Читать книгу Заключённая - - Страница 7

Гарин

Два года назад

Я отодвинул стул, откинулся на мягкую спинку и закинул ноги на край стола. Впервые за двенадцать часов я присел, а виски из бара не хватало, чтобы заглушить пульсирующую за глазами боль.

День выдался чертовски долгим.

Мой директор по маркетингу уволился с утра – ушёл в казино в конце Стрипа, нарушив своё неконкурентное обязательство всего за месяц до крупнейшего покерного турнира, который когда-либо проводил мой отель. Официантку подвергли домогательствам, когда она принимала заказ у одного игрока. Пальца, которым он водил по её киске, на его руке больше не было. Когда моим людям этого показалось мало, они отпилили ему всё запястье. А в довершение всего, три игровых автомата за последние шесть часов выплатили джекпоты на сумму больше десяти миллионов. Марио, едва увидев цифры, тут же набросился на меня. Каждый вечер он получал подробный отчёт о моих результатах. Эти цифры затем отправлялись всем остальным боссам в Атлантик-Сити. Совет был для видимости; боссы – вот кто на самом деле управлял казино. Они командовали из дому, а я следил, чтобы их решения выполнялись. Раз уж они были так далеко, мне было что скрывать. Грёбаные цифры – точно не из этого.

И когда боссы злились, они не пачкали руки.

Они забирали жизни.

Кому-то достанется, потому что три джекпота за шесть часов – это ненормально. Обычно мы столько выигрывали за неделю. Значит, кто-то либо лазил в моих аппаратах, либо они сломались. Я заставил всех искать ответ.

Но пока его у меня не было, нужно было отвлечься. Может, позвать одну из танцовщиц снизу, чтобы поднялась ко мне в апартаменты на верхнем этаже. Приковал бы её к кровати и облил её сиськи скотчем. Её сочащаяся тугая попка и хмель помогли бы притупить эту головную боль.

Я взял телефон, чтобы позвонить в клуб, но он зазвонил у меня в руке. На экране – имя Билли.

– Не лучшее время…

– Никогда не лучшее время, – он выпустил в трубку клуб дыма. – Разве там не одиннадцать? Тебе бы по уши в какой-нибудь шлюхе сидеть, раз ты не отвечаешь.

– Тогда почему просто не написал?

– Потому что знал, что ответишь. Ты всегда так делаешь. Слушай, я поговорил с парнями на набережной и кое-что выяснил.

Это не делало мой день легче. Ребята с набережности были обычными уличными бандитами, которые спали на пляже и питались из помойки. Если Билли тусовался там, что-то подсказывало, что он и сам там ночует.

– Не поэтому я звоню, Гарин.

– Твою маму выселили? – спросил я.

– Она жила у какого-то типа, вот и перестала платить за аренду. Арендодатель вышвырнул все наши вещи. Не так уж плохо тут, на пляже.

Он остался без дома, а через несколько дней, когда тот тип выгонит его мать, и она окажется на улице. Я не мог этого допустить. Поли не было в живых, чтобы помочь им, и больше не было никого, кому бы не было всё равно. У Билли была своя гордость, я уважал это, но меня это не остановило.

– Позвони арендодателю завтра утром, первым делом. Он либо даст тебе ключи от старой квартиры, если, конечно, успел поменять замки, либо от новой.

– Мне не нужна благотворительность.

– Отвечай мне.

Он снова выпустил в трубку облако дыма, и наступила долгая пауза. Я чувствовал, что он под кайфом. Слышно было по голосу.

Я слышал это всегда.

И каждый раз чувство вины терзало меня всё сильнее. Я был ответственен за то, что он подсел на наркотики. Из-за меня он стал наркоманом. Его голос стал моим наказанием, и мне приходилось с этим жить.

– Знаю, – наконец сказал он. – Но всё равно хочу, чтобы ты разобрался. Спроси своих, видели ли они Поли там. Может, вспомнят что-нибудь.

После смерти Поли мы все везде спрашивали, пытались выяснить хоть что-то. Я начал с жителей Сердца, потом с тех, кто торговал на улицах. Никто ничего не знал, а полиция ничего не делала. Мы с Марио пришли к выводу, что убийца работал один, потому что в этом городе никто не умел держать язык за зубами, а всё было подстроено так, чтобы не осталось свидетелей. Снова расспрашивать для Билли не дало бы ему того, чего он хотел, но я бы сделал это для него.

– Я позвоню.

– Спасибо, чувак. Когда приедешь домой, в гости? Давно не виделись.

– Давно. Сейчас тут напряжёнка.

– Марио скоро приедет? Может, подбросить?

Когда кто-то из боссов приезжал, я встречался с ним в Финиксе, Санта-Фе или Денвере. Если бы комиссия по азартным играм узнала, что они в Неваде, нашу деятельность прикрыли бы, и мы все оказались бы в тюрьме. Марио привёз бы Билли в одно из таких мест, попроси я его, но я не мог позволить ему остаться здесь. Не с его привычкой колоться целый день, выжимая каждый доллар, который попадался под руку.

За годы в наркобизнесе я научился никогда не доверять наркоманам. Билли был не лучше любого из них. Я не мог доверять ему в этом городе и уж точно не мог доверять ему в своём казино.

– Он и не собирается, – сказал я. Я ненавидел лгать ему. Это терзало меня почти так же сильно, как и чувство вины. – Слушай, сестра сказала, они только начали проводить собрания Анонимных Наркоманов в старой церкви…

– Я знаю, где это.

– Ты бывал там?

– Нет. Когда буду готов завязать, я знаю, куда идти. Не волнуйся, у меня всё под контролем.

Я слышал это годами. Это было просто отговоркой. Отговоркой, которая в конечном счёте стала причиной его смерти.

– Не говори мне не волноваться.

– А почему? – Он рассмеялся. – Я о тебе не волнуюсь. Думаю, худшее, что с тобой случится, – попадёшь в какую-нибудь мерзкую киску. Сразу выскользнешь оттуда и сбежишь домой. – Он снова рассмеялся, но смех перешёл в глубокий кашель. – Так же и я выберусь из этого. Ничто – ни наркотики, ни киска – меня не сломит.

– И это ты называешь «всё под контролем»? – Я не смог сдержать гнев в голосе. – Потому что это уже сломало тебя, Билли. И это тащит тебя на дно.

Мне докладывали ребята с улицы – не отбросы с набережной, а те, кто им продавал. Те же, у кого Билли брал свой хлам. Так что я знал, сколько он покупал, сколько продавал и сколько употреблял.

И я знал, что он употреблял больше, чем продавал.

– Я не хочу, чтобы ты оказался там же, где и Поли. Продолжаешь в том же духе – так и будет.

– Хочешь подраться с кем-нибудь, вот и всё? – рявкнул он в ответ. – Ладно, дерись со мной. Говори что хочешь, выплёскивай всё. А как только я повешу трубку, я сделаю то, что хочу, ты будешь продолжать волноваться, и ничего не изменится.

Как и стресс из-за джекпотов или директора по маркетингу, которого нужно было заменить. Даже покерный турнир, который должен был привлечь рекордную толпу, не волновал меня сейчас.

– Пошёл ты.

Я не хотел злиться и казаться, что нападаю на него. Но какого чёрта он не хотел помощи? Почему не боялся передозировки? Почему вёл себя так, будто был неуязвим, хотя видел, как многие такие же, как он, умирали на улицах?