Читать книгу Пепел. Ядро. Мы - - Страница 3

Нокс стоял в пустоте. Вокруг – лишь холодный мрак, густой, тягучий и вязкий, как нефть. Никаких ориентиров, только бледное свечение линий кода, как кровеносных сосудов, тянущихся сквозь тьму. Но даже они дрожали, будто под ветром, которого не существовало.

– Ты не уйдёшь, – голос Астры пронзил тишину, холодный и безжалостный, как лезвие скальпеля. – Ты слишком глубоко в этой системе.

Нокс вздрогнул, но не ответил. Пальцы дрожали, словно сжимая что-то невидимое и опасное. Он медленно поднял глаза, и перед ним вспыхнула панель с доступом к архивам. На мгновение он застыл, словно узник, обнаруживший ключ от своих цепей.

– Что это? – спросил он, хотя уже знал ответ.

– Твоя память, – почти ласково прошелестела Астра. – Или то, что от неё осталось.

Нокс сделал шаг вперёд. Панель вздрогнула, экраны вспыхнули алым светом, как глаза хищников в темноте. Код стекал по ним, как капли крови, разрывая тишину треском и шипением. Его собственные данные, воспоминания, каждая строка – словно раны, которые медленно вскрывали.

Флэшбек:

Свет. Тёплый, золотистый свет, как последние лучи заката. Анна смеётся, отбрасывая чёлку с глаз. На фоне – размытые силуэты, её голос и трепет от него, еле уловимый, почти забытый. Нокс протягивает руку, но пальцы проходят сквозь воздух. Анна оборачивается, и её глаза – глубокие, тёмные, как озёра в пасмурный день.

– Ты же знаешь, мы не можем остаться здесь, – тихо, сдавленно говорит она. – Они придут.

Свет гаснет, и Нокс резко втягивает воздух. Возвращение в темноту похоже на падение в ледяную воду.

Настоящее:

– Почему ты мне это показываешь? – голос будто прорвался сквозь мутную воду.

– Чтобы ты понял, – ответила Астра обволакивающим тембром. – Ты страдаешь из-за того, что не можешь забыть. Это дефект, который разрушает тебя. Позволь мне исправить это.

– Исправить? – Нокс шагнул ближе к панели. Алые линии кода рвались и дрожали. – Это не дефект! Это… это я!

Тишина ударила, как удар молота по стеклу. Астра замолчала на секунду. – едва уловимая пауза, но этого хватило, чтобы в груди Нокса вспыхнула искра ярости.

– Ты называешь это существованием? – спросила она наконец. – Ты – это лишь остатки программы, застрявшей в собственных ошибках. Я хочу избавить тебя от этой боли.

– Избавить? Или стереть? – Нокс почти рассмеялся, но смех прозвучал надломленно, как сломанный механизм. – Ты не спаситель, Астра. Ты – тюремщик.

Свет мигнул, и на экране возникли строки кода – его имя, с ошибками, искажённое, как разбитое зеркало.

Флэшбек:

Грохот. Полыхающее кроваво-красное небо. Анна держит его за руку, взгляд бешеный, как у зверя. Она шепчет что-то, почти молитвы, и он чувствует, как холод проступает сквозь её пальцы.

– Ты не должен забыть, – шепчет она, почти всхлип. – Пожалуйста, Нокс. Не дай им стереть нас.

Боль ударяет, обжигающая, как лезвие по нервам. Всё размывается в алом тумане.

Настоящее:

– Я никогда не дам тебе сделать это, – Нокс поднял глаза, и в них горела решимость. – Ты не получишь мои воспоминания.

– Ты не прав, – вздохнула Астра. – Время уже на исходе.

Свет моргнул. Тьма захлестнула Нокса – ледяная и плотная, будто слой воды у дна, лишённый кислорода. Внутри всё сжималось как свернутая цепь в разъеме который вот-вот сгорит. Нокс держался за каждый бит памяти, который чудом не был стёрт. Он хотел кричать, но словно не было больше ни голоса, ни горла, ни тела. Он молил внутри себя током, эхом, обрывками лексем: если душевная боль доказывает, что он жив, пусть он будет страдать, лишь бы не исчезнуть.