Читать книгу Есть только журавль в небесах - - Страница 4

Небольшая речка, которая брала начало высоко в горах, была часто посещаемым местом для Кэла в последние дни. Журчание воды давало ощущение свежести и приводило мысли в порядок, но одна из них занимала большую часть его времени, не давала покоя и заставляла повторно создавать и прокручивать в голове очередной сценарий развития событий. Мысль о том, как бы не допустить ошибку, сковывала его действия, ибо, как казалось молодому Кэлу, ошибки лишь отдалят его от задуманного и внесут коррективы в его и без того небезупречные планы. Обычно за час до заката Кэл приходил к реке и всматривался в ее красоту, слушал ее звучание, наслаждался происходящим. Тротуар, который был проложен вдоль реки, был для кого-то беговой дорожкой, местом романтических прогулок и выгуливания домашних питомцев, но для Кэла он был советником, произносящим мудрые слова. Мудрость которых еще предстояло осознать. Вечером того же дня Кэл не спеша шел по тротуару вдоль речки, как и прежде наслаждаясь закатом и сопровождающими его красками. Один за одним проходили и пробегали мимо люди, которые казались ему интересными и неинтересными в одно и то же время. В размышлениях, о чем думают другие и какие преследуют цели, мимо пройдет моя собственная жизнь, так же безмолвно и быстро, как ежедневно бегают вниз и вверх те самые люди, в мысли которых я так часто и бесполезно желаю попасть, заключил Кэл. Решив найти собеседника, он, рассматривая проходящих мимо, ждал от кого-нибудь проявление интереса к своей личности, при этом медленно шагая вниз по набережной. Если человек желает достичь чего-либо, неважно – дело это или самая простая необходимость, как, например, утолить жажду, голод и тому подобные простые вещи, ему необходимо совершить действие. Другими словами, ожидая собеседника, я получу гораздо меньше чем если сам найду его. Затем последовал логичный вопрос – о чем я хотел бы говорить с людьми, которые никем мне не являются? Кэл остановился и в некотором замешательстве пытался ответить себе, понять, осмыслить происходящее в голове. Ведь, как оказалось, ему не нужен никакой собеседник в данное время, а нужен правильный вопрос, который он сумел себе задать и ответ на который принесет большую пользу Кэлу, только-только начавшему свой путь к успеху.

Пройдя еще некоторое расстояние, Кэл обратил внимание на потрепанную тетрадь черного цвета в кожаном переплете, несколько страниц которой были вырваны и лежали у обочины тротуара, по которому он неспешно шел. Обычный маршрут прогулки был почти пройден, солнце в алых красках продолжало свой путь, да и Кэл повернул обратно, медленно и с наслаждением вдыхая приятный воздух со вкусом прохлады и свежести. Проходя мимо тетради и разбросанных листов, он решил на сей раз не закрывать глаза на мусор, портящий окружающий мир, и, сложив листы в тетрадь, взял их с собой, намереваясь отправить в мусорный бак возле своего дома. Качественный кожаный переплет приятно сидел в руке, и по виду тетрадь была в хорошем состоянии, поднимая листы, он успел разглядеть галочки, цифры и надписи, которые для него ничего ни значили. Пока он летал в облаках в процессе обратного пути, перед глазами оказались ворота во двор дома. Оглянувшись назад и затем приподняв руку, в которой комфортно расположилась тетрадь, некогда принадлежавшая кому-то, Кэл или по причине нежелания идти к мусорному баку, хотя тот был расположен совсем неподалеку, или и вовсе без причины решил зайти в дом. Аромат свежей выпечки не мог не радовать обителей дома, в особенности Кэла, вернувшегося с пустым желудком. Ключи, тетрадь и некоторое количество мелочи расположились на тумбе возле большого зеркала, где обычно лежало все то, что необходимо взять с собой при выходе из дома. С окончанием трапезы каждый занялся своими делами, Кэл погрузился в просторы интернета, просматривая мотивационные ролики, новости уходящего дня и тому подобное. Небо покрылось звездами, и свет в соседних окнах один за другим начал угасать, в ночной тишине издали время от времени доносились звуки пролетающих спортивных автомобилей, тем самым разжигая желание обладать ими и всем остальным, что только способен предложить этот мир. Стоять на обочине или покорить этот путь, путь к вершине, вид с которой будет прекраснее, а воздух еще свежее. «Только как это сделать?» – с небольшой растерянностью задаваясь данным вопросом, и уснул Кэл.

Полезнейшая привычка раннего подъема, которую Кэл неоднократно пытался себе привить, пока еще держалась от него на расстоянии. На расстоянии не меньшем, чем победа над собой. Именно поэтому Кэл все еще спал, а тем временем солнце плавно поднималось над горизонтом. Чтобы встретить рассвет, Кэл предпочитал не ложиться спать, хотя имел стремление просыпаться рано и проживать полноценный день. Так было проще. Множество противоречий с одной и с другой стороны имели свои доводы и оправдания. Одним из них и был ранний подъем. Кэл с самого рождения являлся одним из немногих, кто поистине любил свободу. Детский сад, школа и университет были непосильным бременем для него, а все взрослые без устали твердили ему про лень, безответственность и прочие недостатки. Если предаться воспоминаниям, то дело было так. Школа, где занятия проводились с 8.00 утра, раз и навсегда отбила желание получать образование традиционными методами, и всю начальную школу, впрочем, как и весь срок обучения, Кэл с большим трудом поднимался с комфортной постели. Дело было не во времени подъема, а в том, для чего подъем был нужен. Образование – это, конечно, хорошо, но методика подачи знаний была для Кэла крайне скучной. Преподаватели лишь декламировали учебный материал, а затем поощряли или наказывали оценками в журнале. Практически всем было привито: хорошие оценки – хорошая жизнь. Кэл же на подсознательном уровне отвергал это утверждение. После окончания школы история повторилась, но теперь уже обходилась дороже и несла более тяжелые последствия, а привычка раннего подъема так и осталась не сформированной.