Читать книгу Сквозь завесу миров: Срывая Маски - - Страница 5

Алексей шагнул в пронизывающее холодом утро, подтянув воротник шинели против ветра с Волхова. Сон о зеленой чешуе и перепончатых лапах, выброшенных взрывом на лед, все еще липкой пленкой держался в сознании. На остановке у НИПАН старик-киоскер, чье лицо напоминало смятый пергамент, молча сунул ему свежий «Имперский Вестник», взяв два медяка.

– Держи, кавалер. Сегодня – огонь, как в дешевом романе.

Первая полоса пестрела, как ярмарка тщеславия:

«Нева чиста! Подводные работы завершены с триумфом».

Под шапкой – фото улыбающегося инженера в пробковом шлеме, держащего кусок ржавой трубы. «Специальная комиссия Морского Ведомства успешно завершила операцию по очистке дна Невы в районе Литейного моста. Удалены десятки тонн мусора, ржавых механизмов и прочих наслоений минувших эпох (см. фото). Губернатор лично поблагодарил саперов за устранение «исторического хлама», угрожавшего судоходству. Отдельные нелепые слухи о неких «находках биологического характера» комиссия назвала плодом воспаленного воображения рыбаков, подогретого дешевым портвейном и местным фольклором о водяных».

Алексей сжал газету, костяшки пальцев побелели. "Наслоения… хлам…" В памяти – ядовито-зеленый блеск чешуи под фонарем, перепонки между синеватых пальцев. Кристалл в кармане дрогнул, как живой, обжигая бедро холодом. Газета же снисходительно похлопывала по плечу: "Выдумки, батенька, выдумки!"

«Англия: Повторение истории за Каммлан? Аристократы рвут страну на клочья!»

Рядом – карикатура: толстый лорд в парике и дама с веером дерутся за корону, как псы за кость; на заднем плане дымящиеся руины. «Наш корреспондент передает из охваченного беспорядками Лондона: страна стоит на пороге хаоса! Герцог Честерфилд обвинил маркиза Бэкингема в «сговоре с иностранными державами», графы Сассекские и Йоркские мобилизуют частные армии («для защиты собственности», разумеется). Премьер-министр в отчаянии! Интересный ход сделала Австро-Венгрия: предложив «строго гуманитарную помощь» – целую эскадрилью новейших дирижаблей «Цеппелин», якобы для доставки хлеба и медикаментов. Наши эксперты усматривают в этом тонкую политическую игру Вены, стремящейся усилить влияние на Островах. Кто получит «хлеб» первым – голодные лондонцы или враждующие лорды?»

Дирижабли… Мысль Алексея метнулась к заводу "Прогресс", к стальным трубкам 45-Б, которые все больше походили на части невиданного оружия. "Гуманитарная помощь" с эмблемой двуглавого орла? Звучало как сюжет из "Судьбы Империи", где "благородные рыцари" везли "дары" зараженным чумой городам.

«Экзотический Феникс в Урге: Принцесса Ли Шу прибыла с сомнительным багажом слухов!»

Под заголовком – слегка размытое фото: хрупкая девушка в дорогом, но странном платье с вышитыми птицами, с лицом, как у фарфоровой куклы. Коса аккуратна, взгляд устремлен куда-то вдаль с выражением, которое иные назвали бы «надменным», а газета – «задумчивым».

«Столицу Монголии всколыхнул визит особы поистине экзотической – госпожи Ли Шу, именующей себя наследницей некоего клана Лунь («Дракон», если верить местным байкам). Говорят, эта юная особа, пережив неприятные волнения на родине (связанные, по слухам, с падением влияния её семьи в городке Тяньлин), нашла приют в монгольских степях. И вот теперь прибыла в Ургу с громкой заявленной целью – «обмен знаниями»! Официально – изучение животноводства и основ механики. Неофициально же… тут начинается самое пикантное!

Наши осведомленные источники (рыбаки у реки Керулен и погонщики верблюдов) шепчут о вещах поистине фантастических: будто бы госпожа Шу увлечена не столько наукой, сколько старинными монгольскими суевериями и ритуалами, давно осужденными Синодом как вредные и дикие. Ходят упорные, но, разумеется, совершенно нелепые слухи, что она:

Обладает неким «особым даром» – то ли гипнозом, то ли умением устраивать театральные огненные представления с помощью местных порошков (отчего у особо впечатлительных зрителей потом горят глаза, как у филина на солнце?).

Ищет в наших краях забытые «артефакты» (читай: старый хлам) своей семьи, веря, что они даруют могущество.

Имеет на руках странные шрамы, которые суеверные аборигены принимают за «знаки духов» (скорее уж следы детских шалостей или неудачного знакомства с степным костром!).

Завела скандально близкое знакомство с неким Цзан Вэем, главой гильдии «Безмолвный Рассвет» – организацией, известной скорее перевозкой чая, чем благонравием. Говорят, их связывает какой-то тёмный договор, но подробности, увы, покрыты степной пылью.

Сама госпожа Шу, если верить пересказам её редких речей, отличается прямотой, граничащей с дерзостью. Поговаривают, она бросила как-то фразу, ставшую местной шуткой: «Если мои слова жгут уши – значит, ваша совесть давно тлеет!» Поэтично, не спорю, но вряд ли способствует дипломатии! Синод, в лице своего представителя в Урге, уже выразил «глубокую озабоченность» увлечением принцессы «допотопными культами и опасным фольклором», напомнив, что Империя стоит на фундаменте Науки и Разума. Эксперты же гадают: не является ли весь этот флёр «восставшего феникса» (как она себя, говорят, именует в узком кругу) ловким пиаром, чтобы прикрыть истинные, куда более прозаические политические амбиции или попытку вернуть утраченное семейное состояние?

Пожелаем же юной экзотке успехов в настоящей учебе и предостережём от излишнего погружения в мир монгольских сказок и сомнительных знакомств. Пепел – это всего лишь пепел, госпожа Шу, а возрождаются только в легендах!»

Статья о принцессе Ли Шу зацепила Алексея. Не громкими заявлениями о ритуалах или "знаках духов" – в газетах такое пестрило постоянно. Его внимание притянула одна фраза: «…вещи поистине фантастическими… старинными монгольскими суевериями и ритуалами…» Словно эхо из вчерашнего сна о Насте и трещинах в зеркале. А еще – «артефакты». Это слово, брошенное словно невзначай, резануло слух точь-в-точь как скрип ножовки по металлу в цеху. Он свернул газету, сунул в карман шинели рядом с холодным молчащим кристаллом. "Судьба Империи" сегодня – как глоток воздуха после цеховой духоты. Там хоть монстры были честными: вот он, Древун, бей по корню под левой жаброй. А здесь… здесь всё было зашифровано в газетных строчках, во взглядах Елены, в обрывках снов. Может, игра Семёнова даст хоть какую-то опору? Хотя бы иллюзию понимания.

***

Кофейня «Подкова и Феникс» встретила Алексея привычным гулом – смех, звон чашек, запах свежемолотого кофе и кардамона. На этот раз он пришел раньше всех. За угловым столом под витражом с гербом Новгородской губернии уже сидел мастер Семёнов. Отставной лейтенант был погружен в изучение старой, потрёпанной книги с металлическими застёжками. На столе перед ним аккуратной стопкой лежали листы персонажей.

– Береговой, – Семёнов поднял глаза, в прищуренных глазах мелькнуло что-то вроде одобрения. – Без опозданий. Хорошо. Дисциплина – залог успеха, даже в игре. Садитесь.

Алексей кивнул, сбрасывая шинель на спинку стула. В кармане газета о Ли Шу напомнила о себе лёгким шуршанием. Он машинально потрогал место, где на шинели была нарисована та самая дырка от гарпуна Михаила Берегового.

– Лирэй «Струна» готов сыграть на нервах любого, кто встанет на пути. Главное – чтобы награда была звонкой.Один за другим подтянулись остальные. Марк, сияющий азартом, похлопал Алексея по плечу: – Леха! Вижу, урок прошлого раза пошёл впрок – не опоздал! Готов капитана Волкова к новым подвигам? Сергей, сонно протирая очки, пробормотал: – Готовлюсь терпеть твое бахвальство, Марк. Анна Зимина требует фактов, а не баек. Николай лишь ухмыльнулся, ставя гитару у ног:

Семёнов закрыл книгу с глухим стуком. Воздух в кофейне словно сгустился, приглушённый свет лампы выхватил из полумрака его лицо со шрамом над бровью. Он разложил перед игроками листы их персонажей.

– Напоминаю, – его голос, тихий, но отчётливый, заглушил последние разговоры, – вы – команда, спасшая Петроград от угрозы Водяного. Пусть и не разгадав до конца, кто его выпустил. Но подвиг есть подвиг. И он не остался незамеченным.

Он достал из сумки несколько тяжелых, тускло поблескивающих в свете лампы медальонов на цепях и аккуратно положил по одному перед каждым игроком. На медальонах был выгравирован двуглавый орёл, держащий не скипетр и державу, а меч и свиток.

– Орден «За Верность и Разум», – пояснил Семёнов. – Знак особого доверия от самого градоначальника. Помимо почёта… – он слегка усмехнулся, – он открывает вам двери в те кабинеты, куда обычным сыщикам путь заказан. И кое-что ещё. – Он кивнул на небольшие кожаные мешочки, лежащие рядом с медальонами. Звон монет внутри был красноречивее любых слов. Награда за прошлое задание.

– Золото поёт слаще любой лютни. Куда ведёшь, мастер? Водяные закончились? На драконов будем охотиться?Марк (капитан Волков) тут же схватил свой мешочек, взвесил на ладони с довольной гримасой: – Вот это да! Теперь можно и сигары прикупить достойные, а не ту дешёвку, что в ларьках торгуют. Алексей (Михаил Береговой) взял медальон. Металл был холодным, тяжелым, как его гаечный ключ. Он ощутил странную гордость за Михаила – слесаря, ставшего героем. Сергей (Анна Зимина) внимательно рассмотрел гравировку: – «За Разум»… Интересный девиз для награды после схватки с водяным духом. Надеюсь, этот разум пригодится в следующем деле. Николай (Лирэй «Струна») лишь звякнул монетами в мешочке, подмигнув:

Семёнов откинулся на спинку стула, сложив руки перед собой. Его взгляд скользнул по лицам игроков, задерживаясь на мгновение на Алексее.

– Драконы, капитан Волков, – сказал он с лёгкой иронией, – существа слишком… шумные для текущего момента. Прошлое задание закрыто. Водяной повержен, его происхождение – пока тайна, покрытая невской водой. Но империя не стоит на месте. Новые времена – новые заказы. И новые угрозы. – Он развернул на столе новую карту. Это была не Петроградская губерния, а что-то большее – схематичное изображение западных границ империи, с акцентом на Балтийское море и островные владения. Отмечен порт Ревель и пунктирная линия, уходящая в море. – Вам предстоит не охота на чудовищ. Вам предстоит дипломатия. Или то, что под ней часто скрывается.

Он ткнул пальцем в точку на карте – небольшой остров у побережья.

– Герцогство Ольденбургское. Карликовое, но стратегически важное. Форпост империи в Балтийском море. Там – волнения. Местный герцог, наш верный союзник, обеспокоен. Сильно обеспокоен. Появились… незваные гости. Не монстры с клыками и когтями, – Семёнов посмотрел на Сергея, – а люди. Вернее, эмиссары. Представители… скажем так, нестабильных соседних держав. Английские лорды, австрийские бароны. Сулят золото, оружие, поддержку «в борьбе за независимость». Герцог колеблется. Он просит помощи Петрограда. Не войск – пока. Он просит… советников. Надежных, хитрых, умеющих видеть игру за игрой. Людей, которые смогут разобраться, кто здесь друг, кто враг, а кто просто акула, ждущая добычи. Людей, которые не побоятся заглянуть в рот этой акуле. И, если понадобится, выбить ей зубы. Тихо. Эффективно. Без лишнего шума.

Семёнов отложил карту. Его взгляд стал острым, как штык.

– Ваша миссия: прибыть в Ольденбург под видом инспекторов из Петрограда – инженера, – кивок Алексею, – эксперта по редким артефактам и древностям, – взгляд на Сергея, – офицера контрразведки, – Марк выпрямился, – и… ну, скажем, артиста при дворе для развлечения и сбора слухов, – Николай грациозно склонил голову. – Ваша задача – оценить угрозу, выявить ключевых игроков, посеять раздор среди врагов и укрепить верность герцога империи. Используйте свои таланты. Интуицию. И награду, – он кивнул на медальоны и мешочки. – Деньги и доступ открывают многие двери. И уши. Готовы ли вы сменить гаечные ключи и лупы на интриги и дипломатические ножи? Империя вверяет вам свою честь на этом клочке земли. Не подведите.

– Двор, интриги, шепот за занавесками… Родина цыгана. Лирэй «Струна» узнает всё, что споют монеты и напоённые вином языки. И сыграет на них, как на струнах.Тишина повисла на мгновение. Марк первым нарушил её, цинично усмехнувшись: – Дипломатические ножи? Капитан Волков предпочитает действовать наверняка. Но… за хорошую плату могу и поговорить. Особенно если разговор закончится дуэлью. Сергей (Анна) скептически поджал губы: – Артефакты? В захолустном герцогстве? Сомнительно. Но… политические интриги часто оставляют следы интереснее любых древних рун. Принимаю вызов. Николай (Лирэй) провел пальцем по струнам незримой лютни:

Алексей сжал медальон в кулаке. Холод металла смешивался с теплом ладони Михаила Берегового. Инженер… Инспектор. Гаечный ключ против дипломатической игры. Странный поворот. Но не более странный, чем газетная статья о принцессе, ищущей артефакты в далёкой Урге, пока здесь, в кофейне, они готовились к своей игре в артефакты власти. Он встретился взглядом с мастером.

– Михаил Береговой готов, – сказал он просто, голосом слесаря, привыкшего к работе. – Трубы, замки, механизмы… или люди. Всё можно починить. Или разобрать, если сломано намертво. Главное – найти слабое звено.

Семёнов едва заметно кивнул. В его глазах мелькнуло что-то – удовлетворение? Предвкушение?

– Отлично. Тогда… – он взял в руки кубик, многогранник ловко перекатился в его шершавых ладонях. – Добро пожаловать в порт Ревель, господа. Ветер с Балтики пахнет солью, водкой и чужими секретами. Герцог ждёт. И враги империи ждут. Бросим кубик на удачу?

Алексей потянулся к своему кубику, его пальцы скользнули по граням. Остров Ольденбург, интриги, враги в дорогих камзолах… Казалось, так далеко от тревожных газетных заголовков и взрывов на Неве. Но где-то глубоко внутри, там, где жили сны о трещинах и молчащий кристалл, шевельнулось ощущение, что все игры – и эта, и та, что велась за стенами кофейни – были звеньями одной цепи. И слабое звено предстояло найти не только Михаилу Береговому на вымышленном острове.

Перед тем как погрузиться в туман Ольденбурга, мастер Семёнов поднял руку, останавливая нетерпеливых игроков. На столе, рядом с картой Балтики, он разложил несколько маленьких фишек из слоновой кости, каждая с выгравированной руной опыта.

– Перед тем, как начнем, орлы, – его голос прозвучал с привычной командирской интонацией. – Сначала – честная плата за прошлый бой. За Водяного и спасенный Петроград. Каждому – по три очка мастерства. Распределяйте. Выбирайте новые умения или усильте старые. Завтра в Ольденбурге пригодятся. А так же, вам за выполнения прошлого задания, выдали круглую сумму в триста тысяч.

– «Железная Воля». Чтобы мои угрозы звучали убедительнее, а чужая ложь и страхи меньше мешали делу. Капитану без этого нельзя.Воздух в кофейне наполнился азартным гулом. Сергей (Анна Зимина) первым схватил фишки, его пальцы нервно перебирали лист персонажа: – Анне нужна «Аналитическая Интуиция»! – объявил он. – Чтобы видеть слабые места не только в монстрах, но и в людях, в их ложных словах. Усилю это. Николай (Лирэй «Струна») задумчиво постучал пальцами по грифу гитары: – «Песня Теней» – шепот, который услышит только цель. Идеально для передачи секретов или… внушения краткой паники. Возьму её. Марк (Капитан Волков) цинично усмехнулся, вертя фишку в пальцах:

– «Магическое Создание Оружия». – Его голос был тверд. – Не просто собрать. Вдохнуть в металл искру… особого свойства. Против нечисти. Против скверны.Алексей (Михаил Береговой) молча смотрел на свои фишки. В памяти всплыли образы: ржавые трубы, шипение паяльника, чертежи отца по оружейному делу. И странная уверенность, что металл может слушать. Он положил все три фишки на строку навыков:

– Записывайте. И помните эти умения. В Ольденбурге они станут вашей плотью и кровью. Теперь… в путь. Ветер Балтики не ждет.Семёнов кивнул, удовлетворенно. Глаза его на миг загорелись тем же азартом, что и у игроков.

Алексей (Михаил) молча сжал свой мешочек. Деньги означали качественные материалы, редкие сплавы, точные инструменты – то, что могло превратить его идею о магическом оружии из эскиза в реальность. «Найдем кузницу или лавку алхимика», – подумал он.– Триста тысяч… – Марк присвистнул, пересыпая золотые червонцы из мешочка на ладонь. Звон монет был музыкой для капитана Волкова. – Вот это подарок! Капитан не привык идти на задание в чем попало. Пора пополнить арсенал и гардероб. – Согласен, – кивнул Сергей (Анна), аккуратно убирая свой мешочек. – Эксперту по артефактам нужны инструменты для анализа и… защита от возможных сюрпризов местного фольклора. Библиотека предоставляет лишь базовое. – Лирэй тоже не прочь обновить струны да прикупить пару безделушек для разговоров, – подмигнул Николай, звякая монетами.

Следующие два дня прошли в лихорадочных сборах. Они использовали связи Марка и знание города Николаем, чтобы найти нужные места, минуя очереди и лишние вопросы.

Марк (Капитан Волков): Посетил оружейного мастера, известного своей дискретностью. Приобретя компактный, но мощный пистолет системы «Борхардт-Люгер» с запасными обоймами и патронами (включая серебряные – «на всякий случай», как он цинично заметил). Складной штык-нож с костяной рукоятью, идеальный для ближнего боя в тесных помещениях. Качественный кожаный ремень с тайником для документов и золота.

Сергей (Анна Зимина) потратился в специализированном магазине для алхимиков и на черном рынке: Портативный химический набор для экспресс-анализа веществ (кислоты, реагенты в ампулах). Увеличительное стекло с подсветкой и набор для снятия отпечатков. Прочный портфель с потайными отделениями. На черном рынке – небольшой стальной щиток, скрываемый под плащом, и флакон с «Слезой Феникса» – дорогой, но по слухам, эффективный нейтрализатор ядов.

Николай (Лирэй) обновил арсенал соблазнения и сбора слухов: Новые струны для лютни из драконьих жил (по уверению продавца). Небольшую, но звонкую мандолину для уличных выступлений. Колоду маркированных карт и набор игральных костей с утяжелением. Несколько изящных безделушек (запонки, брелок) для подкупа или «потери» в нужном месте. Легкий кинжал в изящных ножнах, скрываемых в трости.

Алексей (Михаил Береговой) полностью погрузился в мир металла и магии: Набор высококачественных инструментов слесаря-оружейника (напильники, метчики, плашки, миниатюрные тиски). Несколько слитков редких сплавов, включая «звездную бронзу» и серебро. Пакетики с порошками – толченый морской кварц, магнетитовый песок, крошечные алмазы для резки. Флакончики с ртутью и редкими кислотами. Обрывки старинных пергаментов с защитными рунами “сомнительного происхождения, но интригующие”.

***

Добираться решили морем – это было быстрее, чем по суше через разбитые дороги. Они наняли небольшое, но крепкое судно «Морской Дьяволёнок» у капитана, который не задавал лишних вопросов за хорошую плату. Погода на Балтике встретила их неласково: холодный ветер, волны, бьющие в борт, и постоянная сырость. Путь до Ольденбурга занял три дня.

В тесной каюте, под мерный скрип корабельных балок и завывание ветра в снастях, они уточняли план.

– Герцогский прием через четыре дня после прибытия, – напомнил Марк (Волков), разглядывая карту Ольденбурга. – Мало времени. Нужно действовать параллельно. Леха, – он кивнул на Алексея, – твоя кузня. Тебе нужна тишина и печь. Найди место в городе с первого же дня. Твои «искры» могут решить исход. Остальные – в город. Анна – библиотеки, архивы, чердаки. Ищи корни их «гостей». Лирэй – рынки, таверны, притоны. Шепот улиц. Я – гарнизон, чиновники, порт. Официальные каналы и то, что под ними. Каждый вечер – сводка в условленном месте. «У Тонущего Моряка», допустим.

Алексей кивнул. Идея о «Магическом Создании Оружия» требовала концентрации и доступа к кузнечному горну. Отрываться от команды было необходимостью, но и риском. «Сделаю их до приема», – пообещал он себе, ощущая тяжесть редких сплавов в сумке.

Порт Ревель встретил их не просто ледяным ветром – он ударил по лицу соленым, пропитанным гнилью кулаком. Воздух гудел от криков грузчиков, скрипа кранов и зловонного дыхания гниющих у причала водорослей. Узкие, вымощенные булыжником улочки Старого города вились, как кишечник, между почерневших от времени и влаги каменных домов. Окна, больше похожие на бойницы, редко светились, а редкие прохожие шаркали ногами, кутаясь в грубые ткани, их взгляды быстро скользили в сторону, едва встречаясь с чужими. Герцогство Ольденбургское, до которого они добрались на вонючем, скрипучем «Морском Чертёнке», оказалось угрюмым нагромождением скал, поросших чахлым сосновым лесом. Единственный город-порт цеплялся за каменистый берег бухты, как утопающий.

– Райское местечко, – процедил Марк (Волков), поправляя фуражку с имперским орлом, которую тут же чуть не снесло порывом ветра. Его циничная усмешка казалась единственным ярким пятном в серости. – Дипломаты, говоришь, Семёнов? Так и вижу этих местных вельмож – обрюзгших от дешёвой водки и селёдки, с мозгами, как эти мокрые камни под ногами. Но… – его взгляд скользнул по «команде»: Алексею (Михаилу) в добротном, но уже пыльном костюме инженера-инспектора; Сергею (Анне) с увесистым портфелем «эксперта по древностям» и тщательно подобранной шпилькой в виде змеи; Николаю (Лирэю) в камзоле цвета морской волны, уже подернутом дорожной пылью. – Не верю, что мы тут ради поклонов герцогу и скучных отчетов. Слишком тихо. Слишком… пахнет бедой.

Он резко остановился на мостовой, заставив обходить его бородатого рыбака с корзиной трески, тот пробормотал проклятие под нос.

– Слушайте сюда! – голос Волкова резанул воздух. – Дипломатия – это шелковая перчатка. Кулак под ней чувствовать надо. Прежде чем соваться в герцогский каменный мешок, изучим город. Его подворотни. Его пьяные сплетни. Его грязное белье. – Его острый взгляд скользнул по зарешеченным окнам, темным проходам между домами, где тени сгущались неестественно быстро, по лицам, замыкавшимся при их приближении. – Здесь гнило. И не только от английского золота. Чую нутром. Волков чует крыс за версту.

– Механизм. Найти люфт, точку смазки… или слабое звено.Предложение капитана, к удивлению всех, включая самого Марка, было встречено единодушным согласием. Сергей (Анна) кивнул, поправляя пенсне, заляпанное морскими брызгами: – Совершенно рационально. Политическая карта рисуется на социальной почве. И её… подземные токсины требуют изучения. Николай (Лирэй) лениво перебрал струны настоящей лютни, извлекая короткую, тоскливую ноту: – Город – оркестр, капитан. И Лирэй слышит все инструменты. Даже фальшивые, что играют в подземельях. Пойду послушаю. Алексей (Михаил) лишь хлопнул себя по карману, где лежал верный гаечный ключ.

***

Дни слились в калейдоскопе серых красок и тревожных открытий. Встречи в вечерней таверне «У Тонущего Моряка» под аккомпанемент воя ветра и запаха тухлой рыбы приносили все более мрачные новости.

Марк (Капитан Волков): Используя Орденский медальон как пропуск в кабинеты мелких чинуш и казармы местного гарнизона, он угощал их отвратительным, крепким как удар топора, местным шнапсом «Балтийский Дракон». Его «Железная Воля» работала безотказно: напористый, циничный, он выбивал информацию, как долги.

Пьяный поручик гарнизона проболтался о «ночных огнях» у маяка и «странном гуле» оттуда. Старшина портовых грузчиков (за солидную мзду) показал записи о подозрительных «машинах» в ящиках, прибывших на склады под вывеской «Рыбный Консорциум» и охраняемых не герцогскими гвардейцами, а людьми в чужой ливрее.

Попытка подкупить одного из чиновников герцога была грубо пресечена – тот испуганно отказался, будто боялся не Волкова, а кого-то незримого. В порту на Марка напала шайка «рыбаков» – явно подставных. Отбился, но понял – за ним следят.

Сергей (Анна Зимина): Местная библиотека оказалась жалким собранием рыбацких лоций и бухгалтерских книг. Удача нашлась у старьевщика – в груде ржавого хлама Анна (благодаря своей новой «Аналитической Интуиции») почувствовала странный осколок глиняной таблички. На нем – извилистый знак, вызывавший мурашки.

В полуразрушенной часовне у маяка, куда она пробралась под видом художницы, углем срисовала со стены, под слоем копоти, несколько сложных символов, явно связанных с дохристианскими культами моря. Ее интуиция подсказывала: это знаки призыва и жертвоприношения. В городском архиве, в пыльных книгах учета вековой давности, нашла упоминания о катакомбах под замком, запечатанных после «неприятного инцидента».

Ее заметил молчаливый старик-смотритель часовни. Он не сказал ни слова, лишь смотрел ей вслед недобрым, слишком проницательным взглядом. Анна почувствовала ледяной укол страха – он знал. Позже она заметила, что за ней осторожно следят.

Николай (Лирэй «Струна»): Рынки и таверны стали его сценой. Его лютня и щедрость имперских монет открывали сердца и рты.

Рыбаки, подвыпив, шептали о пропажах: не только детей из трущоб у гавани, но и крепких мужиков с рыболовецких шхун «Ушли в море да не вернулись, хотя шторма не было». Торговцы, озираясь, упоминали о «ночных шествиях» в сторону маяка – людях в темных плащах, ведущих «пьяных или больных». Девки с пониженной социальной ответственностью, глазея на его монеты, бормотали о «Старых Богах из Глубин», требующих «дани плотью». Его новая «Песня Теней» помогла успокоить истерику матери пропавшего мальчишки – шепот Лирэя проник прямо в ее сознание, ненадолго притупив боль.

Попытка разузнать подробнее о «шествиях» у одного из торговцев привела к угрозам. Лирэй почувствовал враждебное внимание исходящее от них. Главная На задворках рынка, за рваным брезентом, он заметил подозрительное движение. Осторожно подкравшись, увидел – не клетки, а тщательно охраняемый склад. У входа – двое крепких парней с дубинами и ножами, явно не местных, выглядевших настороженно. Из полуоткрытых ворот доносился приглушенный плач ребенка. Лирэй не стал рисковать, но после забрел на черный рынок в переулке.

«Переулок Воронов» оправдывал название. Узкая щель между почерневших стен, куда едва проникал серый свет. Воздух был густ от запахов гнили, дешевых благовоний и страха. Анна (Сергей), стиснув зубы, пробиралась мимо лотков с ржавыми ножами, подозрительными склянками и тряпьем, пропитанным потом и кровью. Ее «Аналитическая Интуиция» работала на пределе, отфильтровывая шум и направляя ее к задней части рынка, к ларьку, завешанному шкурами непонятных зверей и гирляндами высушенных трав. За прилавком стояла фигура в рваном балахоне с глубоким капюшоном. Лица не было видно, только длинные, костлявые пальцы, перебирающие странные предметы.

– Обереги, – прохрипел торговец, не глядя на нее. Голос был словно скрип несмазанных петель. – От чего беречься желаешь, госпожа? От стали? От сглаза? От… шепота глубин?

Анна почувствовала, как камень-амулет у ее груди дрогнул, будто отвечая. Ее интуиция подсказала: здесь есть настоящее. Торг был краток и страшен. Она выложила половину своих золотых имперских червонцев. Взамен получила три предмета:

Выщербленный Камень с Руной «Щит»: Грубый, но древний. Пульсировал слабым теплом в руке. «От стали и ярости».

Спираль из Черненого Серебра: Холодная, вибрирующая на тонкой цепи. «От сглаза и чужой воли. Сожми – почувствуешь барьер».

Торговец схватил золото и растворился в тени ларька, словно его и не было. Анна поспешила прочь, чувствуя на спине десятки колючих взглядов.Деревянная Фигурка Дракона: Темное дерево, теплая на ощупь, с глазами из крошечных рубинов. «От тьмы и скверны. Даст свет во мраке души».

Алексей (Михаил Береговой): Нашел полу заброшенную кузницу на самой окраине города, у старой мельницы. Хозяин, угрюмый старик, согласился сдать ее в аренду за неделю вперед – золото империи говорило красноречиво. Город для него был гигантским, сломавшимся механизмом.

На свалке у порта он нашел ящик с почти целыми часовыми механизмами – идеальная основа для точного оружия. Нашел куски качественной стали и медных труб нужного диаметра. Три дня и три ночи он не выходил из кузницы, работая в поту и копоти. Его новый навык, «Магическое Создание Оружия», был не просто знанием – это был диалог с металлом, воля, вливаемая в форму. Он начал с основы: короткие, крепкие стволы из найденных труб высокого давления. Магазины на 6 патронов – сложные, как часовые механизмы, собраны из шестеренок и пружин от старых хронометров. Рукояти – из твердого мореного дуба, обожженного для прочности. Но самое главное – патроны и процесс сборки. Вместо пороха – смесь толченого кварца (проводник магии), селитры и угля. Вместо свинца – сердечники из закаленной стали, гравированные микроскопическими знаками защиты и проникновения. Каждый патрон он собирал как алхимик, вкладывая в него не только металл, но и намерение – разрывать нечистую плоть, гасить темную магию. Каждый пистолет при сборке он держал в руках, концентрируясь, внушая металлу его предназначение – быть бичом для скверны. Рукояти под его пальцами слегка теплели, сталь звенела чуть чище.

К утру на столе лежали четыре компактных, но смертоносных изделия. Неуклюжие арбалеты и ножи остались в прошлом. Это было оружие инженера-мага: «Искры Рассвета». Они лежали, холодные и тяжелые, готовые к бою. Алексей вытер сажей лицо. Его руки дрожали от усталости и напряжения, но в глазах горело удовлетворение. Механизм для борьбы со злом был собран.

***

(настолка – 2й игра – подготовка и освобождение рабов)

Вечер третьего дня в вонючей каморке постоялого двора «У Тонущего Моряка». Выводы, озвученные после докладов, повисли в воздухе ледяной глыбой. Особенно после того, как Лирэй описал охраняемый склад и детский плач.

– А герцог, тем временем, торгуется – Лондон или Вена? – Марк (Волков) ударил кулаком по столу, опрокинув глиняную кружку. Вода растеклась, как кровь. – Слепец! Его «друзья» уже режут глотки в подземельях под его же замком! Прием – не болтовня. Это – сходка перед закланием. Мы и вся его жалкая свита – бараны на алтаре! Убрать свидетелей, запугать герцога, скрепить союз нашей кровью!– Это не интриги, – заявила Анна Зимина (Сергей), ее голос был сух, как пыль в катакомбах. Она разложила зарисовки символов. Ее «Аналитическая Интуиция» кричала об опасности. – Эти знаки – ключи. К дверям в катакомбах под замком. За ними – дохристианские ужасы балтийских племен. Культы глубины. Кровь. Жертвы. И все дороги ведут к нашим «эмиссарам» у герцога. Они не просто дипломаты. Они – жрецы. – Дети, мужчины… – Лирэй (Николай) бросил на стол горсть медяков – плату за молчание от дрожащего старика-рыбака. Его лицо было мрачно. – Живой товар для их жертвенного ножа. Склад под охраной – их пункт сбора перед… отправкой под алтарь. Завтра прием. Идеальное время для ритуала – пока весь светский бомонд в замке.

Тишина стала осязаемой. Даже Волков побледнел. Цинизм столкнулся с немыслимой жестокостью.

– А я… – Анна (Сергей) достала купленные на черном рынке обереги: Камень с Руной «Щит», Спираль из Черненого Серебра, Деревянную Фигурку Дракона. – Попробую прикрыть. И найти слабое место в их обороне или охране склада. Разведка перед штурмом.– Дипломатия отменяется, – отрубил Алексей (Михаил). Он выложил на стол четыре «Искры Рассвета». Оружие лежало, холодное и тяжелое, излучая едва уловимую энергию. – Вот защита. Против их скверны. Но детей спасти нужно до приема. Если они начнут ритуал – будет поздно. – Склад охраняют, – напомнил Лирэй. – Двое у входа. Видел. Внутри – наверняка больше. Не меньше пяти-восьми. С ножами, дубинами. Возможно, и сталью. – Значит, бой, – Волков оскалился. – Капитан не боится грязи. Леха, ты с нами? Твои «искры» пригодятся. Алексей кивнул. Доработку последнего пистолета можно закончить позже. – Я с вами. И у меня не только «искры». – Он похлопал по гаечному ключу.

Операцию начали глубокой ночью. Анна (Сергей), используя свою «Аналитическую Интуицию» и темные переулки, провела разведку. Склад был старым рыбным амбаром у самой воды. Охрана: двое у ворот (видимые), еще двое патрулировали периметр (Анна заметила их тени и оклики). Внутри – свет фонаря, приглушенные голоса. Еще двое, как минимум.

– Шесть, – доложила она, вернувшись к группе, затаившейся в тени соседнего сарая. – Двое у входа, двое патруль, двое внутри. Вооружены: ножи, дубины. У одного патрульного – пистолет за поясом. У ворот – возможно, еще кто-то в будке.

План был прост: ликвидировать патрульных тихо, затем штурмовать ворота. Лирэй (Николай) и Волков (Марк) взяли на себя патруль. Анна (Сергей) – попытаться обезвредить часового у ворот магией или диверсией. Алексей (Михаил) – сила прикрытия и прорыв.

Лирэй, как тень, подкрался к первому патрульному. Его «Песня Теней» – пронзительный, леденящий шепот прямо в ухо: «Спи!». Охранник замер, глаза закатились, он рухнул без звука. Волков, используя момент, бросился на второго патрульного. Тот успел вскрикнуть, но капитанский удар рукоятью пистолета в висок заглушил крик. Тела быстро стащили в темноту.

У ворот Анна (Сергей) сжала в руке Спираль из Черненого Серебра, сосредоточившись на часовом в будке. Она ощутила барьер – слабый, но реальный – между ним и внешним миром. «Отвлекись!» – мысленно скомандовала она, вкладывая волю в артефакт. Часовой в будке вдруг резко обернулся на шум (которого не было), отвернувшись от ворот. Этого хватило.

Алексей (Михаил) и Волков (Марк) рванули к воротам. Михаил массивным плечом и весом тела ударил в старую древесину рядом с замком. Раздался громкий треск – засов не выдержал. Ворота распахнулись. Внутри, в свете единственного фонаря, замерли трое охранников. И десятки испуганных глаз – дети и несколько взрослых мужчин, связанные в углу.– Готово! – шикнула Анна.

Ответом был дикий вопль и бросившиеся на них охранники. Бой вспыхнул яростно и жестоко. Лирэй (Николай), ворвавшись следом, метнул нож – один охранник рухнул с хрипом. Волков выстрелил – второй отлетел к стене. Третий, здоровяк с дубиной, ринулся на Алексея. Михаил парировал дубину гаечным ключом, звон металла оглушил в тесноте, и тут же всадил в живот охраннику короткий, но мощный удар кулаком в железной перчатке. Тот сложился.– Империя! Сдавайтесь! – рявкнул Волков, наводя пистолет.

– Из будки! – крикнула Анна. Из маленькой каморки у ворот выскочил четвертый, с обрезом. Он выстрелил наугад. Дробь чиркнула по камню над головой Волкова. Прежде чем тот успел перезарядить, Лирэй прыгнул на него, как кошка, сбив с ног. Завязалась отчаянная борьба.

Волков и Алексей бросились к узникам, перерезая веревки. Анна, видя, что Лирэй не справляется (охранник был силен и яростен), сжала Камень с Руной «Щит» и мысленно бросила его защиту на цыгана. Охранник, занесший нож, вдруг споткнулся, будто ударившись о невидимую стену. Лирэй воспользовался моментом, вывернулся и всадил свой кинжал под ребра.

Тишина наступила внезапно, нарушаемая только тяжелым дыханием и всхлипываниями детей. Шесть охранников были мертвы или тяжело ранены. Победа далась дорогой ценой: Лирэй хромал, держась за окровавленное плечо (пуля чиркнула или осколок камня?), у Волкова была рассечена бровь, у Алексея – содрана костяшка на руке. Анна чувствовала жгучую пустоту – силы артефактов были не безграничны.

– Быстро! – скомандовал Волков. – Выводим их отсюда! К знахарке на окраине, как договаривались, Лирэй!

Они вывели перепуганных людей в ночь. Спасение удалось. Но теперь культ знал – чужаки не просто смотрят. Они бьют. И завтра, на приеме, ответ будет страшен.

***

Зал собраний в герцогском замке Ольденбурга был мрачен, несмотря на зажженные факелы и люстры. Готические своды давили, каменные лица предков, взиравшие со стен из портретов, казались осуждающими. Герцог, немолодой, тучный человек с усталыми глазами, встретил их с подчеркнутой, но холодной вежливостью. Его свита – чиновники в поношенных, но чистых мундирах – смотрела на имперских «инспекторов» с робким любопытством и страхом.

– Зря не разузнали о них подробнее, – тихо процедил Алексей (Михаил), окидывая взглядом местных чиновников. Его пальцы нервно перебирали скрытый в рукаве миниатюрный арбалет. – На вид – мыши перепуганные. Но кто знает, что у них на уме? Может, они тоже в доле?

Марк (Волков) кивнул почти незаметно, его капитанский взгляд сканировал зал, отмечая выходы, возможные укрытия. Лирэй (Николай) пытался разрядить обстановку, тихо наигрывая что-то беззаботное на незримой лютне, но мелодия звучала нервно. Анна (Сергей) незаметно касалась амулета-спирали под воротником платья, ее глаза выискивали на стенах, коврах, посуде знакомые по исследованиям зловещие символы. Их не было. И это было тревожнее всего.

Церемониальные фанфары прорезали тягучее молчание. Двери в конце зала распахнулись.

– Его превосходительство, барон фон Штаркенберг, представитель Австро-Венгерского императорского дома! Его светлость, лорд Элджернон Веймут, уполномоченный Его Величества короля Англии! – провозгласил герольд.

Вошедшие были полной противоположностью жалкой местной свите. Австриец – высокий, сухой, в идеально сшитом мундире, с лицом аскета и холодными голубыми глазами, в которых светился ум, лишенный тепла. Англичанин – дородный, с тщательно ухоженной бородкой, в бархатном камзоле, с ленивой улыбкой, не доходившей до глаз. Их свита – несколько таких же безупречных и пугающе спокойных господ.

Именно в них – в этих безупречных дипломатах – Алексей (Михаил) мгновенно узнал то самое. Холодное высокомерие, взгляд, скользнувший по герцогу и его свите, как по скоту на убой, едва уловимая аура… нечеловеческой уверенности. Он почувствовал, как под его сюртуком жжет грудь деревянный амулет-дракон, выданный Анной. Рядом Сергей (Анна) едва сдержал вздох облегчения и ужаса одновременно – чиновники были невиновны. Настоящие звери вошли сейчас.

Церемонии начались. Скучные речи о дружбе, торговле, взаимовыгоде. Герцог мялся, бросая нервные взгляды то на Волкова, то на барона. Атмосфера сгущалась, как грозовая туча. Кульминация наступила неожиданно. Лорд Веймут, улыбаясь, сделал шаг к герцогу с каким-то развернутым пергаментом. И в этот момент барон фон Штаркенберг резко, нечеловечески быстро, выхватил из складок своего мундира не кинжал, а странный, изогнутый ритуальный нож из темного металла, испещренный теми самыми рунами. Его свита синхронно повторила движение. Не для убийства герцога. Для убийства всех в зале. Ритуал начинался. Жертвы – герцог, его свита и имперские шпионы – были в сборе.

– ЗАЩИЩАТЬ СВИТУ! – рявкнул Марк (Волков), его голос громыхнул под сводами, как пушечный выстрел. Капитанская решимость сработала мгновенно. Он не стал раздумывать, кого защищать – невиновных надо спасать. Все планы полетели к чертям. – БЕРЕГОВОЙ, ПЕРЕДНЯЯ! ЗИМИНА, ЗАЩИТА! ЛИРЭЙ, ОГОНЬ НА ПОМОЩЬ!

Алексей (Михаил) рванулся вперед, как таран. Его гаечный ключ, тяжелый и надежный, со свистом расчищал пространство перед перепуганными чиновниками, отбрасывая первого бросившегося на них культиста. Одновременно его вторая рука выбросила в центр зала дымовую шашку. Едкий, удушливый серный дым заполнил пространство. Сергей (Анна) втолкнула ближайших чиновников за массивный дубовый стол, крича что-то о том, чтобы прижимали к груди амулеты (если они у них были). Сама же она сосредоточилась, пытаясь активировать силу спирального артефакта, создавая невидимый барьер перед очередным культистом, чей ритуальный нож замер в воздухе, словно упершись в стекло. Николай (Лирэй), отбросив лютню, выхватил свой изогнутый нож и один из арбалетов Алексея. Его движения были стремительны и смертоносны, как танец. Стрела с отравленным наконечником впилась в горло австрийцу, метившемуся в герцога. Вторая – в руку барону Штаркенбергу, выбив у него темный кинжал.

Зал погрузился в хаос. Крики чиновников, рычание культистов, звон стали, шипение дыма. «Дипломатический прием» превратился в кровавую бойню. И посреди этого ада четверо имперских агентов, облаченных в светские одежды, отчаянно защищали тех, кого еще час назад считали возможными соучастниками. Они не ожидали, что враг окажется столь могущественным и что защищать придется не только себя. Игра в дипломатов закончилась и началась игра на выживание.