Читать книгу Моя соседка ведьма - - Страница 7

Как мать никогда не сможет отвернуться от своего дитя, так и Боги не могли лишить опеки своих созданий. Люди, когда-то отказавшиеся от них, не лишились их незримой защиты. Праведной рукой Боги направляют или карают, путают или награждают каждого, рожденного на их земле. Боги существовали до людей, и останутся после. Круг не разомкнется.

Не исчезли ни волхвы, ни колдуны. Герои сказок и легенд продолжают жить, охраняя или тревожа людской покой.

Границы миров, как нити во вселенском полотне, соприкасаются меж собой, но никогда не сливаются в одно. Каждый мир живет своими правилами и законами, и нарушать их нельзя. Любое столкновение границ должно пресекаться на корню. Для этого существует Совет Особых Существ, древний орган, стоящий на защите границ миров.

Неотрывно существует он в двух мирах параллельно, как страж, стоящий на рубеже тьмы и света. Все члены Совета подчиняются строгой иерархии. Во главе всего и всех восседает Князь. Цель его правления – исполнять волю Богов и не допускать столкновения Яви и Нави. Бремя власти делит с ним Бояре, особое урожденное сословие, законотворцы и судьи. Защиту границ возложили на себя Дружинники. Подготовленные бойцы, готовые пресекать и искоренять преступников. На одном уровне по значимости и полномочиям с Дружинниками находятся Волхвы. Служители Богов и посланцы их воли. Ниже всех расположен пласт Ведающих – людей, наделенных дарами Богов.

Нижестоящие подчинялись вышестоящим. Чем ниже положение сословия, тем меньше веса твое слово имеет в Совете. Так, слово Князя неоспоримо, а слово Ведающих не слышно, как бы громко оно не было произнесено.

Но, стоит отметить, что система весьма подвижна. Тем, кто сумел отличиться дорога наверх открывается без труда. Олег, бравый и молодой дружинник, в этом деле не знал себе равных. Еще десять лет назад никто и имени его не знал, а теперь он, в составе младших дружинников, командует целым отрядом. И это далеко не предел.

– Я рад, что ты навестил меня, друг.

Жнец кивнул дружиннику в знак приветствия.

– Располагайся. – Олег указал на пару кресел в своем кабинете.

Отношения этих двоих отдаленно напоминали дружбу. Олег был из числа тех, немногих, кто не чурался жнецов смерти. Пусть рукопожатие все еще оставалось для них чем-то далеким, но нахождение в компании друг друга не было для них неприятным. Даже меж собой они были схожи. Задумчивые, хмурые, лишенные излишней эмоциональности, они предпочитали наблюдать и действовать.

– Как ты поживаешь? – произнес Олег, положив начало разговору.

– Моя жизнь не богата событиями.

Мужчина рассматривал широкий резной стол, с ровными стопками бумаг.

– Понимаю. Сложно насытить свою жизнь событиями, когда ты толком и живым считаться не можешь. – левый уголок губы Олега дернулся вверх.

Жнец сдержанно кивнул.

– Как видишь, я готовлюсь сменить кабинет. – дружинник кивнул в сторону уложенных в стопку вещей, располагающихся у стены. – Осталось лишь уладить одно небольшое дельце, и меня переведут в старшую дружину.

Жнец подхватил со стола, принесенную секретаршей, чашку кофе и сделал несколько глотков.

– Вижу, что дела мои тебе не совсем интересны. – Олег откинулся в кресло и посмотрел на жнеца. – Может, ты мне поведаешь что-нибудь интересное?

– Да. Знаешь…– призадумался жнец, подыскивая безопасную формулировку для своего вопроса. – Существуют ли условия, при которых может быть расторгнут договор со жнецом смерти?

Мужчина задумчиво сложил руки перед собой, соединив кончики пальцев вместе. Он рассматривал, как под тонкой кожей змеились сине-зеленые вены. Сухожилия мелькали, то появляясь, то исчезая, в такт движения пальцев.

– Договор? – Олег выгнул бровь. – Тот самый, где жнецу завещают душу?

– Да.

– Ты ведь знаешь, что подобное не одобряется Советом. Люди не должны знать, что мы другие, что мы отличаемся от них. Наши миры разделены.

Тонкое стекло задрожало под мощным напором ветра, бушевавшего снаружи. Деревья клонили свои ветви к земле, прося пощады. Небо было серым, грязным и тяжелым.

– Знаю. Но если это не совсем человек… – жнец осекся. – Я мог бы спросить у своих, но они бы ответили, что с таким не сталкивались.

– А ты? Ты, значит, сталкивался?

Дружеский взгляд вмиг похолодел. Теперь не друг перед ним, а дружинник. Тот, кто блюдёт порядок. Страж границ.

Парень подался вперед, прищурив глаза. Черные волосы волнами упали на лицо.

– Нет. – жнец игнорировал пристальный взгляд, мыслями блуждая глубоко в себе. – Предположил. Мне стало интересно исследовать границы возможностей. Рамки и природу своего естества.

– Твоя природа. – повторил Олег. – Ты жнец. Твоя природа – быть служителем Мораны, помогая душам переправляться в мир Нави. Ты материален в двух мирах, но ни к одному из них у тебя нет полного доступа. Твоя цель – нести свое бремя до тех пор, пока не отыщется приемник, согласный заменить тебя. Тогда ты упокоишься.

Жнец дрогнул, как от пощечины. Верхняя губа приподнялась, обнажая ровный ряд зубов.

– Это мне известно и без тебя.

Цепкий взгляд дружинника не отпускал, напоминал звериный. Возможно, что такое ощущение складывалось за счёт густых темных бровей, нависающих над глазами, или же это чувство вызывала та опасность, которую всякий чувствовал рядом с ним. Он улыбался и протягивал руку в приветствии, но в глубине его глаз плескалось темное и опасное море.

Прикинув через руку пальто, гость собрался к выходу.

– Постой. – Олег подался вперед из кресла. – Помочь тебе я не могу, но могу дать совет.

Жнец стоял прямо. Изучал дверь перед собой и не спешил повернуться.

– Заключение договора с человеческой душой, лишает ее покоя, сбивая с предписанного Богами пути. Люди слабы. – Олег на мгновение задумался и продолжил. – Но вот если инициатором подобного выступает не просто человек, а кто-то из класса ведающих, то это уже совсем другая история. Последствия… Впрочем, не важно. Ты бы не стал делать ничего подобного, верно? Я и эти стены сохранят и похоронят твой вопрос здесь. Впредь будь осторожнее с тем, что говоришь, друг.

Жнец кивнул, и покинул кабинет. В глубоком раздумье он проходил коридоры, не замечая, как служители, завидев его, отступали с пути. Статус слуги Мораны внушал страх, как смерть, внушает его каждому живому существу. Не замечая никого из тех, кто жался к стенам, и обходил его по широкой дуге, жнец вышел на улицу.

Глубокая злость позволила мужчине устоять под порывом бушующего ветра и не оказаться в его власти, не стать его жертвой. Сквозь моросящие капли дождя мужчина оглядывал улицу. Ни души. Было решено идти вперед до тех пор, пока на пути ему не попадется человек.

Здание совета осталось позади. Пруд с темными водами, на глубину которых невозможно проникнуть глазами. Оголившийся парк с мощенными аллеями. Все осталось позади.

По дорогам проезжали редкие автомобили, пассажиры, которых с удивлением и жалостью смотрели на смельчака, решившегося на прогулку.

Жнец не смотрел на них. Шел быстрыми и широкими шагами, едва не задыхаясь от столь быстрого темпа. Волосы липли ко лбу. Уши горели от холода. Пальто, то и дело подвергалось нападкам ветра, желавшего его сорвать, и заморозить слугу смерти. Мужчина остановился, увидев, как девушка через дорогу боролась с зонтом.

Ветер ломал зонт, выкручивая его металлические ребра наружу, утягивая его изломанное тело за собой. Девушка держалась за ручку крепко, хваталась за ткань купола, но совладать с ним не могла.