Читать книгу Мои любимые чудовища - - Страница 2

Говорят, в Норвегии есть такие магазины, где нет продавцов. Каждый может набрать норвежской капусты, или норвежской редиски, или других норвежских овощей, сложить в сумку с вышитыми оленями, оставить деньги в деревянной чашке и уйти. И никто тебе слова не скажет, ни по-норвежски, ни по-русски. Потому что некому.

А в Африке, говорят, есть магазины, где продают сушеные лапки гусениц, фаршированные иглы дикобразов и соленые рога антилоп. Обычные люди туда заходят редко: не все любят суп из вяленых копыт. Зато черные, белые и зеленые колдуны частенько забегают за копчеными жабьими глазами и маринованными кишками дождевых червей в сахаре.

В городе Макаронске, где жила девочка Тина, никаких таких магазинов не водилось. Половина макарончан работала на заводе. Завод выпускал легковые автомобили. Автомобили стоили дорого, и город считался зажиточным. Холодильники макарончан ломились от продуктов, одежда вываливалась из шкафов, и в каждой комнате был телевизор.

Магазины круглосуточно обеспечивали жителей Макаронска всем необходимым. На бесконечных витринах лежали тонны макарон, километры колбасы и цистерны майонеза. Вешалки прогибались под сотнями платьев, брюк и носков. Телевизоры не влезали на полки, их вешали на потолок или клали прямо на пол.

Каждый макарончанин, даже если ему был один день от роду, съедал за неделю десять килограммов рожков, двенадцать батонов докторской колбасы и пять литровых банок майонеза. При этом сто шестьдесят восемь часов он смотрел телевизор. Если разделить на семь, несложно посчитать, сколько получится в сутки. Макарончане смотрели телевизор даже во время сна. А утром бодро вскакивали и бежали пить кофе с колбасой.

Тине почти исполнилось десять лет, и она терпеть не могла колбасу и кофе. Каждое утро мама ставила перед Тиной тарелку с сухим куском хлеба и кружку кипятка. В кружке болтался позавчерашний пакетик чая.

– Мам, этот чай уже не заваривается, – сказала Тина, разглядывая прозрачную воду в кружке.

Маму Тины звали Матильда Ивановна, и она всей душой презирала чай. Каждое утро она выпивала по пять чашек кофе с разными видами колбасы.

– Глупости! – воскликнула Матильда Ивановна. – Чай нужно заваривать несколько раз, от этого он становится только вкуснее. Правда, доченька?

Последние слова предназначались не Тине. Под мышкой у Матильды Ивановны всегда сидела собачка Жужа. Она смотрела на мир из-под лохматой челки и никогда не спускалась на пол. Даже в туалет собачку вносили и выносили на руках. За всю жизнь Жужа бегала по полу три раза, в младенчестве. Матильда Ивановна старалась об этом не вспоминать.

– Ты позавтракала? – спросила у Тины Матильда Ивановна. – У Жуженьки начинается «О, этот гавкий, гавкий мир». Ты ей мешаешь.

Тина торопливо дожевала хлеб, запила горячей водой – чай так и не заварился, – поблагодарила и вышла из-за стола. Матильда Ивановна могла пропустить последний звонок в школе Тины, но не сериал по телеканалу «Собачье счастье», в котором дело шло к свадьбе. Она усадила Жужу в высокий стульчик, повязала шелковый слюнявчик и поставила фарфоровую миску со сливочной овсянкой. На десерт Жужу ждала клубника с сахаром.

Тина потопталась на пороге, но сериал уже начинался, поэтому она решительно выпалила:

– Мам, мне нужна новая тетрадь в линейку. Дай мне пять рублей. Пожалуйста.

Матильда Ивановна подпрыгнула от неожиданности, промахнулась и сунула ложку с кашей в лоб Жужи.

– Пять рублей?! – ахнула Матильда Ивановна. – На тетрадь? Но я уже покупала тебе тетрадь в прошлом году! На школьной распродаже в отделе плавленых сырков!

– Я ее исписала, – сказала Тина.

– А с другой стороны? У страниц вообще-то две стороны!

– Со всех сторон. И на полях тоже.

– А…

– И обложку я исписала. Везде.

– Разве вам не выдают тетради в школе? Ведь учебники выдают!

– Нет, мам. Тетради нам не выдают. Учительница по русскому языку требует купить новую.

Матильда Ивановна надулась. Несколько минут она молча кормила Жужу кашей с ложки, а потом сказала:

– Я пойду с тобой. Это не входило в мои планы, но деньги любят счет, дорогуша. Особенно пять рублей. Вдруг ты потратишь сдачу! Где они продаются, эти твои тетради? В отделе плавленых сырков?

Тина задержала дыхание на миг, прежде чем ответить:

– В книжном магазине.