Читать книгу Светлые Атавизмы - - Страница 5

На улице было уже позднее утро, и солнечный свет, заливавший всё вокруг, делал общее настроение праздничным.

Мы стояли на широком помосте, выстроенном магически в воздухе, а по его сторонам стояли рядами кашпо с разноцветными цветами.

Я, облачившись в белый тяжёлый плащ с накинутым на голову плотным капюшоном, находилась в окружении пятерых эрлов в одинаковых чёрных одеяниях. Как только они накинули свои плащи, их очертания стёрлись, скрыв от меня, кто рядом со мной находится.

«Интересно, если росинка показывает мне чары и их назначение, может, она сможет определить, кто за магическим одеянием скрывается?» – подумала я, но тут чуть не оглохла.

На высокой ноте заунывно заиграла дудочка, почти сразу её поддержала свирель, и, не заботясь о слаженности музыки, затренькали гусли. Я, тряхнув головой, поспешила наружу, так как вся эта какофония, усиленная отражением от стен дворца, повторялась эхом. Приподняв руками плащ и платье, я поспешила двинуться вперёд, надеясь сохранить свой слух и душевное равновесие.

– Эхмо! – выкрикнул парнишка, который, единственный из всех скоморохов, обернувшись, наблюдал за нашими действиями.

И все, услышав его клич, как по команде, дружно выдвинулись вперёд, возглавляя наше шествие.

***

Как только мы прошли ворота, я обратила внимание на странный гул, доносившийся до нас из толпы, собравшейся на улице.

Город был красивый, но выглядел немного зловеще.

«Хотя чего я ожидала от мира, в котором основная раса – демоны?» – подумала я, рассматривая строения. Они в большинстве своём состояли из трёх этажей, правда, некоторые дома венчала башенка. Все стены были облицованы красноватым камнем наподобие песчаника, а крыши сделаны из металла, отливающего серебром.

Странное сочетание цвета и материалов, из которых был построен город, натолкнуло меня на мысль: «Красный цвет отражает все цвета, кроме красного, а металл призван рассеивать лучи?»

Помост, выстроенный в воздухе, возвышался над всеми, что дало мне возможность рассматривать улицу и людей даже из-под капюшона.

Путь пролегал по главной дороге города, украшенной и, судя по всему, предназначенной для таких шествий. На ней размещались и торговцы с передвижными лавками, и красиво оформленные ларьки. А в некоторых строениях располагались дорогие магазины с нарядными витринами и припаркованными рядом каретами. Сам помост окружала целая толпа зевак, распределившись по разным сторонам.

Кто-то покупал снедь в лавках, кто-то просто пялился, а некоторые кричали нам вслед, вызывая смех у публики.

«Жаль, что у меня нет артефакта, и я не понимаю, что говорят и над чем смеются зрители», – подумала я и дёрнулась, когда увидела, как огромный мужчина с крупным лицом подхватил с мостовой камень и, замахнувшись, запустил его в нашу сторону. Снаряд за долю секунды долетел до помоста, но, на что-то наткнувшись, раскололся и осыпался на мостовую крошевом. Мужчина разочарованно ухмыльнулся, но, заметив, что я на него смотрю, склонил голову, приветствуя.

«Он что, со мной здоровается, после того как не получилось прибить камнем?!» – не поняла я его поступка.

Но, внимательно взглянув на границу помоста, увидела тонкую пелену, тянущуюся вверх от цветов и служившую защитой.

«Значит, путь находится за барьером, который уничтожает всё, что стремится к нам попасть извне?! Но вот вопрос: сможет ли кто-нибудь выйти через него наружу?!»

Размышляя о том, как мне сбежать, не преодолевая смертельную завесу, я увидела странных белобрысых девиц, которые спешно семенили за нирами.

Немного полноватые, с огромными зонтами, они с любопытством рассматривали меня, чего-то ожидая и нервно между собой переговариваясь. Впереди шли чем-то недовольные ниры, таща на себе поклажу и расталкивая тех, кто зазевался и не успел отодвинуться.

С очередным плавным поворотом дорога пошла вверх, и, естественно, магический путь тоже стал возвышаться. Улица в этой части города стала у́же, но выглядела богаче. На домах появились кованые ставни с вензелями, а у некоторых даже балконы и лоджии. Я заметила, что на входных дверях виднелись фрески, но что на них было изображено, мне было не видно, так как их закрывали ниры в форме, похожие на охранников.

«Дорогой райончик!» – сразу поняла я, увидев на одном из балконов разодетого франта. Это был мужчина уже в почтенном возрасте со странной треуголкой на голове, разглядывавший нашу процессию.

– Фенораю эльм Аханатор! – выкрикнул он, как мне показалось, возмущённо.

– Эльмуно, граде вердос, – ответил ему мелодичный женский голос.

Я, повернувшись на звук, увидела на противоположной стороне лоджию, в которой восседали нарядные дамы. Белобрысые девицы остановились, чуть ли не шипя, и с завистью на лицах задрали головы. Одна из дам, сидевших на балконе, обратив на них внимание, усмехнулась и, встав, вытащила из вазы единственный цветок, что-то над ним шёпотом проговаривая. Вокруг раздавались окрики и восхищённые вздохи мужчин из толпы, смотревших на даму на балконе. И я её с интересом рассмотрела. Точёная фигурка, обтянутая достаточно простым, но изысканным платьем. Красивое, почти кукольное лицо с огромными печальными глазами, подчёркивающими образ чистоты и какой-то волнующей невинности.

Закончив шептать, она, слегка улыбнувшись компаньонкам, взмахом руки послала цветок вниз. Я невольно подумала, что он направлен девицам, но, описав замысловатую дугу, цветок направился в нашу сторону. Я смотрела на него в ожидании, что он вот-вот сгорит, повторив судьбу камня, но при этом продолжала идти за скоморохами. Растение, долетев до магической завесы, немного съёжилось, растеряв почти все свои лепестки, но оставило своё огненное соцветие.

– Агния, вальерас Аханатор! – выкрикнули с другого балкона.

– Айлиа афексис нулия Андерих, – поддержали диалог откуда-то с улицы.

А я пронаблюдала, как растение приземлилось мальчишке-скомороху на колпак и вмиг вспыхнуло. Парень суетливо запрыгал, шлёпая руками по голове и пытаясь сбить пламя, а толпа загоготала, улюлюкая. Все скоморохи, перестав играть, остановились, но ни один из них не бросился на помощь товарищу.

– Агния, оринос! – кричали из толпы мужчины.

– Агния видоро прекрасная! – скандировали с балконов.

«Странное восхищение тем, кто только что, по сути, совершил преступление», – удивилась я и, быстро шагнув в сторону, сорвала с пацана колпак и кинула его на помост, по которому мы продвигались. При этом я случайно дотронулась до соцветия, и оно, на секунду вспыхнув, пропало. Мне ничего не оставалось, как топать ногами по тлеющему колпаку, надеясь, что все решат, будто флора самоуничтожилась.

«Вот тебе и гомозигота диплоидная!» – выругалась я, вспомнив, где слышала имя, которое, продолжали восхищённо скандировать собравшиеся.

Агнию обсуждали на смотровой башне Лунария с Алианой, почему-то решив, что это она меня наняла, чтобы отомстить правителю. Из их разговора я поняла, что это богатая женщина, влюблённая в Аханатора, которую не допустили к отбору невест правителя.

«Что же, возможно, послав цветок, она решила отомстить Аханатору?» – подумала я и, убедившись, что колпак потушен, отошла в сторону.

Мальчишка-скоморох опасливо нагнулся и, подняв свой изрядно пострадавший головной убор, зачем-то нахлобучил его себе на голову.

«Беся», – вспомнила я, как прозывают мальчишек-нир, пока у них не появятся рожки. Он обиженно шмыгнул конопатым носом и кивнул мне, чтобы я посмотрела себе за спину.

Я обернулась к сопровождавшим меня эрлам – они стояли, не меняя строй, и не препятствуя никаким действиям.

«Бесчувственные чурбаны, или просто демоны!» – возмутилась я про себя, но тут увидела, на что указывал мне мальчик.

Сзади нас сгущалась тень, методично накрывая магический помост. Она шла, фактически, по нашему следу. Я удивлённо развернулась и взглянула на продолжение магического пути, по которому нам ещё предстояло пройти. Впереди тоже к помосту приближались тени, при этом просачиваясь сквозь толпу, которая, как мне показалось, этого не видела. Повернувшись к скоморохам, я кивнула пацану, не зная, что нужно сделать, чтобы продолжить путь.

Парень в ответ кивнул и, перед тем как поднести к губам дудку, выкрикнул скоморохам:

– Глупая айли, эроха верде идти.

Я застыла от возмущения.

«Вот тебе и наука, Ёля! Не стоит спасать маленьких нир, так как они тогда решат, что ты глупая!» – Но тут скоморохи дружно заиграли, и темнота постепенно стала отступать, давая нам возможность двигаться.

Подумав, что лучше сейчас не высказывать своё негодование, – всё же безопасность важней, – я продолжила идти за музыкантами.

– Веро Агния, айли знает, чем его асентила ажла нира, – засмеялась группа молодых эрлов.

Одеты они были слишком щегольски – в расшитую золотом парчу, которая на улице выглядела неуместно. Глядя на них, я подумала, что сегодня очень жарко, а на меня напялили плащ, сотканный из нитей, не пропускающих излучения.

«По-моему, он не пропускает не только излучение, но ещё и кислород», – решила я и, не став дожидаться, пока вспотею, ослабив завязки, откинула капюшон.

– Ха-ха! Она же некрасива, – услышала я заливистый смех Агнии с балкона.

– Да, непривычно выглядит безмагичка без белых волос, да к тому же, странно причёсанная, – поддакнул ей старый франт, сидевший на балконе.

Я с удивлением перевела взгляд на полноватых девиц, которые все, как одна, были белобрысыми.

«Это что, у них все безмагички – блондинки? – нахмурилась я, вспоминая всё, что мне о них рассказывали. – Судя по всему, это некий атавизм, который считается признаком принадлежности к вымершему племени айли».

– Ну и что из того, что у неё не белые волосы? – выкрикнула пожилая дама, сопровождавшая нас в золочёной повозке. – Не просто же так Гестион над Ревахом засиял, делая эту безмагичку наречённой?!

Она смерила недовольным взглядом эрлов, которые мешали ей проехать, и демонстративно раскрыла огромный зонт, хотя дождя, по моим ощущениям, не предвиделось.

– Да какая разница, какого у неё цвета волосы?! – кричали откуда-то с улицы.

– Пусть уже быстрее загорится! – кричали молодые девицы.

– Ну уж нет, я заплатила за эту лоджию, пусть она пройдёт до меня и тогда уж загорается, – выкрикнула женщина с балкона дома, до которого наша процессия ещё не продвинулась.

– Каждый год с десяток девиц тут погибает, но первый раз засиял Гестион, обещая наречённую будущему повелителю, – заявил солидный мужчина, стоявший у огромного здания.

«Это явно кто-то, наделённый административной властью», – решила я, рассматривая дорогую мантию эрла.

– А по-моему, она красавица, – выкрикнул эрл и с залихватским видом запрыгнул в седло подведённой к нему лошади.

Толпа зашушукалась, полились разные высказывания, оценивая мою внешность и странное «гнездо», которое было сооружено у меня на затылке.

А я замедлила шаг, осознавая, что сопровождавший нас с начала пути гул оказался просто разговорами.

– Дайте же проехать, а то вот-вот вспыхнет, и я останусь совсем без средств, если огонь с помоста перекинется! – выкрикнула в толпу торговка, пытаясь отвезти подальше свой передвижной ларёк.

– А чего ж ты раньше не отогнала тележку? – спросил её мужик, пытаясь подвинуться.

– Сама проворонила или рисковала, чтобы поживиться, а нам теперь пропускай её, теряя место, с которого видно представление, – вторили мужику окружившие помост женщины.

– Я не виновата, что она задержалась, – чуть ли не плача, отнекивалась торговка. – Она должна была пройти дальше и подгореть там, где раскуплены лоджии.

«Гедрить твою перекись, я понимаю язык эрлов!» – осознала я и, спотыкнувшись на ровном месте, чуть не влетела в защитный барьер. Хорошо, что меня поддержал идущий чуть позади меня эрл, а то я точно могла поджариться.

«Похоже, пришло время отсюда сматываться, а то вон уже видны лучи Ярила, – подумала я, ухватившись за плащ спасшего меня эрла, и услышала треск ткани, поскольку невольно за него дёрнула. – А если исходить из смысла понятых мной слов, шансы, что я выживу, толпою вообще не рассматриваются».

Я, чуть замедлив шаг, стала внимательно осматривать площадь, надеясь наткнуться на прогалину, где мог поместиться невидимый эласмотерий. Нигде не было места даже яблоку упасть, не говоря уже о достаточно крупном животном. Но зато чуть впереди я заприметила Тошку.

Она с волнением на меня оглядывалась, сжимая в руках небольшую походный мешок. Я показала ей кивком в обратную сторону, чтобы нира шла во дворец и там меня дожидалась.

С каждым шагом ощущая, что мне становится всё жарче, я подумала, что не хочу раньше времени изжариться. Развязав последнюю завязку, распахнула плащ, не снимая и надеясь, что в любой момент смогу его накинуть.

Но тут за плащ кто-то резко дёрнул, сорвав его с моих плеч. Обернувшись, я увидела, как один из сопровождавших меня эрлов издевательски скомкал плащ и кинул в защиту. Тот за секунду сгорел, не оставив мне и шанса на спасение.

Скоморохи прекратили играть и остановились, пытаясь понять, что произошло и почему я стою без плаща, в одном слипшемся от пота платье.

– Правильно, нечего прикрываться, если решила выйти замуж за правителя! – выкрикивали из толпы эрлы.

– Да, пусть докажет, что в ней есть кровь айли! – кричали белобрысые женщины.

– Она же вся сгорит?! – услышала я возмущённый возглас Агнии, и мне почудилось, что в нём я как раз расслышала волнение.

Сдвинув брови, я взглянула на сорвавшего с меня плащ эрла, но определить, кто передо мной, не могла, поэтому просто вопросительно кивнула. Скрытый под магическим плащом махнул мне рукой, указывая: мол, что стоишь, давай, продолжай движение.

Я резко отвернулась, не собираясь открывать эрлам, что трушу. Моё сердце давно уже отбивало свой ритм где-то в пятках, а ноги я передвигала лишь потому, что не привыкла показывать никому своей слабости. Конечно, была затаённая надежда, что, укрываясь плащом с созданной мейстами нитью, я смогу пройти магический барьер. Но тот, кто его демонстративно уничтожил, невольно меня спас, и я не совершила глупости.

Улицу уже начало заливать красным светом, вокруг многие открывали зонты, сберегающие от излучения, а сопровождавшие нас весь путь возгласы стихли. Все затаили дыхание, ожидая, что вот-вот наступит долгожданная развязка. Колени затряслись сильнее от охватившего меня страха, и я решила продолжить движение.

«Мне нарисованные девушки указывали на горизонт, пытаясь объяснить, что, как я увижу яркий круг, мне надлежит опростоволоситься! По-простому говоря, снять с себя косынку». – Я подняла руку, нащупав невидимую для всех ткань, и приготовилась.

На улице воцарилась такая тишина, что её можно было резать и складывать в стопку по кирпичику. Я ощущала на себе сотни взглядов, которые ждали, чем всё это кончится. Сзади тяжело дышали сопровождающие меня эрлы, а под помостом я уловила знакомый мне ритм биения сердца эласмотерия. Удивлённо взглянув себе под ноги, я поняла, что умное животное всё это время передвигалось под нами.

С каждым мгновением я чувствовала, что воздух раскаляется, и лучи вот-вот попадут на помост, где застыла в ожидании наша процессия.

Собравшись с духом, я в очередной раз вспомнила надпись на Оманской пороховнице: «Раз уж смерть неизбежна, стыдно быть трусом!»

Увидев, как лучи разрезали небосклон, проявив мне очертания величественного здания с острым шпилем, торчащим из него, словно трёхгранный обелиск, я стянула с себя косынку.