Читать книгу Небытие. Изумрудная грань падения. Эпилог. Том 3 - - Страница 5

Лист календаря был сорван…

– Держи, – улыбнулся я, протягивая кусочек мяса из булочки бродячей кошке.

Хоть кошки в этом мире казались адекватными – или мне просто хотелось в это верить.

Вчерашний день сложно было назвать удачным в плане поисков, но в чём-то другом – пожалуй. Фуюки не из разговорчивых, но в её компании мне почему-то стало немного легче. Хоть доверие к ней и не укрепилось окончательно, видимо, моё сознание просто цепляется за кого-то, кто хоть как-то связан с моей прошлой жизнью.

Хоть сегодня и был выходной, вряд ли стоит говорить, что я не смог бы усидеть в четырёх стенах. Дело не только в том, что нужно продолжать искать зацепки, но и в родителях… Фуюки не знает, все ли здесь такие, а уж я и подавно. Что мне от них ждать? Что они ворвутся в комнату с желанием прикончить меня? – такого мне точно не нужно.

Гуляя по зимним улочкам, я всё больше убеждался в неправильной, но убедительности этого мира. Это не значит, что я принял его или начал смиряться со своим новым существованием – вовсе нет. Но скажите честно – что бы вы чувствовали, оказавшись на моём месте? Уверен, ничего хорошего.

Меня мой путь привёл к библиотеке. Снаружи она выглядела точно так же, как всегда. Вот только внутри было непривычно многолюдно – такого в моём мире я не припоминал.

Почему мы с Фуюки вообще решили, что это иной мир? Я понимаю, что лично мне на это надеяться необходимо – иначе как объяснить всё это безумие? Но почему она придерживается того же мнения? Почему она знает больше меня, если мы, по идее, в одной лодке?

Хотя… Как я понял, Фуюки находится здесь уже второй год, если не больше.

Но даже это не даёт объяснения всем её познаниям. Как она вообще связана с нами? То есть именно с НАМИ. Никак. Разве что через меня, да отчасти через Рэна. Тогда откуда ей известно, что за воспоминания о прошлом духи могут напасть?

Допускаю, что даже у таких существ есть зачатки разума, и они понимают: Фуюки – не та, кого им нужно преследовать. А вообще – видят ли они в ней духа? Осознают ли?

Столько вопросов…, а ответов – кот наплакал. И самый главный из них: чью вообще игру мы ведём? Её? Небытия? Или она и правда лишь тень на стене, которая тоже пытается найти выход – но боится признаться, что сама заблудилась в этих стенах?

Пока я стоял, уставившись на здание библиотеки, позади послышались тихие шаги. Кто-то крался по хрустящему снегу. Ко мне? Стоит ли оборачиваться? А вдруг я буду выглядеть идиотом, который шарахается от первого встречного?

Логичным действием было бы отступить, но я замер на месте, словно вкопанный. И лишь когда шаги раздались почти вплотную за спиной, я попытался обернуться, но было поздно. Чьи-то ладони грубо закрыли мне глаза. Прозвучал нарочито-язвительный, грубоватый голос:

– Угадай, кто? – протянул парень.

Судя по тембру и шершавым ладоням, в голове тут же возник образ. Решил ткнуть пальцем в небо.

– Кента? – спросил я, опасаясь ошибиться.

– Бинго, братан! – он тут же отпустил меня. – Но как? Я что, такой предсказуемый?

– Не, просто повезло, – попытался я улыбнуться.

И снова эта знакомая, тоскливая тяжесть на душе. Вижу знакомое лицо, слышу родной голос, но в голове стучит лишь одна мысль: «Это не он». Я всеми силами пытаюсь мыслить иначе, надеясь, что хоть какая-то частичка моих друзей осталась в этих копиях. Но, честно говоря, появление Каэде и Киёки, а потом их недружелюбные взгляды – всё это заставляло усомниться в моих же теориях.

– А ты чего один в центре гуляешь? Холодрыга же лютая!

И ведь он, конечно, не чувствовал на себе этой «лютой холодрыги».

– Дома скучно, знаешь ли, – выдавил я. – А ты… За тканями идёшь?

Кента удивлённо поднял брови.

– Тканями? Ты о чём? – сморщился он. – Я в библиотеку, а потом на тренировку!

Неужели мне не послышалось?

Парень прошёл мимо и начал подниматься по лестнице к входу. Чисто из любопытства я решил последовать за ним. Сев за стол, Кента вскоре вернулся с какой-то книгой. Я успел разглядеть только слово «психология», но полное название прочесть не успел.

Нужно было что-то сказать.

– Ух ты! Ты таким интересуешься? – неловко рассмеялся я. – А я-то помнил, ты вроде художественную литературу предпочитаешь!

– А? А, ну да! – он махнул рукой. – Сам понимаешь… Саюри это читает, вот и я, чтобы общие темы были. Не думаю, что она вдруг на баскетбол запишется!

– Саюри? А она при чём?..

– Да ладно, не прикидывайся! Не зря Каэде с Харуто говорят, что ты какой-то не в себе. Ты же нам двоим втайне помогал, чтобы мы наконец признались друг другу!

Честно говоря, я не был готов к тому, что и здесь всё сложилось так же, как в моей реальности.

– П-просто забыл, сам понимаешь… конец учебного года, всё такое…

Выходит, здесь Кента не шьёт платья, читает нон-фикшн, но баскетбол и отношения с Саюри остались. Честно, он пока что самый… нормальный из всех, кого я здесь встречал. И от этого было ещё тревожнее.

Мой взгляд застыл на книге в руках парня, и он тут же это заметил.

– Догадался, да? – он показал обложку, на которой красовалось название вроде «Психология межличностных отношений».

– А?! Ч-что? – я дёрнулся, будто меня поймали на чём-то предосудительном.

– Ну, я про книгу! Догадался, про что я читаю?

– Ты про это… – я с облегчением выдохнул, но внутри всё сжалось. – Н-нет. Я в психологии не силён.

Такими темпами у меня действительно начнутся панические атаки от одного упоминания этой фразы…

Я, пожалуй, принял верное решение – покинуть библиотеку. Как бы я ни сомневался в Фуюки, она сейчас – единственный якорь, единственная нить, связывающая меня с хоть каким-то подобием реальности. Её совет избегать долгого общения с «друзьями» звучал в ушах навязчивым эхом.

«Они могут убить».

Даже если этот Кента казался самым безобидным и нормальным из всех, одно его присутствие здесь, в этом мире-ловушке, делало его потенциальной угрозой. Довериться ему – значит рискнуть всем. А рисковать сейчас – непозволительная роскошь.

Я пробормотал что-то невнятное про срочные дела, развернулся и почти побежал к выходу, чувствуя на себе слегка удивлённый, но пока ещё дружелюбный взгляд Кенты. Холодный воздух за стенами библиотеки показался спасением.

Правильное ли это решение? Не знаю. Но пока что слушаться Фуюки – единственный известный мне способ выжить.

Уже устал от самого себя, от того, что в голове крутится одно и то же. Я пытался отвлечься: заходил в магазины, кормил котят, просто бродил по городу – ничего не помогало. Но мысли были не о спасении и не о том, как разгрузить голову, а лишь об одном – о полном, всепоглощающем нежелании находиться где бы то ни было. Я устал пытаться. Устал думать.

Хоть бы кто-нибудь дал мне уже окончательный ответ…

Я шёл неподалёку от больницы, а если точнее – мимо другой старшей школы в Такаяме. Сам не заметил, что выбрал дорогу, которая напоминала мне лишь о Каэде. Грустно? Обидно? Не хватит слов, чтобы описать. Сейчас мы хоть немного стали продвигаться к взрослой жизни, но тогда… Ей, кажется, даже шестнадцать не исполнилось. Я могу ошибаться – почему-то в клубе мы никогда не отмечали дни рождения.

Я остановился, уставившись куда-то вдаль, в сторону гор и лесов, но даже этот вид не приносил покоя. Я сел на холодные перила, опустил голову и бесцельно покачивал ногами, будто отбивая такт несуществующей мелодии. Как называется такое состояние? Наверное, Саюри смогла бы дать ему имя – она у нас умная. Кента и Харуто наверняка придумали бы что-то, что заставило бы меня улыбнуться. А Рэй… Будь она здесь, я бы, возможно, и не загнался так. Особенно сейчас, в этой гнетущей… тишине… пустоте.

– …Может, хватит? Ты же сам знаешь – проблем по горло! – послышался резкий женский голос, в унисон с неразборчивым мужским басом.

Я не сразу обратил внимание, но прошла секунда – и сердце пропустило удар. Этот… голос…

Этот голос.

Я резко поднял голову. Мимо меня прошли парень с девушкой. Обычная пара, но… Девушка бросила на меня короткий, исподлобья взгляд – и в нём вспыхнули знакомые до боли изумрудные глаза. Её тёмно-каштановые волосы, чуть короче плеч, развевались на холодном ветру.

Я не верил своим глазам. Тело двинулось само, будто больше мне не принадлежало. Я сделал шаг вперёд.

– Р-Рэй?.. – мой голос предательски дрожал. Я сделал ещё шаг, и девушка остановилась, глядя на меня как на сумасшедшего. – Э-это ты?..

Я понимал. Прекрасно понимал, что только что сам себе твердил об опасности любых контактов. Я отлично помнил, что Рэй в этом мире… черт возьми, она повесилась. Но в тот миг вся логика, все предостережения Фуюки превратились в белый шум. Вид человека, который был ее живой, дышащей копией, выжег в моем мозгу все инстинкты самосохранения. Это был не выбор, а глубокая, животная потребность.

– Чего?.. – протянула она, отступая на полшага и смотря на меня с смесью любопытства и настороженности. Ее голос был таким знакомым, что сердце сжалось от боли. – Парень, с тобой все нормально?

– Ты его знаешь? – рыкнул парень, который был с ней, его взгляд сразу стал жестким, враждебным. Он шагнул ко мне, заслоняя ее собой.

Девушка быстро, почти испуганно, помотала головой.

– Никогда его не видела.

– Ты же… Рэй Тоно, верно? – выдохнул я, и мой голос прозвучал хрипло, полным отчаянной надежды. Я видел каждую черточку ее лица. Это была она. И это не могла быть она.

Машинально, почти безотчетно, я шагнул вперед и схватил ее за рукав пальто. Ткань была холодной под пальцами, но сам жест был таким привычным, таким естественным, будто я делал это тысячу раз.

– Ай! – она ахнула и резко дернулась, вырывая руку. Ее глаза расширились уже от настоящего испуга. – Т-ты с ума сошел, пацан?! Я тебя знать не знаю! Отстань!

– Не знаешь? – мое сердце бешено колотилось, гранича с истерикой. Я чувствовал, что теряю контроль, но не мог остановиться. Цеплялся за последнюю соломинку. – А… Как же призраки? Те призраки, которых ты видишь с детства? Ты же на весь класс об этом заявила! А потом… потом на Танабате, на холме, ты мне сказала, что устала от них…

В воздухе повисла напряженная тишина. Парень сжал кулаки, готовый броситься на защиту. Но я видел только ее лицо. И на нем, сквозь испуг и злость, на секунду мелькнуло что-то иное – не воспоминание, нет, а скорее шок от того, что совершенно незнакомый человек выдает самые сокровенные, должно быть, детали ее жизни. Ее изумрудные глаза сузились.

– Кто… кто ты такой? – прошептала она, и в ее голосе впервые прозвучала не просто злость, а леденящая душу тревога.

– Погоди, – вдруг перебил парень, но его тон изменился. Агрессия сменилась настораживающим любопытством. Он расслабил кулаки и пристально посмотрел на меня. – Что ты сейчас сказал? Про Танабату?

Я растерянно перевел взгляд с него на девушку. В голове гудел хаос: «Зачем я это делаю? Остановись. Фуюки предупреждала». Но было поздно. Я уже сорвался с обрыва. И теперь, вглядываясь в лицо незнакомки, я начал замечать мельчайшие отличия. Нет, она все еще была поразительно похожа. Но очков не было, волосы были длиннее, как у Рэй до того лета. Маленькие, почти невидимые несовпадения, которые кричали: «Это не она!».

И все равно. Все равно я не мог перестать видеть в ней мою Рэй. Ту, что смеялась над моими шутками, таскала меня за собой, чье отсутствие выжгло во мне дыру, которую ничто не могло заполнить.

Внезапно она сама резко шагнула вперед, обходя парня. Ее движение было порывистым, яростным. Она грубо схватила меня за шарф и с силой притянула к себе так, что наши лица оказались в сантиметрах друг от друга. Ее глаза, те самые изумрудные глаза, пылали теперь не испугом, а чистой, неподдельной яростью и шоком.

– Я спрашиваю в последний раз – кто ты, черт возьми, такой?! – крикнула она, и ее голос сорвался на визг, полный отчаяния и гнева. – Я… Я никому и никогда в жизни не рассказывала того, что было на Танабате! Никому! Откуда ты это знаешь?! Я-я не орала на весь класс про призраков или подобное!

– Сэйка, успокойся! – резко вмешался парень, снова нахмурившись. Его взгляд скользнул с моего растерянного лица на разгневанную девушку.

– С-Сэйка? – тихо выдохнул я, и это имя отозвалось во мне горьким эхом. Не Рэй. Совсем другое имя. Чужое.

– Что, удивлён, а? – язвительно бросила она, наконец-то отпустив мой шарф и с отвращением отряхнув ладони, будто испачкалась. Её изумрудные глаза, так похожие и так чужие, прожигали меня насквозь. – Я не твоя эта… Рэй Тоно! Если уж такой молчаливый, то имя своё хоть назови! И форма… – её взгляд скользнул по моему школьному пиджаку, – почему ты в ней в воскресенье? «Тэнсин»… Я даже близко не подходила к этой школе!

В голове звенело. Ход мыслей был сбит напрочь. Фуюки… Её предупреждение вспыхнуло в сознании яркой вспышкой. Не называй своего имени.

– Я… я… – слова застревали в горле, превращаясь в хрип. Мозг лихорадочно искал хоть что-то. Мелькнула память о Рэне. О его фамилии. – Ямио! – выпалил я, исказив её, добавив на конце этот дурацкий звук «о». – Меня зовут Ямио!

Я сглотнул, чувствуя, как горит лицо. Это прозвучало нелепо и фальшиво. Самое главное сейчас – чтобы эта Сэйка не оказалась настолько смышлёной.

– Ямио? – переспросил парень, скрестив руки на груди. Он задумался на секунду, затем покачал головой. – Нет, не припоминаю такого.

– Чёрт… – Сэйка цокнула языком, её взгляд стал ещё более подозрительным и острым. Она не отводила от меня глаз, изучая каждую черту, каждый нервный вздрагивающий мускул на моём лице. Тишина повисла тяжёлым, давящим покрывалом.

– Дай угадаю, о чём ты сейчас подумала, – проворчал парень, тяжело вздохнув. Его взгляд на мне был странным – в нём читалась не столько злость, сколько какая-то усталая досада. – Не повезло тебе, Ямио… Знаешь ли.

Эти слова прозвучали как приговор. Что он имел в виду? Что не повезло встретить их? Или не повезло быть тем, кем я был?

Не успел я что-то понять, как Сэйка снова грубо схватила меня за шарф и резко потянула за собой. Сопротивлялся ли я? Нет. И дело было не только в шоке или страхе. Вид, до боли точный до мельчайших деталей, давил на волю сильнее любых кандалов. Разум цеплялся за безумную идею: а что, если это и есть она? Не точная копия, а альтернативная версия? Та, которой повезло выжить, у которой другая жизнь, другое имя…, но та же душа? Если так, то сейчас меня тащила за собой именно Рэй. Чуть другая, но всё же она. И в этом был какой-то извращённый, болезненный утешительный приз.

Меня не ставили в курс дела, о чём они шептались. Я был готов на любую их выходку. Не удивился бы, окажись мы в тёмном переулке, где их глаза вспыхнут зловещим зелёным светом Пустоты. Я хоть и назвался чужим именем, но выдал себя с головой – своими знанием о Танабате и призраках. Я почти чувствовал холодное дуло пистолета у виска, который всё ещё был спрятан под курткой. Было странно спокойно на душе. Как будто я принял неизбежное.

Но был один момент, который не давал покоя и заставлял цепляться за призрачную надежду.

Её реакция. Та самая, первобытная, почти животная ярость и шок, когда я заговорил о том, что она видит.

Я шёл, почти спотыкаясь, и наконец выдавил вопрос, который жёг меня изнутри:

– Ты… правда их видишь? – прошептал я, почти не надеясь на ответ. – Духов. Призраков. Ты… видишь их сейчас?

Сэйка резко остановилась и обернулась. В её глазах уже не было чистой злости. Теперь там бушевала настоящая буря – отчаяние, недоверие и жгучее, неутолимое любопытство.

– Заткнись, – прошипела она, но без прежней силы. Это прозвучало как мольба. – Просто… заткнись.

На мое собственное удивление, я оказался не в тёмном переулке. Спустя пять минут пути эти двое привели меня в самый обычный торговый центр, а затем завели в кафе, которое я и в своём мире посещал довольно часто.

Что они задумали? Зачем вести меня в публичное место? Чтобы усыпить бдительность? Или чтобы устроить сцену на глазах у всех? Мозг, измученный паранойей, перебирал самые мрачные варианты. Я не рвался интересоваться, просто сидел в ступоре, в ожидании развязки, пока парень отошёл к кассе.

– Ямио! – послышался его голос. Прозвище, которое я сам же и выдумал, прозвучало настолько чуждо, что я не сразу отреагировал.

– Ямио, ты оглох? – он уже подошёл к столу, постучав костяшками пальцев по столешнице.

– А? – я вздрогнул и обернулся на него, чувствуя, как краснею. – И-извини, просто задумался…

– Тебе взять что-нибудь? – от его предложения у меня внутри всё сжалось в комок. Зачем им меня кормить? Что это за игра? – Советую, – продолжил парень, – а то с ней, – он кивнул в сторону Сэйки, – можешь надолго застрять. Не каждый день на её голову сваливаются те, кто знает её… секреты.

Я услышал, как Сэйка раздражённо цокнула языком, уставившись в окно.

Мысленно пожав плечами – будь что будет, – я проговорил свой привычный, почти автоматический заказ:

– Тогда… зелёный чай. И если есть рис, то рис. Если риса нет… то моти. Без начинки.

Парень замер на секунду, его брови поползли вверх. На его лице промелькнула тень какого-то странного, почти театрального удивления.

– Вот это да… Совпадение-то какое… – загадочно пробормотал он, прежде чем развернуться и уйти к кассе.

Какое ещё совпадение? Что он имел в виду? Что он тоже любит моти? Или что-то другое?

Я перевёл взгляд обратно на девушку и увидел, что она оторвалась от созерцания холла торгового центра. Теперь Сэйка смотрела на меня широко раскрытыми глазами, в которых читался буря, а ее же потерянность в происходяжем.

– Так кто ты такой, в конце концов? – её вопрос прозвучал уже не как крик, а как низкий, напряжённый шёпот, полный угрозы. Она наклонилась через стол ближе. – Пойми, если ты за нами следил, а сейчас решил выйти из тени и поиграть в кошки-мышки… Я тебя и убить могу. Запомни это хорошенько, Ямио.

Ком в горле сдавил так, что я еды смог выдавить хриплое:

– Д-да я ни за кем не следил!

Больше она не произнесла ни слова. Но и наш разговор на этом окончился. Она просто продолжала смотреть на меня. Пристально, неотрывно, не моргая. Я чувствовал каждый её взгляд на себе, будто иголками. Это молчаливое ожидание, пока её друг принесёт заказ, было, возможно, страшнее любой темной аллеи.

– Ну-с, – короткостриженый парень с пронзительными синими глазами вернулся к столу, нарушив тягостное молчание. – Вы уж простите, но риса сегодня нет. Наслаждайтесь моти!

Он поставил передо мной чашку дымящегося зеленого чая и тарелку с парой белых, аппетитных моти. Механически подняв взгляд, я увидел, что перед Сэйкой стоит точно такой же набор.

Так вот о каком «совпадении» он говорил… Странная, леденящая душу деталь.

– Я, конечно, сам до смерти хочу узнать, кто ты такой, Ямио, – начал парень, устраиваясь поудобнее рядом с девушкой. Его тон был нарочито легким, но взгляд оставался цепким. – Но про манеры забывать не стоит. Знакомься, я – Син! А это, ну, ты уже в курсе, – он кивнул на спутницу, – Сэйка. Хотя тебе она уж точно по имени не даст себя называть. Мне-то не всегда разрешает, – он усмехнулся. – Удивлен, что мне до сих пор не влетело.

Хорошо, что они не спросили фамилию. Моя импровизация с именами явно иссякла.

– Черт, – ругнулась Сэйка, скептически оглядывая мою тарелку. Его болтовня, кажется, только подлила масла в огонь. – Больше вариантов, что ты самый настоящий сталкер, у меня не осталось. На кой-черт я вообще высунулась сегодня?

– Да не такой я! – вырвалось у меня с внезапной резкостью, вызванной отчаянием. – Должна же ты понимать, что я явно не Сэйку искал!

– А, об этом! – Син, с набитым булочкой ртом, оживился. – Кто такая Рэй Тоно? – он намеренно сделал акцент на фамилии, и у меня похолодело внутри.

– Кто такая?.. – я потупил взгляд, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

Я осмотрел двоих перед собой. Со стороны они выглядели как обычные старшеклассники, но мог ли я хоть чему-то здесь доверять?

– Подруга… – рискнул я, выбирая слова с осторожностью сапёра. – Потерялась пару лет назад. Так и не могу найти.

– И я уж так сильно на неё похожа? – язвительно протянула Сэйка, её взгляд стал пристальным, изучающим.

– Волосы покороче, очки бы… глаза чуть ярче… – я тихо вздохнул, глядя куда-то мимо неё, в прошлое. – Точная копия.

Девушка тяжело выдохнула и задумчиво почесала затылок. Казалось, мое откровение задело какую-то струну.

– Ладно. Я не Рэй, – она посмотрела куда-то в сторону, в окно, но теперь в её голосе было меньше злости и больше размышления. – Но каким-то чёртом ты знаешь про Танабату. И про духов. Значит… твоя Рэй тоже их видит? Я, в общем-то, рационалистка, но в один момент сама начала видеть всю эту… «глупость». Тот факт, что ты знаешь об этом… Честно, поразил.

– Видела… вроде бы, – сдавленно пробормотал я, чувствуя, как проваливаюсь в зыбучие пески. Слишком много информации. Слишком опасно.

Вдруг Син, который быстро прожевывал свою булочку, оживился, словно его осенило.

– Слушай, я тут кое-что вспомнил! Инудзука, слушай…

– Что? – мы с Сэйкой спросили в унисон, и в следующее же мгновение воздух в кафе застыл.

Она… откликнулась? На эту фамилию?

Сэйка замерла, будто её током ударило. Её голова медленно, очень медленно повернулась ко мне. Изумрудные глаза, только что смягчившиеся, снова сузились до щелочек, но теперь в них плескалась не ярость, а нечто гораздо более опасное – леденящее, абсолютное понимание. Её взгляд упал на мой школьный пиджак, на логотип «Тэнсин», который она сама же и отметила ранее.

– Ты… – её голос стал тихим, шелестящим, как лезвие по бумаге. – Инудзука?..

Внутри у меня всё оборвалось. Сердце замерло, а потом забилось с такой силой, что звон стоял в ушах. Глупец. Я сам себя выдал. Или он меня выдал? Это ловушка?

Я сидел, не в силах пошевелиться, под прицелом её взгляда, который теперь видел меня насквозь. Имя, которое я пытался скрыть, повисло в воздухе между нами, превратившись в приговор…