Читать книгу Тайна заколдованного кафе - - Страница 5

С огромным трудом я оторвалась от подушки. Голова болела, а в глаза будто насыпали песка. Хотелось подремать еще, но организм уже проснулся и требовал действий. За окном было видно, как шел легкий снежок, а в комнате пахло хвоей. Вчера Мари заменила колосья пшеницы в вазе на еловые ветки. И теперь они, а также с десяток шишек, лежащих на столе, источали непередаваемый аромат. Вылезать из постели не хотелось совершенно, но опасение, что придется остаться без завтрака, все же заставило подняться с кровати.

Двигаясь, как лунатик, я нацепила на себя лежащие на сундуке джинсы с футболкой. Пару минут я пыталась, не нагибаясь нащупать ногой кроссовки. Но не получалось. У меня что, Нарния под кроватью? Куда они могли пропасть?!

Пришлось все же, придерживая голову рукой, чтобы не отвалилась, опуститься на корточки. После недолгих поисков кроссовки обнаружились за сундуком в углу.

Чуть ли не по стеночке я добралась до ванной. Надеясь, что холодная вода хоть немного уменьшит головную боль.

Вода хоть и не сильно, но помогала. Когда же я аккуратно взялась расчесывать волосы перед зеркалом, то показалось, что мелькнула пара совсем белых прядей. Сердце тревожно екнуло. Не знаю, сколько я провела времени, снова и снова проводя щеткой по волосам, но так ничего и не нашла. Хотя, чего я переполошилась? С чего волосам седеть? Стареют не за пять минут, а новых морщин благо не появилось.

На кухне над сковородкой уже колдовала Мари. Замерев в дверях, я тряхнула головой, отгоняя дурные мысли, но тут же пожалела об этом – гуденье в ушах только усилилось. Вот что организму надо? Спит, ест, немного трудится и опять спит…

– Доброе утро, – привычно произнесла я, включая чайник.

– Доброе, коль не шутишь, – отозвалась женщина, оборачиваясь. – Как спалось?

Я равнодушно пожала плечами и уселась за стол, подперев рукой голову.

– Замечательно, как и всегда. Снов не было, так что женихов не предвидится.

– Хорошо, если так, – кивнули мне, возвращаясь к готовке.

Чайник закипел, а Мари достала из буфета две чашки с блюдцами и столовые приборы. Все как всегда, но внутри скребло странное чувство несоответствия. Вроде все так, все правильно, но вот что-то изменилось, а что – непонятно.

– Кушай, Женя, – пододвигая оладья, произнесла хозяйка, и я благодарно улыбнулась ей. Кажется, головная боль начала отступать.

Время до работы прошло за чтением книги. И хоть состояние нормализовалось, чувствовала я себя как выжатый лимон.

В районе трех Мари заглянула ко мне, сообщив о начале рабочего дня.

– Иду, – кивнула, с трудом поднимаясь с кровати.

На первом этаже как обычно уже горел камин, и на секунду я даже пожалела, что читала не тут, на диванчике под треск поленьев, а в своей комнате.

Кафе потихоньку стало заполняться посетителями. Почти каждый входящий изучающе смотрел на меня, вызывая удивление. Разве мы не прошли с ними этот этап?

Не считая любопытных взглядов, которые с течением времени не исчезали, день был абсолютно обычным. Разве что развеселая компания у камина решила не отбиваться от остальных и с каким-то напряжением наблюдала за мной. Еще немного, и у меня разовьётся паранойя. Сколько эту ситуацию можно игнорировать?

Когда часы пробили полночь, и за последним из гостей захлопнулась дверь, не поднимаясь за верхней одеждой, только накинув на плечи первый попавшийся плед, я выскочила на улицу. Голова ужасно кружилась. Хотелось сделать хоть глоток чистого воздуха.

Щеки сразу защипало от мороза, а из глаза заслезились, но в голове хоть немного прояснилось.

Вдохнув полной грудью студеный воздух, я стерла выступившие слезы и замерла, так и не убрав руки.

Никого не было. Перед небольшим очищенным пятачком у двери был девственно чистый снег. Дорожки, по которым посетители должны были уходить – отсутствовали… Не могли же люди растворяться в воздухе?

– Да сколько можно?! – закрывая лицо руками, простонала я.

Припоминались разные непонятные моменты и переглядывания в кафе. Либо я чокнулась, либо…

– Вот и я этого не понимаю, – произнесли за моей спиной.

Я резко обернулась и увидела у двери Мари, скрестившую руки на груди и с явной досадой поглядывающую на меня.

– Что? – я в некотором ступоре рассматривала ее.

Что-то в ее внешности изменилось, самую малость, но все же. Казалось, будто передо мной другой человек. Голос тоже потерпел перемены. Из мягкого, слегка покровительственного он стал раздраженным.

– Женя, все же было так замечательно. Мы с тобой так сблизились, зачем же было все портить? Между прочим, уже второй раз.

Слова были словно из третьесортного ужастика. Что там обычно следует за этой репликой? Что-то явно нехорошее. Я напряглась, не понимая, что происходит.

– Может так и будет дальше: замечательно? Зачем что-то менять? – осторожно уточнила я, попытавшись сделать шаг назад, но наткнулась на сугроб, доходивший мне до колен, и чуть не упала.

– Не уверена, что смогу к тебе относиться как раньше, – покачала она головой. – Хотя… Ты сама-то этого хочешь? Чтобы все стало, как в те дни? Настольные игры, чудесные беседы за чашкой чая…

Подобные высказывания пугали, поэтому я осторожно согласилась с Мари. С психами же надо соглашаться?

– Конечно. Как от этого вообще можно отказаться?

– Ну хорошо, давай попробуем, – с некоторым сомнением, произнесла она. – Только давай условимся. Ты сама сейчас пойдешь в дом без всех этих бесполезных метаний. Мы же обе знаем, что далеко ты не убежишь. А насчет завтра я сама побеспокоюсь. Договорились?

Мари протянула мне руку, и я не без внутреннего содрогания ответила на пожатие. Что-то мне подсказывало, что бежать ночью по сугробам в лес в кроссовках и пледе – ненамного безопаснее, чем находиться в доме, судя по всему, с сумасшедшей, с которой мы о чем-то условились.

После пожатия рук собеседницу словно подменили. Миг – и передо мной опять милая добродушная женщина, с которой так приятно поговорить после рабочего дня.

– Знаешь, – доверительно наклонившись ко мне, негромко начала Мари. – Ты очень тяжелая. Таскать тебя в моем возрасте уже затруднительно. Так что заходи скорее. Не будем дожидаться повторения вчерашней ситуации.

Я кивнула, растянув губы в ненатуральной улыбке. Моего ответа и не ждали, поэтому посторонившись пропустили внутрь, тут же шагнув следом.

– Женя, – раздалось за спиной, и я вздрогнула, резко обернувшись. – Ну, что ты перепугалась? Все же хорошо, мы с тобой обо всем договорились, – покачала головой Мари. – Я лишь хотела сказать, что сегодня простить тебя не готова, так что никаких вечерних посиделок у камина и разгадывания кроссворда. Чисть зубки и спать.

Я опять согласно кивнула и направилась на второй этаж, стараясь не перейти ненароком на бег.

Мысли вихрем крутились в голове, не давая сосредоточиться. Куда я вообще попала? И есть ли шанс сбежать отсюда ночью? Стоило подумать об этом, я сразу вспомнила про нерасчищенные дорожки. Куда я по ним побегу? Да еще и телефон опять разряжен. А если подпереть дверь стулом?..

Стоило зайти в комнату, меня опять начало клонить в сон, будто сработал переключатель. Задержала дыхание и побежала открывать окно. Это ненормально – уставать до потери сознания.

Кожа от мороза покрылась мурашками, и я накинула на себя куртку. Что же делать?

Дверь за спиной, как нарочно, тут же отворилась.

– Женечка, ты меня разочаровываешь. Мы же с тобой обо всем договорились, – укоризненно произнесла Мари.

– Я ничего такого… – начала оправдываться я, глядя на подходящую женщину и выставив перед собой руки. – Я просто воздухом подышать хотела. Для сна полезно же.

– Дорогая, у тебя что, сил много?

– Нет, просто… – я в отчаянии покачала головой, не зная, что еще сказать.

Сердце заполошно начало биться в груди, а воздуха будто не хватало.

– Ну что ты так разволновалась, – она ободряюще улыбнулась, а меня пробрал озноб. – Я все поняла. Ты молода, полна сил, и это заставляет тебя действовать, а не слушать меня. Но ничего, мы все исправим, – женщина протянула руку к моему лицу, и я с трудом заставила себя не отшатнуться.

– Сейчас, Женя, тебе нужно поспать.