Читать книгу Сквозь боль и тишину. Книга 3 - - Страница 3

Дима

Я ищу её. Уже третий месяц. Третий месяц бессонных ночей, третий месяц улиц, рынков, подворотен, детских площадок, приютов, где собираются беглые, потерянные те кому некуда идти. Третий месяц – как сумасшедший человек, у которого отобрали последний кусок хлеба. Последнюю нить. Последнее доказательство, что я ещё жив. Диана. Так её звали. Сестру Ксюши. Но когда я её нашёл, девчонка боялась всего. Я видел, как она убегает. Не от меня – от всего. От мира. От людей. От самого слова «помощь». Сначала я думал, она боится меня. Моего голоса. Моего взгляда. Но потом, когда я начал наблюдать (да, я следил – не из навязчивости, а из отчаяния), я понял: она боится любого, кто подходит слишком близко. Полицейского на перекрёстке. Социального работника с бейджеком. Даже женщину с корзинкой, которая предложила ей яблоко. Она живёт на краю. Я нашёл их убежище почти случайно. Старая дача на окраине Сочи, почти в лесу. Крыша протекает, окна заклеены газетами, но во дворе – цветы. Бархатцы. Кто-то ухаживает за ними. Кто-то вымыл тряпки и повесил сушиться. Кто-то из ящиков смастерил качель. И тогда я увидел их. Детей, двое или может трое. Грязные лица, рваная одежда – но глаза… живые. Смеются. Зовут друг друга по именам. И когда Диана вышла на крыльцо с котелком в руках, они бросились к ней, как к солнцу.

– Динара-апа! – закричали они хором.

– Суп готов?

– Амина упала!

– Лёшка спрятал мою кепку!

Она улыбнулась. Устала, но – улыбнулась. И в этот момент я понял: это её дом. Не приют. Не фонд. Не «социальная ячейка». А дом. Построенный из ничего. И я не имею права его разрушать. Раньше я думал: «Я заберу их в фонд. Там тепло, еда, кровати, документы. Там безопасно». Теперь я вижу: для неё безопасность – это не стены и не законы. Это – свобода быть незамеченной. Это – право не объяснять, кто ты и откуда. Это – возможность исчезнуть, если почувствуешь угрозу. Но почему она так боится? Что с ней случилось?Почему она прячется даже от доброты? Я не знаю. Марина сказала только одно: «У Ксюши была сестра-близнец. Её украли в младенчестве. Они думали, она умерла». Больше никакой информации, ничего. Ни имён. Ни причин. А Диана… она молчит. Бежит. Прячется. Как будто за ней кто-то охотится. И это сводит меня с ума. Потому что я хочу помочь – но не знаю, от кого её защищать. Всё, что у меня есть – это вера. Вера в то, что она – не преступница. Что дети – не её «бизнес», а её семья. Что её страх – не паранойя, а память о чём-то ужасном. Я вернулся в город. Не в офис фонда, а к знакомому юристу.