Читать книгу Он съел моего фамильяра - - Страница 6
6 глава. О том, как докучливость… и подозрительность вредно влияют на общее самочувствие…
ОглавлениеЗастыв на пороге ведьминого дома, Вика и Демиан увидали высокого, крепкого парня в фартуке со сковородкой в руке. Он жарил то ли яичницу, то ли блинчики – девушка не смогла рассмотреть, сосредоточилась только на госте, встретившего ее появление яркой улыбкой.
– Вот и ты, мое солнце! – провозгласил он радостным голосом, шагнув вперед и заключив Вику в свои могучие, костедробительные объятия.
Кажется, даже над землей ее поднял…
И та поморщилась:
– Нечем дышать.
– Я всегда поразительно влияю на женщин! – похвастал атлетически сложенный гость и, наконец, опустил ее на пол. – Можно сказать, это мой природный талант. А уж ты, моя Исидорушка, всегда любила … пожестче…
Виктория невольно поглядела на Демиана: каков нахал, так и читалась в ее этом взгляде. Правда, мальчик ее возмущения не разделил: сверлил нежданного гостя убийственным взглядом.
– Кто ты такой? – осведомился при этом.
– Это я-то? Сам кто таков будешь? – И мужчина покрутил сковородкой, словно спортивным прибором или мечом.
– Гость.
– Так и я гость. Особый… Завсегда в этом доме с радостью принимаемый, – отозвался тот и подмигнул растерянной Вике. – Скажи этому надутому франту, что мое рыжеволосое солнце без ума от своего малыша-великана. – Он поиграл мышцами рук и груди, так что Демиан невольно скривился и поглядел на девушкуо осуждающим взглядом.
Мало ли кто мог нравиться Исидоре, подумалось ей, сама она на предпочитала умных мужчин, а этот гороподобный к таким явно не относился. Но разбираться во всем этом сейчас ей хотелось бы меньше всего… Она почувствовала такую усталость, что, казалось, языком еле ворочала, когда говорила:
– Твое рыжеволосое солнце сейчас пойдет баиньки… в одиночестве. Ты уж как-нибудь сам в этот раз… У меня болит голова. Просто раскалывается…
– А использовать заклинаньице? – предложил здоровяк.
– Заклинанья по пятницам строго запрещены, – припечатала Вика.
Потом, не глядя ни на кого из мужчин, распахнула ближайшую дверь – только бы это не оказался чулан! – и ушла с высоко вздернутым подбородком.
Ох, как же она устала от сюрпризов этого дня! Так бы уснула и проспала целый день кряду.
К счастью, и кровать прямо тут под рукой… Ее собственная, из Московской квартиры. Как и мечтала…
Уже даже не удивляясь, Виктория подперла ручку двери тяжелым стулом, разделась, невольно залюбовавшись молодым, без единой складочки телом, а после залезла под одеяло и провалилась в глубокий, без сновидений сон.
И проспала, судя по ощущениям, очень долго… Голова была свежей, тело бодрым. А нахлынувшие воспоминания о минувшем дне показались бурной фантазией… Может, ее в переулке огрели по голове, и она лежит в коме и видит цветные сны?
– Исидора, девочка моя ясная, – прозвучал басовитый, смягченный ласковой интонацией голосок из-за двери. – Твой мальчик соскучился по тебе.
– Если и сон, то очень реалистичный, – прошептала она, утыкаясь лицом в подушку.
Что делать с докучливым ухажером бывшей колдуньи она понятия не имела.
– Почему бы моему мальчику не приготовить мне завтрак в постель, – ворчливо отозвалась она и подумала про Демиана: он-то где, бедненький, ночевал? Про него-то она вчера и не подумала даже…
– Будет тебе завтрак в постельку, – пообещали ей из-за двери, и гость, она слышала это, зазвенел посудой на кухне.
Пора одеваться. Виктория вылезла из постели и с надеждой распахнула платяной шкаф… Шкаф ее, а одежда в нем Исидорина. Эх, не все коту масленица! Она стянула с вешалки что-то нежно-серое с розоватым отливом (прежде этот оттенок называли «розовым пеплом) и, одевшись, с минуту покрутилась у зеркала.
Чертовка Исидора была настоящей красоткой! Уж этого у нее не отнять…
– Солнце, открывай своему малышу-великану: завтрак готов.
Вика вдруг испугалась, что если докучливый здоровяк увидит новую спальню колдуньи, может начать задавать неудобные им вопросы. А потому ринулась к двери, отодвинула стул и, распахнув дверь, поспешила выскочить за порог прежде, чем тот сунется в комнату. Правда, он все-таки что-то заметил: округлил глаза и спросил:
– Решила сменить обстановку?
– Женщинам нравятся перемены.
Она потянула здоровяка к обеденному столу, села и попросила:
– Ну, угощай меня завтракам. – И только тогда рассмотрела, что из одежды на любовнике Исидоры был только фартук. Как в лучших и самых смелых фантазиях, что ее когда-либо посещали…
– Эээ, – дар речи покинул ее на мгновенье, – ты не замерз? – спросила она.
– Я думал, ты согреешь меня… – сказал мужчина с интимными нотками в голосе, подступил ближе и, зачерпнув чего-то багряно-красного из тарелки, потянул ложку к ее губам.
Вика сглотнула.
– Что это? – спросила лишь бы что-то сказать.
– Твой любимый джем из лягушечьих потрошков. Все как ты любишь, конфетка!
– Из лягушечьих потрошков?!
– Знал, что ты будешь в восторге.
Ложка зависла в двух сантиметрах от Викиных губ, и она с ужасом поглядела на ее содержимое.
– Может, я для начала съем чего-то другого? – предложила она.
Здоровяк жмякнул ложку в тарелку.
– Хорошо, моя капризная вишенка, тогда бисквит с паучьими лапками!
Вика всхлипнула:
– Мамочки! – Подалась назад от стола и едва не свалилась со стула.
Здоровяк подцепил ее пальцем за вырез платья и удержал. Лицо его при этом стало серьезным, игривость сменилась подозрительным взглядом…
– Что происходит? – осведомился с напором. – Сначала приволокла в дом какого-то франта, меня к себе, как чужого, не подпускаешь, а теперь еще и от любимых блюд нос воротишь. Кто ты такая? – почти взрыкнул он. – Говори, где Исидора! Иначе… – Он стиснул огромный кулак.
Перепуганная не на шутку, Виктория отозвалась:
– Это просто ошибка. Исидора вернется, как только сможет! Обещаю вам.
– Где она?
– Я… я не знаю.
Мужчина стиснул пальцы на ее шее. Вот и конец моим приключениям, решила Виктория, закрыв глаза и приготовившись умирать. Только пальцы так и не сжались, а звук разбившегося стекла заставил ее оценить ситуацию по-другому…
– Озабоченная скотина, – процедил сквозь зубы ее спаситель, огревший здоровяка первым попавшимся под руку горшком неясного содержания.
Тот повалился на пол в клубах голубоватого дыма, фартучек его сбился, демонстрируя все, что стоило бы прикрыть, но долго любоваться его достоинствами им не пришлось: все тот же голубоватый дымок вспыхнул ослепительным светом, и вместо здоровяка они увидали… мышонка.
Тот заметался по дому с трогательным мышиным писком, забился под шкаф и затих.
Обалдевшие Демиан и Виктория наконец-то переглянулись.
– Ты превратил его в мышь? – озвучила девушка только что виденное.
– Для пущей ясности: это сделало Исидорино зелье, – возразил Демиан. – Я абсолютно здесь не при чем!
– Это ж подумать только, здоровяк превратился в мышонка. – Викторию распирало от, казалось бы, неуместной улыбки, даже челюсти заломило. – Бедный зверушка! Исидора его расколдует… я надеюсь… И поделом ему за напористость. – Спросила: – Ты хоть выспался этой ночью? Я поступила по-свински, бросив тебя с этим громилой наедине.
Демиан улыбнулся смущенно:
– Ничего, дом позаботился обо мне.
– В самом деле?
– Ну да, сама знаешь, дома ведьм очень особенные. – И тут же поправился: – Ах, ну да, ты ведь не знаешь… Дом подстраивается под жильца, может наращивать недостающие комнаты, – объяснил удивленной Виктории.
И та ахнула:
– Значит, вот почему моя комната – точная копия моей комнаты в другом мире.
– Дом считывает желания и подстраивается под них.
– А можно заглянуть в твою комнату? – Виктории все казалось невероятным и сказочным, да таковым оно и являлось, если подумать.
Вот только Демиан плечами пожал:
– Может, лучше не надо. Там и смотреть толком не на что: так, кровать да пару шкафов. Лучше решим, что дальше делать… Как бы кто новый к Исидоре не заявился.
– Мы собирались дракона искать, разве нет? – спросила она.
– Собирались, да только я не уверен, отыщем ли.
– Пессимизм отставить! – велела девушка и, зажав пальцами нос, выплеснула содержимое приготовленного громилой завтра из окна. Возмутилась при этом: – Он хотел, чтобы я это съела, можешь представить?
Демиан не сдержался:
– А не боишься, что без лягушачьего джема постареешь в два счета?
– А могу?!
Ее испуг по-настоящему позабавил парня.
– Я не знаю, но ты как будто бы стала старше…
– Врешь! – Виктория погляделась в карманное зеркальце. – Я ничего не заметила.
– Я шучу, – успокоил он девушку. И серьезно добавил: – Неужели молодость и красота так важны для тебя?
Вика сникла, опустила карманное зеркальце.
– Никогда я не гналась за красотой, – сказала она, – но вернувшись в неполные двадцать, ощущаю, насколько приятнее быть молодой и красивой. Я и не думала, что когда-то снова испытаю такое…
– Уверен, ты всегда была милой. – И спросил: – Так сколько тебе?
– Больше, чем тебе кажется, – припечатала Вика и отвернулась к окну.
Все-таки даже вечная молодость не заставит ее прикоснуться к лягушачьим кишкам…