Читать книгу Невероятные создания. Сфинкс, дракон и девочка с птицей - Кэтрин Ранделл - Страница 16

Проснувшись на следующее утро, Аня сразу вспомнила про смерть. Ее горло мучительно ныло и пылало от жажды. До сих пор она еще ни разу не испытывала подобной боли.

Девочка подошла к окну, чтобы взглянуть на мир, – вокруг замка группами ходили гвардейцы. Ее охватило отчаяние. Тихо прошептав: «Папа», Аня снова легла в кровать и натянула одеяло на голову.

Но у гаган были другие планы. Эти птицы не верили слезам – они жили очень долго, видели на своем веку великое множество разных начал и точно знали, что после любого конца обязательно наступает очередное начало.

Гаганы не отличались вежливостью и чуткостью. Они уселись на Анину кровать – двадцать четыре птицы со сверкающими золотыми клювами – и содрали с нее одеяло серебряными когтями.

– Вставай, – сказала Галлия. – Аня, поднимайся.

– Не могу.

– Надо.

– Я слишком устала. – Все тело ныло так, будто ее избили.

– Ты не устала. Ты испугана, растеряна и зла. Такой ты и останешься, пока не встанешь с кровати и не начнешь что-то делать. И после этого ты уже будешь лишь испуганной и злой.

Пришлось встать. В ванной Аня попила прямо из-под крана, но жжение в горле не пропало. Эту жажду невозможно было утолить водой. Слезы попытались выступить у Ани на глазах, но она загнала их обратно.

– Не сейчас, – пробормотала девочка. – Сейчас некогда.

Она подошла к птенцу Ку, который сидел перед камином, проснувшийся, но все еще с затянутыми пленкой глазами, и накормила его кусочком кильки.

Даже не верилось, что Ку вылупился только вчера. Аня взяла его в ладони, ощутила кончиками пальцев мягкие перышки и крошечное бьющееся сердечко, и это придало ей смелости. Она тоже уселась перед камином, прижимая малыша к груди, решительно стиснула зубы и стала думать.

– Галлия?

– Что, дитя? – Хриплый голос птицы звучал непривычно нежно.

– Мой папа никого не убивал. Это невозможно.

– Невозможно? – повторил Корен. – Ты уверена?

– Заткнись. Ты не смеешь задавать такие вопросы!

– Аня…

– Даже не думай об этом, понятно? А если собираешься думать именно так, то лучше сразу улетай в лес.

Единственное, что сейчас придавало Ане сил, – это твердая уверенность в своей правоте, и она должна была сохранить эту уверенность во что бы то ни стало.

– Если ты уверена, мы будем уверены вместе с тобой, – сказал Корен.

– Я уверена в этом больше, чем в чем-либо еще на всем белом свете. – Аня знала это так же хорошо, как то, что огонь обжигает, а лед холодит. – Это было подстроено. Его подставили.

– Но кто? Мы их найдем и объявим им войну!

Корен был так юн, что перышки у него на шее и затылке встопорщились от волнения и встали веером.

– Я не знаю, кто его подставил! – В этом-то и заключался весь ужас. Аня дернула серебряную цепочку на шее с такой силой, что чуть не порвала ее. – Вчера здесь собрались сотни самых разных незнакомых людей! Это мог быть любой из них.

За год вынужденной жизни в замке Аня поняла, что ее дедушку не любили. Уж очень он был жестким человеком. Наверное, сам дедушка сказал бы – суровым, но справедливым. А все остальные вспомнили бы только про суровость. С тех пор как безупречно одетый Анин дядя стал казначеем, в замке наконец появились деньги, и под пронзительным дядиным взглядом придворные пусть неохотно, но все же склонялись в почтительном поклоне.

– Галлия? – Аня посадила Ку себе на плечо, а сама подтянула колени к подбородку и обхватила их руками. – Что говорят люди? Ты летала послушать разговоры?

– Кава летала, – ответила Галлия.

Она не призналась, что отказалась покидать девочку, пока та спала.

Юная Кава кивнула черной головкой:

– Я слышала, что говорила доктор Феррара. Все решили бы, что королю стало плохо с сердцем, если бы не яд в стакане, и вокруг губ, и на воротнике. Доктор пояснила, что у этого яда горький металлический запах.

– Значит, яд… – протянула Аня и укусила себя за коленку прямо сквозь ночную рубашку. Это помогло ей собраться с мыслями. – Нам надо повидать доктора Феррару и узнать, где можно достать этот яд. Тогда мы поймем, у кого есть возможность его заполучить, так? – И она два раза приподняла голову вверх по-гагански, что означало «да», «пошли» и «сейчас».

Согласно курлыча, гаганы плотно обступили маленькую дрожавшую девочку, чье сердце переполняли гнев и отчаяние. Маленькую разъяренную девочку, которую они когда-то обязались защищать.