Читать книгу Прятки – это не игра, а способ выживания! - - Страница 7

Ника или Николь Мельник

Стоило Николь выйти наружу, как для нее открылся новый мир. Все вроде было известно, но в то же время отличалось от привычной Земли. Единственное, с чем Ника могла сравнить увиденное, была деревня, в которой жила ее бабушка и с которой она проводила так много времени в отсутствие и занятости родителей.

Деревья на окраине, которые виднелись сквозь окно в спальне, имели синеватый оттенок, который так не вязался с привычной Землей, но, напомнив себе, что с родной планетой ее больше ничего не связывает, девушка уверенно пошла вслед за матерью.

Ступням было немного прохладно и непривычно ступать по сырой земле, но огибая места, где лежали мелкие веточки и камни Ника быстро приноровилась к темпу рядом идущей Мари.

Проходя мимо домов и общественных зданий, девушка замечала, что деревню явно содержали в чистоте и достатке, а альфа не скупился на средствах для жителей, которые следили за порядком и безопасностью на территории стаи. Это стало еще одним жирным плюсом в копилку мужчины, которому Ника хотела сосватать мать.

Идти до места, откуда во всю доносились голоса, было не долго. Народу было много, и местами приходилось сильно потрудиться, чтобы пройти сквозь толпу.

Марибель все это время не отходила от дочери ни на шаг, но стоило ей увидеть Альфу, как она попросила дочь прощения и временно удалилась. Опасности для себя Николь не испытывала, и поэтому, осмотревшись вокруг, она обнаружила лучшую точку наблюдения и отправилась туда. Ей жутко повезло, что это место было рядом с накрытым столом, где каждый мог угоститься всем, что хотел.

Шведский стол, так сказать, был забит яством, от которого у Николь потекли слюнки. Она не стала отказывать себе в удовольствии попробовать несколько закусок. Стоило ей попробовать несколько из них, как к ней подошел один из парней, который явно должен был пройти обряд обретения зверя на уровне с ней.

Парень был ниже ее на пару сантиметров, но комплекцией был с ней почти похож. Проблема была лишь в том, что Ника еще не успела восстановиться после затянувшейся болезни, а вот щуплость парня была его естественным состоянием. Большие, голубые, доверчивые глаза, рыжие кудряшки на голове и веснушки на лице делали его не только миленьким, но и тем, кого хочется защитить от всего мира, а не опасаться на поле боя. На Земле, увидев его, Ника подумала бы, что он один из тех, кто часами и днями не может оторваться от приставки и даже забывает поесть. Он мог быть одним из тех, кто питается энергией компьютерного излучения и более ничем.

– Привет! Не видел тебя раньше! Ты тут новенькая? – спросил он, – чем заставил Нику отвлечься от угощений и всецело посвятить свое внимание ему?

– Не совсем. – пережевав последнее угощение, ответила она. – Я здесь живу всю жизнь. Я дочь местного врача, Марибель Мельник.

– Да ты что! Врешь? – не веря, спросил парень, чем заставил Нику улыбнуться. – Я слышал, что ты двигаться не можешь и скоро того… Ну ты понимаешь! – парень не тактично провел большим пальцем правой руки по своему горлу.

– Как видишь это не совсем правда, хотя я была не далека от этого и всего месяц назад и правда лежала не подвижно. – Ника смотрела на парня глазами куда более взрослой женщины, чем она должна была притворяться, и видела искреннее удивление и ни грамма фальши.

Он был отчасти наивен и по-детски впечатлителен. Это вызывало искреннюю улыбку, которую девушка не смогла сдержать.

– Я Николь, но можно просто Ника. – представилась девушка.

– Я Петр Кабо или просто Петя. – в ответ назвался парень и протянул руку для рукопожатия, на которую девушка тут же ответила.

– Ты тоже сегодня пройдешь обряд? – спросил Петя.

– Да. Мы как бы ровесники с тобой. – сказала Ника и мысленно прикинула, что она старше парня на десять долгих лет жизненного опыта.

– Сегодня нас таких четверо. Есть еще два парня, но ты их не увидишь, ведь они полностью окружены родней. Там гадают, какой из зверей им достанется, и они явно уверены, что это будет альфой и никак иначе. – Петр произнес это, и Ника могла точно сказать, что симпатии к тем, о ком он говорил там, не было и в помине.

В нем говорила обида и частичка зависти, которая не ускользнула мимо Ники.

– Ну а ты кого думаешь, получишь? – решила девушка поддержать беседу.

У них еще было время до самого обряда, а присутствие Петра отгоняло от нее всех тех желающих завести с ней беседу.

– Мне хотя бы омегу получить. – печально произнес он. – Не думаю, что стоит надеяться на многое… – парень сказал эти слова, отвернувшись лицом в другую сторону, чтобы не показать всю ту боль, которую он чувствовал.

Это явно были не его слова, а слова тех, кто не раз повторял ему это. Самое противное было то, что, даже стараясь не показать этого, парень явно верил, что не достоин ничего более. Его довели до этого состояния, а он оказался недостаточно силен, чтобы побороть влияние других и увериться в обратном.

Петр задавал еще много вопросов и рассказывал интересные и познавательные вещи о тех, кто находился рядом, а у Ники не выходило из головы, как столь доверчивая и чистая душа могла вырасти здесь среди тех, кто более всего ценит силу и инстинкты?

– Время! – вдруг громко объявил альфа Виктор.

Стоило ему это сказать, как толпа зашевелилась и направилась в сторону большого зеркала, которое Ника ранее не замечала. Все двуликие обступили его со всех сторон, оставляя проход для четверки тех, ради кого сегодня все собрались.

Все это время Петр волок Нику за руки, и только сейчас, находясь в освобожденном проходе, он ее освободил.

– Выбирай очередь. – прошептал парень ей на ухо. – Если, что первые двое пойдут они, тут даже спорить не стоит. – все так же тихо сказал Петр, указывая на двух парней впереди нее.

– Я пойду третьей, если ты не против. – ответила Ника.

– Хорошо. Я тогда за тобой. – согласился он. – Будет время подготовиться.

Никаких речей или напутствий от альфы не последовало, однако стоило лунному свету полностью покрыть зеркало, как первый из парней вступил на него.

Он прошел в середину и опустил голову вниз, чтобы спустя пару мгновений на его месте появился большой и грозный лев. Он зарычал, и его родственники подержали его клич. Как Петр и предсказывал, он был явным альфой, который повел за собой свою семью в лес на свою первую охоту.

Воодушевившись таким началом, второй претендент на зверя сегодня запрыгнул на зеркало и так же проделал все, как и его приятель до него. Ему тоже повезло, и все лицезрели смену ипостаси в черного и явно крупного волка, который, в отличие от своего друга, мог претендовать на звание беты. Он удалился, ничуть не огорченный таким раскладом дел, и тогда пришла пора Николь познать свою судьбу.

Перед тем, как ступить на зеркало, Ника нашла взглядом мать, которая стояла рядом с Альфой Виктором и так же смотрела на нее. Девушка вынужденно улыбнулась и сделала первый шаг. За ним последовал следующий и еще парочка, пока она не вступила в середину.

Ника посмотрела на отражение и искренне удивилась, ведь перед ней разворачивалась сцена того, как она стоит на кухне одного шикарного ресторана, где по поводу ее успеха был организован банкет, на котором она вынуждена была присутствовать. Это был вечер, когда девушка добавила яд во все кувшины с водой и алкоголем, чтобы совершить свою месть тем, кто был повинен в смерти не только ее родителей, но и всех жертв своего бизнеса.

Видение показывало не то, что произошло после того, как почти все выпили отраву, а в момент, когда Нике удалось подловить момент и, стоя у напитков твердой рукой, открыть пузырек и влить по пару капель в каждый из кувшинов. Этого было достаточно, чтобы эффект наступил чуть отсроченно, но имел все те же действия.

Ника смотрела не на свои действия, а на свое лицо. В них не было ненависти или сожаления. В них была пустота, которая жила в ней на протяжении всего времени, которое у нее было с момента ее «заточения». Она жила в тени самой себя, и только сейчас, глядя на свое отражение, девушка поняла, как же ей сильно повезло, что у нее появился второй шанс прожить полноценную жизнь.

– У нее нет зверя…

– Отверженная…

Послышались первые высказывания спустя отведенное время, после которого так ничего и не произошло.

– Нееет… – громко закричала чуть в стороне Марибель.

Она чуть не упала на колени, но Альфа вовремя подоспел и удержал ее. Он смотрел на женщину и было видно, как тяжело ему сейчас произносить слова, которые являются его долгом перед всеми. Слова, которые причинят боль той, кто для него не безразличен. Альфа передал своему бете женщину в истерике и сделал пару шагов в сторону зеркала, на котором стояла Ника.

Перед тем, как он успел что-то сказать, мужчина посмотрел в глаза Ники и неожиданно увидел спокойствие и уверенность в своих силах. Она одобрительно кивнула ему и, гордо подняв подбородок, приготовилась слушать.

– По закону стаи, ты, Николь, считаешься отныне отверженной. Мать не посчитала тебя достойной обретения зверя, а это значит, что тебе дается всего один шанс доказать, что ее решение было ошибочным. С сегодняшнего дня и последующие три года ты обязана доказать, что способна быть частью нашего общества. Для этого ты должна выжить. – громким голосом начал тяжелый приговор альфа. – В связи с тем, что в нашей стае присутствует только твоя мать, но я лично знаком с твоим отцом, то я вынужден оповестить его о сложившейся ситуации. На него ложится ответственность нанять палача, который проведет проверку. Если первый не справится с поставленной задачей, то за ним последует другой, и так до тех пор, пока период трех лет не подойдет к концу. Если тебе удастся дожить до своего двадцать первого дня рождения, то ты вновь обретешь право считаться одной из нас, даже не имея зверя. Ты станешь полностью таким же членом нашего общества, с теми же правами, как и все остальные. Если же нет, то значит ты была этого не достойна. – сказал альфа. – Церемония звучала почти всегда одинаково. – Покинуть территорию деревни отныне тебе запрещается, но если тебе это удастся, то даже там тебя смогут найти и привести закон в исполнение. – закончил речь мужчина, и Ника кивнула в знак того, что она поняла.

Девушка спустилась с пьедестала и, проходя мимо альфы, тихо прошептала:

– Позаботьтесь о моей матери и сделайте ее счастливой. Она этого достойна! – Ника смотрела альфе прямо в глаза.

– Клянусь! – непонятно, что конкретно он увидел в глазах девушки, что заставило его ответить так, но это были явно не просто слова, а порыв души.

Николь подошла в тишине к матери и забрала ее у мужчины, который поддерживал ее до этого. Марибель плакала и не могла внятно высказать свои чувства, но стоило дочери подойти ближе, как она бросилась ей на шею.

– Все будет хорошо, мам! Все точно будет хорошо! – тихо нашептывала Ника плачущей матери.

Девушка, не торопясь, повела Мари в сторону больницы, в которой до этого жила, и все расступались перед ней, давая ей дорогу пройти. Никто не мешал либо задерживал их, но все смотрели с настороженностью.

Шли они не быстро, так как Мари почти не могла сама стоять, и Нике приходилось прикладывать усилия, чтобы продвигаться вперед. Из-за того, что они отдалились не слишком далеко, девушка смогла услышать тот момент, когда за спиной вновь раздался шепот об отверженном, и в этот раз разговор был не о ней.

Ника обернулась и застала момент, когда Альфе пришлось второй раз за день произнести ужасные слова об отверженности.

Один обряд и две почти погубленных души. Не только Николь этим днем Матушка Природа обошла стороной, но и недавний друг Петр удостоился того, что его поставили на счетчик выживания.

Девушка смотрела и понимала, что если она сделает все возможное, чтобы побороться за свою жизнь, то милый парень уже заранее сдался. В нем не было веры, и это было хуже всего.

Николь смотрела на пьедестал, на котором стоял поникший друг, и приняла сложное решение для себя: что поможет ему всем, чем сможет, но если вопрос станет между ее жизнью и его, она не станет колебаться.

Вернувшись в комнату, девушка приложила немало усилий, чтобы успокоить мать и уложить ее спать. Самой ей не спалось. Ей нужно было подумать и придумать, как себя защитить.