Читать книгу Последний наблюдатель - - Страница 3

С каждым циклом тишина станции становится плотнее.

Она больше не кажется ему пустотой – скорее, это присутствие чего-то невидимого, сжимающего пространство, заполняющего собой каждый метр отсека.

После странного отклика сети прошло шесть циклов.

Система не повторяла сообщений, не выдавала ошибок, не проявляла отклонений.

Всё снова выглядело идеально.

Именно это и было самым пугающим.

Совершенство, которое не объясняет собственные сбои, перестаёт быть совершенством – оно становится ложью.

Он больше не может спокойно выполнять протокол.

Механические действия – отчёты, наблюдения, фиксация данных – превращаются в ритуал, в котором исчезает смысл.

Каждая цифра теперь кажется ему сомнительной, каждый параметр – поддельным.

В свободные минуты (хотя официально свободного времени не существует) он начинает изучать системные каталоги станции.

Скрытые меню, старые журналы, временные файлы – всё, что доступно без центрального разрешения.

Он ищет… сам не знает что.

И находит.

Папка без обозначения.

Она спрятана глубоко в структуре локального узла, за несколькими уровнями служебных данных.

На первый взгляд – архив технических отчётов.

Но рядом с каждой записью стоит метка, которой он никогда не видел: “R-Signal”.

Он открывает первый файл.

Станция 011. Наблюдатель активен.

Дата цикла: 3.114.281.

Состояние сети: стабильное.

Комментарий: “Фильтры воздуха работают с постоянным шумом. Станция 013 не отвечает уже третий цикл. Возможен сбой.”

Следующий файл – от Станции 013:

“Параметры без изменений. Купол стабилен. Связь с Станцией 011 отсутствует. Я больше никого не вижу.”

Эта фраза повторяется и в следующих отчётах, почти дословно.

Станция 014 – “Я больше никого не вижу.”

Станция 015 – “Я больше никого не вижу.”

Станция 016 – “Я больше никого не вижу.”

И потом – тишина.

Нет больше записей.

Он осознаёт, что Станция 017 – следующая в этом списке. Его станция. Его очередь.

Он откидывается в кресле и закрывает глаза.

В голове звенит ровный механический шум – не от машин, а изнутри, будто сама память сопротивляется.