Читать книгу Сквозь шёпот ветра - - Страница 6

Я проснулась от того, что солнце нагло пробивалось сквозь шторы прямо мне в лицо. Хотела перевернуться на другой бок, но простыня упрямо запуталась где-то на уровне коленей, и пришлось сдаться.

Пару минут просто лежала, уставившись в потолок и вспоминая вчерашний вечер. Бар. Алекс с его «давайте без драмы». Логан – слишком весёлый и надоедливый. И Лиам… этот парень явно не умеет сдерживаться. Но мы, кстати, вчера даже мило пообщались. Прям достижение.

Я уже решила, что сегодня будет спокойное утро— душ, прогулка с Маффином, вкусный завтрак и поездка на ранчо, – когда раздался резкий стук в дверь.

– Иду, – буркнула я, вставая с мягкой кровати.

На пороге стояла Мэг, хозяйка гостиницы. Обычно она всегда улыбается, но сейчас выглядела так, будто выкурила полпачки за утро и всё равно не успокоилась.

– Лайла, милая, извини, но тебе нужно срочно собраться, – сказала она, глотая слова. – У нас тут короткое замыкание… немного дыма… пожарные приехали. Всех постояльцев эвакуируют.

– Что? – я моргнула. – В смысле – прямо сейчас?

– Прямо сейчас, – подтвердила она, виновато кивая. – Пока всё не проверят, гостиницу закрывают.

Вот тебе и доброе утро…

Я выглянула в коридор и сразу уловила запах гари, хотя в номере он почти не ощущался, видимо, из-за открытого окна. Где-то пищал дымовой датчик, а по лестнице уже спускались жильцы с чемоданами. Ну, если быть точнее, бывшие жильцы.

Класс. Новый день, новый квест.

Мой взгляд скользнул по номеру. Окей…Чемодан, косметичка, зарядки, документы. За пару минут я устроила спринт по комнате и упаковала все свои вещи, не забыв про ноутбук и камеру, которые всю ночь стояли на зарядке. Маффин в это время бегал между моими ногами, видимо думая, что это какая-то новая игра.

Как только молния на чемодане сомкнулась, я выдохнула:

– Веселенький денек намечается. Ничего не скажешь…

Собака на поводке в одной руке, чемодан в другой – и я на улице. Пожарные уже сворачивали рукава, кто-то говорил с полицией, а Мэг металась от человека к человеку, извиняясь перед всеми.

– Лайла, извини, – подбежала она ко мне. – Нас закрывают возможно на пару дней, возможно больше. Я позвоню, как только всё решат. Тебе есть где жить? Очень переживаю за всех.

– Ничего, разберусь, – махнула я рукой, пытаясь вести себя непринужденно и не волновать бедную женщину.

Ага, разберусь. Это единственная гостиница за 100 миль в округе. И где мне жить? На улице? Отличная идея. Куплю палатку и разведу лагерь у ранчо. И до работы близко будет.

Я сделала глубокий вдох и попыталась успокоиться, но внезапно почувствовала, как живот сжался, легкая тошнота подкатила к горлу, а ладони вспотели.

Призналась себе, что дальше пытаться логически решить вопрос о жилье на пустой желудок – идея так себе.

Нужно хотя бы кофе и что-нибудь перекусить, чтобы привести мысли в порядок. К счастью, прямо через дорогу была пекарня, в которой я была вчера, и, там даже получится нормально поесть.

Я зашла внутрь и сразу заметила девушку за стойкой – лет двадцати, с аккуратным хвостом и видом человека, который явно не ожидал клиентов в девять утра с чемоданом и собакой подмышкой.

– Доброе утро… – сказала она, слегка растерявшись. – Вы уезжаете?

– Скорее, меня выселили, – ответила я, опуская чемодан и устраиваясь за столиком у окна. – Коротнуло проводку, дым, пожарные и все такое. Прямо сюжет для фильма, только без попкорна.

Девушка округлила глаза, явно не ожидая такого ответа.

– Ого. Ну… тогда вам точно нужен кофе. Какой приготовить для вас?

– Капучино. Желательно самый большой, который у вас есть.

– Может быть кусочек пирога? Сегодня в наличии с яблоком, черникой и лимонный.

– Лимонный, – решила я. – Сегодня хочется чего-то кислого, чтобы соответствовало настроению.

Она кивнула и ушла готовить заказ, а я заметила небольшое зеркало у входа и ю быстренько осмотрела себя. В номере было не до этого, о внешнем виде думала в последнюю очередь. Спортивный костюм, кроссовки, волосы немного растрепались после утренней суеты. Да уж… Лучше не придумаешь, но и не прям ужасно, как я думала.

Вытащила из чемодана косметичку и за пару минут сделала лёгкий макияж: чуть подправила брови, наложила прозрачный блеск на губы, чтобы не выглядеть совсем усталой. Волосы расчесала, убрала непослушные пряди и аккуратно собрала в хвост. Всё выглядело опрятнее, и, честно говоря, это сразу добавило немного уверенности.

Удобно устроившись в кресле и стала наблюдать за улицей через окно. Отсюда открывался вид прямо на гостиницу – ту самую, из которой меня буквально выкурили десять минут назад.

Пожарные как раз хлопнули дверцами машины, кто-то из них снял каску и вытер лоб. Солнце с утра уже палило без пощады. На тротуаре Мэг размахивала руками и что-то объясняла мужчине в форме, словно старалась доказать, что дым вовсе не повод для паники.

Со стороны всё это выглядело почти комично: красная пожарная машина, едва заметный дым над крышей и толпа людей, спорящих о том, кто виноват, а кто нет.

Что ж… Если жизнь и умеет устраивать шоу, то уж точно без моего согласия на участие.

Маффин лежал на полу, вытянув лапы, словно тоже выдохся после утренней драмы.

Я провела ладонью по волосам и вздохнула: «Ну что, день только начался, а я уже закончилась».

– Большой капучино и лимонный пирог для вас, – сказала она, ставя передо мной чашку и тарелку.Через пару минут девушка вернулась с подносом.

– Спасибо, – выдохнула я, стараясь выдавить улыбку.От кофе сразу потянуло тёплым ароматом – густым, сливочным, с легкой горчинкой. Пирог выглядел так, будто его специально создали, чтобы немного скрасить утро, начавшееся с дыма и паники.

Девушка кивнула и ушла, оставив меня наедине с завтраком и кучей мыслей. Сделала глоток и тут же обожгла язык. Ну конечно. Я уже даже не удивляюсь.

Пожарные уже уехали. Остались только пара работников, которые вытаскивали что-то из здания и Мэг, которая, судя по всему, была явно на грани и курила прямо у входа.

Уткнувшись в чашку, пыталась сообразить, что делать дальше. Возвращаться домой? Точно нет. Я успела отснять только пару образов, работы еще много. Гостиницу закрыли, другой в радиусе ста миль нет, машины тоже нет.

«Ладно, Лайла», – пробормотала я себе под нос. – «Варианты закончились. Нужно действовать».

Оставалось только одно…

Достала из кармана телефон и долго смотрела на экран. Единственный человек, который мог хоть как-то помочь в этом городе, – Алекс. Не то чтобы я любила просить о помощи, но выбора, честно говоря, не было.

Набрав номер, услышала знакомый голос:

– Привет, уже проснулась?

– Алекс, привет… – начала я, стараясь не выдать волнения. – Не подскажешь, где в Брайтвуде можно пожить кроме моей гостиницы?

– Что случилось? – его голос прозвучал слегка тревожно, будто он уже предчувствовал масштаб катастрофы.

– Да ты шутишь? – удивлённо спросил он. – Подожди пару минут, дай мне разобраться, я перезвоню.Я коротко рассказала про короткое замыкание, пожарных и свое вынужденное выселение.

Я отложила телефон и потянулась за кружкой. Но нервозность делала своё – кофе обжигал язык, а пирог оставался почти нетронутым.

Через несколько минут телефон снова зазвонил.

– Так, – сказал Алекс, – всё решено. Ты можешь пожить у нас. Рассказал родителям о ситуации с гостиницей и они с радостью тебя примут у нас дома.

Словно камень с плеч упал.

– Это прекрасная новость! Спасибо!

– Ты где сейчас? – Его голос звучал так, будто он уже готов выезжать. И я тут же услышала, как он садится в машину, хлопает дверью и заводит двигатель.

Ну естественно он уже собрался меня забирать.

– В пекарне через дорогу.

– Буду через 10 минут. Держись там с Маффином. И, пожалуйста, не скупай все подряд, ладно? – добавил он.

– Очень смешно, Алекс. – проворчала я, закатив глаза.

– Ладно, принцесса, скоро буду. Не убегай.

– Не переживай, со своим барахлом я далеко не убегу.

Положив трубку, открыла камеру и записала короткую сторис:

“Доброе утро, ребята. Сегодняшний день начался с экшена: гостиница устроила незабываемое утро с дымом и коротким замыканием. Но я уже в безопасности, пью кофе с лимонным пирогом. Жизнь в Брайтвуде явно умеет удивлять!”

Когда сторис была готова, я почувствовала как немного возвращается ощущение реальности. Тут же на телефон начали сыпаться уведомления – реакции от подписчиков: эмоджи, сообщения типа «Ты серьёзно?!», «Лайла, держись!», «Это как фильм, только ты в главной роли!» – и я невольно улыбалась, читая их.

Пока я залипала в телефон, отвечая на сообщения, краем глаза заметила как на парковке притормозила знакомая машина. Алекс вышел, уверенным шагом направляясь к двери с видом человека, который шел спасать меня от какого-нибудь чудовища.

– Ну что, принцесса, – начал он с лёгким сарказмом, – ты в курсе, что ты просто магнит для проблем?

Я фыркнула, чуть улыбнувшись. Честно, кто ещё, кроме него, мог так спокойно заявить это, будто это комплимент? Он только пожал плечами, будто так и должно быть.

Пока он заказывал себе кофе в дорогу, бубня себе под нос о том, что не успел выпить его дома, я хотела расплатиться за свой заказ, но мою карточку уже выхватили и спрятали в задний карман джинсов.

– Не позорь меня, я могу заплатить за тебя сам. Можешь пока идти в машину. Сейчас подойду.

– Зачем? – спросила я, слегка удивлённо, обводя его взглядом. – Ты только приехал и тем более меня не угощал.

Алекс пожал плечами:

– Не придумывай драмы на ровном месте. Я уже приехал, так что расплатиться за тебя для меня не проблема. Считай это бонусом за то, что это не ты подожгла гостиницу.

Я закатила глаза, но уголки губ предательски дернулись в улыбку.

– Это было замыкание, а не я.

– И слава богу. – засмеялся он, забирая мой чемодан.

– Спасибо дорогой друг, что не записал меня в ряды поджигателей, – немного саркастично пробубнила я.

Алекс расплатился и взял свой кофе.

– Поехали? Или хочешь ещё пирога?

– Спасибо, – вздохнула я, стараясь шутливо улыбнуться, – но аппетита больше нет. Съела сколько могла.

– Ладно, тогда пошли.

На улице было уже жарко, хотя на календаре уже был конец августа. Алекс аккуратно погрузил мои вещи в багажник и сел за руль. Я устроилась на пассажирском сиденье, обнимая Маффина и ощущая, как как часть напряжения сегодняшнего утра наконец отпускает.

Дорога до ранчо заняла всего десять-пятнадцать минут, но за это время успела понять: здесь, среди уже знакомых полей и холмов, даже самый сумасшедший день вдруг кажется спокойнее и проще. Лёгкий ветерок развевал волосы, а солнце мягко согревало плечи.

Пока мой спаситель аккуратно парковался у дома, сердце вдруг забилось чуть быстрее. Но моя эмоциональная батарейка села и я решила не нервничать лишний раз. Поэтому я сделала глубокий вдох, задержала дыхание на мгновение, а потом выдохнула.

«Надеюсь, они не думают, что мы с Алексом встречаемся», – пронеслось в голове. Я не имела ни малейшего понятия, что он им сказал. И правда, сейчас мне вот такие непонятки были совсем ни к чему.

Я была абсолютно уверена, что всё пройдет идеально. После сегодняшнего сумасшедшего утра мне точно хватило адреналина на день. Родители Алекса на процентов такие же классные, как и он, и мы обязательно быстро подружимся – сомнений не было.

Мы вышли из машины и спокойно поднялись на крыльцо. Алекс подмигнул открыл дверь и пропустил меня вперед. Я шагнула внутрь с Маффином на руках.

Дом встретил запахом дерева, вперемешку с чем-то сладким. В воздухе витал лёгкий аромат корицы, такой уютный и домашний. Маффин тут же закрутился, пытаясь спрыгнуть и обнюхать всё вокруг одновременно.

Гостиная была невероятно уютной – из тех, куда заходишь и сразу чувствуешь себя дома. Массивные деревянные балки под потолком, большой коричневый диван с кучей подушек, через спинку которого был перекинут мягкий вязаный плед. Рядом кресло, в которое так и хочется завалиться с пледом, на столике журналы и пульт – как будто всё это ждало, чтобы просто присесть и забыться на час-другой. А камин даже без огня создавал ощущение тепла и уюта.

Солнце заливало комнату мягким светом, и казалось, что здесь даже легко дышится и от этого она казалась почти волшебной.

Я машинально улыбнулась. Если весь остальной дом такой же, то мне уже совсем не жаль, что я теперь не живу в гостинице.

Оглянувшись направо, заметила кухню. Она выглядела такой… домашней, уютной, в спокойных оливково-зелёных тонах. На рабочей поверхности лежали миски, венчики, доски для теста и немного муки. Рядом стояли банки с крупами и специями, аккуратно подписанные мелом на тёмной грифельной доске, маленькие бутылочки с оливковым маслом, солонка и перечница в форме миниатюрных домиков.

Мама Алекса как раз доставала что-то из духовки. Ее лицо светилось улыбкой, полной энергии и радости.

Я замерла на пороге, наблюдая за всей этой картиной, а Алекс стоял за моей спиной. Она, заметив нас, улыбнулась ещё шире и подошла, не обращая внимания на слегка припорошенный мукой фартук.

– Вы уже пришли! – её голос был мягким, теплым, с искренней радостью. – Лайла, дорогая, здравствуй! Добро пожаловать!

Я невольно улыбнулась.

– Добрый день, миссис Хартвелл, – смущённо произнесла я, чувствуя себя слегка не в своей тарелке.

– Зачем эти формальности, – тут же ответила она. – Называй меня просто Элизабет.

– Ой, а это что за чудо? – удивлённо спросила она, наклоняясь чуть ближе к нему.Её взгляд сразу упал на Маффина, уютно устроившегося у меня на руках. Глаза мамы Алекса засияли:

– Это Маффин. Он очень добрый, хотите его погладить?

Элизабет тут же протянула руку, осторожно почесав его за ушком. Маффин замотал хвостом, а я почувствовала, как напряжение от сегодняшнего утра почти мгновенно отпустило.

Пока она гладила этот неугомонный комок шерсти, я невольно ловила себя на том, что не могу отвести взгляд – от неё исходило удивительное спокойствие и лёгкость.

Боже. Эта женщина выглядела просто потрясающе. Даже без макияжа, без каких-то пафосных украшений, она излучала такую естественную грацию и уверенность, что сразу хотелось устроиться рядом и просто слушать, как она говорит. Каре с лёгкими волнами идеально обрамляло лицо, а улыбка… эта улыбка могла растопить любое сердце.

На ней были джинсы, свободный лонгслив, тапочки и фартук. Всё это выглядело так непринужденно и гармонично, что казалось: здесь, в этом доме, может быть только тепло, забота и порядок в самом приятном смысле слова.

– Ты уже завтракала, милая? – спросила она, оборачиваясь ко мне, а потом с притворным укором взглянула на сына. – А тебе не предлагаю. Ты, между прочим, сегодня уже ел. Дважды. За утро.

– Мам… – протянул Алекс, закатив глаза.

– Не отрицай, – перебила она, смеясь. – Видела, как ты с утра умял половину холодильника, пока искал «что-нибудь пожевать».

– Я растущий организм. Мне нужна еда.Я невольно прыснула от смеха, а Алекс, притворно обиженно развел руками.

– Я думала, что ты по дороге успел перекусить.

– Нет, – ответила я с улыбкой, – он просто меня забрал из пекарни, но там он взял себе только кофе.

Элизабет фыркнула:

– Ну ладно, так уж и быть. У меня как раз приготовились булочки с корицей. – она посмотрела на сына. – Не забудь оставить еще отцу и брату.

– Я ем не так уж и много, мам! – Алекс закатил глаза в ответ.

– Боже, я просто обожаю корицу, – призналась я. – Похоже, готова жить здесь ради одних только булочек.Запах был таким вкусным, что от него буквально кружилась голова.

– Тогда помогай накрывать на стол. У нас в семье есть правило: кто ест, тот и помогает на кухне.Элизабет довольно улыбнулась и протянула мне тарелку:

Мы расставили посуду, а Маффин, разумеется, мгновенно очаровав хозяйку дома, получил разрешение устроиться на кресле. Элизабет разлила чай, поставила перед нами тарелку с булочками, и мы сели. От кружек поднимался лёгкий пар, запах корицы смешивался с ароматом свежезаваренного чая – тёплого, чуть сладковатого.

Напротив меня устроился Алекс с очередной булочкой в руках, и его довольное лицо говорило само за себя.

– Лайла, по-моему, мама тебя уже официально удочерила. – сказал он, откусывая кусок булки и тщетно пытаясь говорить сквозь жевание.

Мама Алекса приподняла бровь и посмотрела на него, показывая, что всё видит.

– Как вообще ты умудряешься разговаривать с набитым ртом?

Алекс мило скорчил рожицу и виновато пожал плечами.

– Прекрасно, – ответила я, отламывая кусочек выпечки. – Надеюсь, это не означает, что завтра мне придётся гоняться за лошадьми или что-то в этом роде?

Элизабет рассмеялась, наливая себе ещё чаю, а Алекс покачал головой с улыбкой.

Мы сидели за столом и болтали о пустяках – о кофе, о погоде, о том, как иногда не хочется вставать рано. Было так легко и приятно, что хотелось, чтобы это мгновение длилось вечно. И вдруг мягко открылась входная дверь, нарушив нашу идиллию.

На пороге появился мужчина лет пятидесяти с добрым взглядом и усталой, но тёплой улыбкой. Его руки всё ещё были в рабочих перчатках, а на рубашке виднелись следы опилок.

– Генри, познакомься, это Лайла, – представила меня Элизабет. – Та самая, о которой рассказывал Алекс.

– Очень приятно, мистер Хартвелл. Спасибо, что приютили.Я поднялась и, немного смущаясь, протянула руку.

– Можешь не благодарить. После таких булочек сам бы остался. – он показал пальцем на стол – И называй меня Генри. Я не такой уж и старый, каким меня описывал мой младший сын.Он протянул руку в ответ, добродушно кивнув:

Алекс фыркнул, и мы снова рассмеялись.

Генри снял перчатки, аккуратно положил их на подоконник и сел за стол рядом с нами. Элизабет тут же налила ему чай.

– Ну а кто сможет устоять? У тебя талант заманивать людей вкусной едой.– Вот видишь, даже работа подождет, когда пахнет корицей, – поддела она мужа.

Элизабет что-то спросила у мужа о делах на ранчо, а я в этот момент погрузилась в свои мысли. Интересно, как от таких родителей могли получиться такие разные дети? Алекс… точно копия своих родителей: добрый, спокойный, внимательный, Логан… в нём есть что-то своё – более игривое, озорное, смешанное с этим семейным теплом. А Лиам… он совершенно другой, кажется полной противоположностью: более серьезный, местами нервный, такое чувство, что он несет на себе ответственность всего мира.

Когда булочки почти закончились, а чашки опустели, разговор плавно перешёл в более практичное русло. Элизабет, подперев щёку ладонью, посмотрела на меня.

– Она бросила быстрый взгляд на мужа, и тот понимающе кивнул.– Лайла, милая, когда Алекс рассказал, что тебя выселили из гостиницы, – начала она осторожно. – Мы, конечно, сразу решили, что ты будешь жить у нас. Но…

– У нас маленькая неприятность: недавно протекла крыша. – продолжила она. – Мы как раз всё ремонтируем, но обе спальни наверху временно заняты. Одна на ремонте, а во второй вся мебель из первой там нет места.

Что? Все спальни заняты? Как так? Они же только что сказали, что я могу пожить здесь! Что вообще происходит? Этот день меня доканает .

– Так что сейчас единственное свободное место – это гостиная, – продолжил Генри, спокойно, будто извиняясь.

Я едва не рассмеялась от собственной паники.

– Это, правда, не проблема. Гостиная – это даже хорошо. Главное, что крыша есть над головой. – Успокоила их я.

Да я готова спать и на входном коврике.

– Нет-нет, дорогая, что ты. Гостиная проходная, тут утром все ходят – чай, кофе, разговоры, Генри, обсуждающий новости из утренней газеты. И мы все встаем в пять – шесть утра. Как ты будешь отдыхать?. Я не могу оставить гостью спать среди разговоров и запаха яичницы.Элизабет тут же замахала руками, покачав головой.

Она сделала небольшой вдох и продолжила:

– Поэтому мы подумали и решили, что тебе будет удобнее пожить в доме Лиама. Он стоит на другом конце ранчо – там спокойнее, никто тебе не будет мешать и сама можешь работать в тишине.

Я моргнула несколько раз, пытаясь переварить услышанное. В голове было всё в кучу: дом Лиама? Его дом?! Надеюсь, это шутка. Это что, сюрреализм какой-то? Я должна жить у него дома?

– Дом Лиама?.. – тихо переспросила, не веря своим ушам. – В смысле, жить у него дома?

– Да, – совершенно спокойно кивнула Элизабет, как будто предложила мне комнату для гостей, а не переезд в логово человека, с которым у меня было… ну, мягко говоря, сложное взаимопонимание. – Он всё равно почти не бывает дома. Уходит ни свет ни заря, возвращается поздно, ты не будешь ему мешать.

Алекс едва заметно кашлянул в кулак, отворачиваясь, чтобы скрыть улыбку.

– Он не будет против? – спросила я, всё ещё не до конца веря, что этот разговор происходит на самом деле.

Генри добродушно махнул рукой:

Мне оставалось только согласиться.– Расслабься, девочка. Всё будет хорошо. Можешь спокойно работать, жить и отдыхать.

Тихо, спокойно и рядом— звучало обнадеживающе. Если бы не одно «но»: этот дом принадлежит Лиаму Хартвеллу. И я совсем не была уверена, что смогу там просто «отдохнуть».