восемь. Угадаешь, из-за кого?
Я притворился шлангом.
– Хорошо, так и быть, продолжим. Тринадцать лет назад у мальчика, в чьём теле ты находишься, пробудился дар. Дар редкий и могущественный настолько, что смог породить нового бога. Уничтожить дар без смерти носителя практически невозможно. Да и мастера под рукой не оказалось – маг-недоучка, но исполнительный. Он запечатал его силу…
– Ценой сознания! – не выдержал я. Петя внутри бесновался, как раненый зверь. – Милосерднее было бы его просто убить.
– Мы не можем убивать. Даже чужими руками. Напрямую.
– А если я в тебя плюну? – прищурился я.
– Но можем сделать жизнь крайне интересной, – прищурилась Ди в ответ.
– Ага, прям как джинн из сказки. А три желания будут?
– Всё будет. Слушай дальше: мальчик должен был погибнуть, а новое божество – вновь уснуть. Но случился ты. Грани миров истончились, и по причине, мне пока не ведомой, тебя закинуло в это тело.
Бог полностью проснулся и набирается сил. Магия, которая в тебе находится, крайне опасна и непредсказуема. Она может свести с ума.
– Зачем ты всё это мне говоришь? Хочешь, чтобы я самоликвидировался? – Всё же втянула меня зеленоволосая бестия в диалог.
– Был бы неплохой вариант буквально час назад. Но… Уже поздно.
– Поздно для чего? Достала со своими загадками. Говори прямо!
«Раз убить не может – будем борзеть. Мне тут не нравится. Домой хочу, к маме…» – Дьявол, опять Петя лезет в сознание.
– Те существа, которых ты убил, – из других миров. Появившись у нас, ты открыл сюда путь. Как маяк или как магнит. Нашу планету притянуло к паутине миров и вселенных.
– И что, грохнуть меня – не вариант? Чтобы всё закончилось? – Я искренне недоумевал: уничтожь человека, создавшего проблему, – и проблема решится сама собой.
– В миропорядке есть непреклонный закон: лишь тот, кто что-то создал, может это уничтожить…