Читать книгу Василиса для горца - - Страница 7

– Скромность явно не твой конек, – я скривила губы.

– А что это?

Вот-вот.

О чем и речь.

«Султанат».

Буквы ярко горели, привлекая внимание.

Надо же…

Мне стало еще неуютнее. Название такое… Пафосное слишком. Хотя, глупо было думать, что мой бородатый занимается починкой старых телевизоров или утюгов под лестницей торгового центра.

Арс остановил машину перед шлагбаумом большого комплекса. Из затонированной стеклянной будки выскочил охранник.

– Арслан Адамович? – он подошел ближе. Убедился, что за рулем действительно Арс и нажал кнопку на пульте.

Шлагбаум стал подниматься.

– Мама, мы теперь тут будем жить?

– Да, Тим, – Арс ответил вперед меня. Сразу же. Даже не дал мне сообразить, как вывернуться из ситуации. – В отдельном доме позади вот этого всего. С видом на реку.

– На что ты рассчитываешь? – я зло прищурилась на него.

– Ни на что, – он легко пожал широкими плечами.

Не смотрел даже на меня. Выруливал по парковке, лавировал между блестящих в вечерней иллюминации ресторана машинах.

К нему сюда явно не бедняки приезжают, н-дэ…

– Мне нет нужды рассчитывать, сладкая. Я просто знаю, что через месяц ты не захочешь уезжать.

Я фыркнула.

Какая самонадеянность, чудовище ты волосатое. Ты просто еще не связывался с настоящими русскими женщинами, похоже.

Или связывался не теми местами.

– Все, приехали, – машина ткнулась колесами в бордюр перед отдельным домом в самом конце территории огромного комплекса. – Выходим. Тимофею уже спать пора, наверное?

Да, уж.

Время почти десять часов вечера. Пора. Только как он уснет после всего, что сегодня случилось. Не пришлось бы долго-долго с ним лежать.

Я вышла из машины.

Не успела достать сына, Арслан сделал это первым. Отстегнул ремни на новом кресле, поставил Тимку на ножки. Мне стало горько. С сыном даже его родной отец так умело не обращался.

А уж неожиданная покупка дорогой вещи, типа автокресла, всегда вызывала у него стоны о моей расточительности. А Арсу вообще плевать, похоже на такие проблемы.

Потянув дверцу багажника, я взяла сумку.

Ух, тяжелая…

– Ты что делаешь, женщина? – зарычали над ухом.

– Что? – я даже замерла на секунду. А что не так-то?

– Я тебе что про тяжести говорил?

– Ой, отстань!

Асфальт резко исчез из-под ног.

– Ааа! – я нелепо взмахнула ими.

– Упрямая, – досадливо выдохнул Арслан, укладывая меня животом на плече. – Упрямая и своевольная. Мммррр…

Он обхватил мою задницу ладонью. Сжал ягодицу почти до боли.

И вдруг прижался губами к бедру. Поцеловал через джинсу, прижимая к себе еще теснее.

Я задохнулась.

Уперлась руками в мужскую поясницу, сгребла его куртку пальцами, чтобы не скользить. Хоть как-то снизить давление его плеча на собственный живот.

И молчала.

Не орать же при сыне. У него и так глаза по пять копеек уже. А у меня…

Я просто в ауте.

Он мне ничего не позволяет делать. Все сам решает. Заставляет подчиняться силой и уговорами. Это что же, до чего мы докатимся такими методами?

В доме никого не было.

Он был даже заперт на ключ.

Арслан пропустил вперед Тимофея, занес меня и сумку, включил свет. Яркие теплые лампы вспыхнули под потолком. Осветили просторную шикарную прихожую. Даже не прихожую, целый холл.

– Кр-расиво. Да, мам? – восхитился ребенок. Скинул сандалии быстро и осторожно пошел вперед, разглядывая.

– Угу.

А что я еще скажу?

Понятно, почему наша квартира настолько Арсу не понравилась. У него же тут целый дворец почти! Шикарно, дорого и ультрасовременно.

– Осматривайся, Тим. Тут все можно. Добро пожаловать, мой сахарок, – он снял меня с плеча и поставил на ноги перед собой.

– Спасибо, – я как можно невозмутимее сдула прядь волос с лица. – А где все?

– Кто все?

– Ну, эти, – меня просто распирало от желания его куснуть. – Зарина, Джамиля, Гюзель, Саида? Я какой по счету буду? После Гюльчатай или до?

Он моргнул.

Секунда, две…

– У тебя тут разве не гарем? – я невинно подняла бровь.

– Женщина! – его аж повело. Перекосило плечи. – Я дагестанец, а не араб! Или ты боишься, что одна мои аппетиты не вывезешь?

– Конечно. Сам же говоришь, что мне тяжестями заниматься нельзя. А ты сколько весишь? Восемьдесят? Девяносто?

– Девяносто два килограмма чистого тестостерона, – он наклонил голову как бык и шагнул ко мне. – Все для тебя, сладкая. Ни в чем себе не отказывай!

Ой, мама…

Как бы он прямо тут мне чистоту своих буйных гормончиков показывать не начал.

Сыночка-а…

Спаси мать от сексуального террориста.

Арслан придавил меня к стене. Точнее, я сама по ней размазалась. Пыталась убежать от него и загнала себя в угол.

Запрокинула голову, чтобы встретить чернильный взгляд.

Я ведь не отвернусь. Я ведь до конца буду сопротивляться. Из меня послушную овечку сделать не выйдет, бородатый.

– Пару дней со мной, сахарок, – он склонился, щекоча бородой мне щеку. – Всего пару дней рядом со мной и ты будешь умолять меня о ласке.

Внутренняя сила кавказца просто размазывала меня.

Заставляла слабеть в его руках. Настолько, что я даже хотела согласиться с его словами. Из последних сил пыталась ухватиться за ускользающее самолюбие.

– А хлорка у тебя есть?

– Тараканов своих травить собралась? – он насмешливо поднял бровь. Изогнул красивые губы в легкой ухмылке.

– Нет, – мне кажется, я сейчас как пьяная. Он дурно влияет на мое тело. – Отмыть тут все хочу. А то мало ли кого ты тут таскал, мачо бородатый.

Он выпрямился.

Резко. Как будто я его обидела чем-то до глубины души.

– Это мой личный дом, сахар. Тут никого не бывает кроме меня, моей семьи и уборщицы.

– Тогда что здесь делаем мы с Тимом?

– Мама! Я нашел красивую комнату! – выскочил в холл сын.

Арслан среагировал моментально. Показал ему класс большим пальцем, подхватил на руки.

Я смотрела на них, а в душе тонула в озере внутренней боли.

Маленькие ручки крепко вцепились в мощную шею.

– Потому что вы моя семья теперь, Василиса.

Я медленно втянула воздух носом.

– Спорим, нет?