Читать книгу Современная сказка - - Страница 3

Солнышко снова ярко светило, озаряя всю комнату. Мне так нравится, что окно выходит на восточную сторону: каждое утро очень красиво себя являет рассвет, пронизывая пространство яркими красно-розовыми и оранжево-жёлтыми лучами.

Я проснулась с каким-то непонятным чувством на душе: как будто что-то недоделано. Но что? Да и сон был очень непонятный: я была на солнечной лужайке, гуляла, никого не трогала, и вдруг слышу голос, который твердил одно и то же: "Судьба. Судьба". И я проснулась. Что за судьба? Какая судьба? Это вообще про что? Не понятно. Вопросов больше, чем ответов.

Вот интересно, а что это могло всё значить? Может, во сне спрятан какой-то смысл? Мои размышления прервал телефонный звонок и понеслось: с самого раннего утра почти до позднего обеда (если такое вообще есть или если так можно говорить) я просидела на телефоне, что от этого дико гудела голова. Веки наливались свинцом, несмотря на то, что я успела выпить несколько кружек кофе. Надо просто полежать и отдохнуть от всего. Такое ощущение, будто у меня в голове сейчас пчелиный рой обустраивает свой улей.

Лишь только легла калачиком на кровать и примостилась на подушку, как мгновенно уснула. И я вновь оказалась на этой лужайке, на которой я уже была.

Услышав журчание справа от себя, отправилась в ту сторону. Пройдя совсем немного, нашла источник звука: маленький ручеёк бежал из-под камня и скрывался в высоком густом ковре луговых цветов. Я прислонилась спиной к неподалёку стоящей берёзе и смотрела на блики на воде, которые вспыхивали, как искорки, на бегущей маленькой части большой стихии. Тихое журчание весёлого ручейка успокаивало, дарило умиротворение.

Потом, через какое-то время, к воде припрыгала крольчиха со своими пушистыми детками-комочками. Я сидела не шелохнувшись, чтоб не спугнуть милых зверушек, но они как будто и не замечали моего присутствия. Лишь один раз мама-крольчиха повернула голову в мою сторону и, пошевелив длинными ушами, наклонилась обратно к воде.

Я прикрыла глаза. Такая умиротворяющая картина была вокруг, что не хотелось её ничем нарушать. Вдруг я почувствовала, как чей-то мокрый нос тычется мне в руку: это оказался лисёнок, который, видимо, тоже вышел к воде и уже успел попить. Аккуратно погладив маленького по пушистой голове, начала оглядываться: вряд ли такой малыш пришёл один на водопой…

Совсем рядом мелькнул огненно-рыжий хвост, и из-за куста появилась красавица-лиса, мама этого малыша, и села поблизости, явно приглядывая за своим дитём. А лисёнок в это время так и норовил забраться ко мне на колени, поэтому, рассмеявшись от души, убрала руку, преграждавшую ему путь. Запрыгнув, он прикрыл свою маленькую хитрую мордочку кочиком хвоста и затих. Я лишь слегка поглаживала его по голове.

Даже не знаю, сколько времени я во так просидела с лисёнком на коленях. Мама-лиса вдруг встала, тявкнула и, развернувшись, пошла от ручья, и её малыш моментально поднял мордочку, соскочил и какими-то забавными прыжками побежал догонять свою маму, мелькая среди травы и цветов своей яркой шкуркой.

И вдруг я опять услышала этот голос: "Судьба. Судьба". Я крутила головой во все стороны, пытаясь понять, откуда идёт звук, но как будто он был везде, шёл отовсюду. А голос повторял: "Судьба. Судьба". И неожиданно добавил: "Внешность. Ты права".

Чего? Какая ещё внешность? И в каком смысле я "права"? Что вообще за ерунда?!

И тут я снова проснулась. За окном уже потихоньку темнело. Взглянув на телефон, увидела сообщение из чата.

Костя. Мне с ним очень надо поговорить.

– «Мила, привет! Как ты?»

– «Привет, Кость. Да не знаю. Я хотела рассказать: мне сейчас сон такой очень странный приснился».

– «Сон? Сейчас? Странный?»

– «Да».

– «Не поверишь, Мил, но мне тоже».

– «Да?»

– «Да!»

– «Подожди, тоже сейчас и тоже странный?»

– «Да».

– «Ты сейчас тоже спал?»

– «Да, прикорнул немного, и приснилось непонятно что».

– «Как же это всё странно».

– «И не поспоришь, фигня какая-то одним словом. Так что тебе приснилось?»

– «Ну, мне снилось два раза это вообще, утром и сейчас. Честно говоря, даже не суть, что снилось, главное другое: был голос», – начала я.

– «Голос?»

– «Да. Утром во сне он говорил только слово "судьба", а вот сейчас окромя этого ещё было "внешность" и "ты права"».

– «"Судьба" говоришь…» – только и сказал Костя.

– «Кость?»

– «У меня тоже голос был и тоже говорил это слово».

– «Да?!» – искренне удивилась я.

– «Угу».

– «Чертовщина какая-то».

– «Да и не говори, Мила, сам удивляюсь. Это всё кажется таким странным: нам обоим снятся непонятные сны, у обоих есть непоятно откуда взявшийся голос, который ещё и одинаковые слова твердит. Он же тебе по два раза повторял слово?»

– «Да», – дакнула я.

– «Ещё и это одинаковое», – продолжил Костя.

– «А у тебя про внешность что-нибудь было?» – спросила я.

– «Было», – протянул он.

– «Что?!»

– «Мне было сказано: "Она красивая, ты угадал, спроси" – и всё», – кратко сказал Костя.

– «Вот дела…»

– «Знаешь, а мы ведь и правда друг у друга про внешность не спрашивали, – начал он рассуждать. – Но, честно, я пытался представить, как ты выглядишь».

«Пытался представить?» Я явно покраснела, потому что почувствовала, что щёки стали горячими.

– «И… как ты представил?»

– «А ты? Раз у тебя тоже было, значит, тоже представляла?» – ответил вопросом на вопрос.

Я точно ещё пуще покраснела. Не спешила с ответом. Ведь правда старалась вообразить, как он выглядит. Интересно же!

– «Приём, приём. Милу вызывает база. Ответьте базе. Приём, как слышно?» – последовало после не отвеченного мною вопроса.

– «Да слышу я, слышу базу».

– «И-и-и?» – протянул он.

– «Представляла», – кратко ответила ему.

– «А чего молчишь? Только не говори, что ты там засмущалась, хах».

Я ничего на это не ответила, потому что засмущалась, а сейчас вообще ещё больше, хотя куда ещё-то! Вдобавок, сам сказал не говорить – помолчу.

– «Эй, опять вызывает база..» – опять начал он.

А я не знаю, что ему сказать.

– «Мила…Мил, ты тут? Мила?»

– «Да тут я, тут».

– «Мил, ты чего? Настолько сильно я смутил тебя этим вопросом или что?»

– «Ну сам же сказал: "не говори", вот я и не говорю».

– «Мил…»

– «Что?! – огрызнулась я. – Да, я смутилась! Потому что я не привыкла общаться с парнями, вообще! И когда ты сказал, что меня представлял, да, смутилась, мне непривычно!»

– «Мил…», – начал было он, но я перебила, когда поняла, что я ему только что написала:

– «Извини…»

– «Мил… Я… Я настолько сильно тебя смутил?»

Я промолчала.

– «Мила, не молчи, пожалуйста».

И опять тишина с моей стороны. Наговорила ему, блин…

– «Мила… Не молчи, пожалуйста, ответь хоть что-нибудь… Мила… У тебя настолько всё плохо с общением, что такие простые слова так на тебя повлияли?» – Костя пытался до меня достучаться.

– «Да», – коротко ответила ему.

– «Почему? Мил? Не молчи…»

– «Так сложилось в жизни», – я посчитала это достаточным ответом.

И тишина. Мы молчали минут десять. Мне так хотелось ему выговориться, рассказать обо всём, но не буду. Я не хочу, чтоб меня презирали. Проходили уже, этого мне и так хватает с лихвой. Не хочу.

Костя первым прервал наше молчание:

– «Мила, я могу тебя о кое-чём попросить?»

– «О чём?» – спросила я.

– «Давай мы друг другу скажем, как представили, а потом перейдём отсюда. Согласна? У меня есть такое чувство, что ты сама хочешь поменять чат для общения…»

– «Хорошо», – ответила после минутного молчания.

Хм, у него чувство… А я ведь действительно хотела об этом его попросить. И… очень хочется узнать и увидеть, таков ли он, как себе представляла.

– «Я тогда начну… Мне казалось, что ты высокая, стройная девушка, с длинными русыми волосами, прямым носиком. У тебя пухлые губки, которые растягиваются просто в шикарную улыбку. И с точностью уверен, что у тебя всё своё, неколотое и несделанное. Глазки, наверное, карие или с примесью зелёного… Ну… Я хоть что-то смог угадать? Мила?»

Я поражённо смотрела на его сообщения. А ведь всё угадал, точнее, почти всё…

– «Угадал… Ошибся только немного цветом глаз».

– «Да ладно? Серьёзно, угадал?»

– «Да».

– «И какие они?» – быстро написал он.

– «Зелёные с примесью голубого», – ответила я, а на лице заблуждала счастливая улыбка, которая так и рвалась.

– «Эх, ну ведь почти же угадал!»

Я просто рассмеялась в голос от этих его слов. Вроде взрослый, а говорит так… забавно. Просто одним сообщением заставил улыбнуться и ещё засмущаться. Ну а что я могу сказать? Да, я наивная, и ничего, увы, поделать с собой не могу. Так и хочется верить в искренность его слов.

– «А ты как представила?» – спросил он.

– «Нуу… Ты высокий, стройный, спортивного телосложения шатен с голубыми глазами; волосы короткие, но, наверное, пятерню запустить можно… – решила не всё говорить из того, что представляла.

Но, даже не подумав, быстро дописала кое-что другое:

– «И, наверное, да даже не наверное, а точно, что за тобой вереницы девчонок вьются».

Дура! Вот зачем написала! Я откинула телефон в сторону и уткнулась в подушку. А он не вибирировал. Минута, две. Показалось, как будто прошло очень много времени, хотя на самом деле с точностью да наоборот. Телефон провибрировал несколько раз подряд.

– «Счёт один-ноль в твою пользу. Удивила».

– «В смысле?»

– «Я даже специально пошёл к зеркалу, проверить, как бы глупо это не звучало. А то, вдруг, у меня проблемы с памятью? Оказалось, что нет. Ты всё угадала, даже про вьющиеся за мной хвосты!»

– «Ты шутишь?» – не верилось мне.

– «Проверим?» – вопросом на вопрос, и он скинул свой ник.

Я лишь на секунду задумалась, но любопытство взяло верх, и я нашла его по нику. И, наверное, дар речи потеряла и сидела с красными щеками. Он такой, такой… красивый. Очень. Я просто залипла на его фотографию.

Высокий, стройный молодой мужчина, шатен. И хоть он был в тёмно-бордовом деловом костюме, который ему очень шёл, но всё равно было видно спортивное телосложение: широкий разворот плеч, гармонично переходящий в стройный стан и узкие бёдра. Каштановая шевелюра с модной причёской вояж, прямой нос, тонкие губы, чуть поддёрнутые улыбкой, высокие красиво очерчённые скулы, волевой подбородок. Жалко только, что глаз не видно из-за солнечных очков, которые очень сочетаются со всем образом Кости.

Я просто смотрела на него, не начиная переписку. Он действительно очень красивый. И даже от фотографии очень сильно веет харизмой и уверенностью. Вообще неудивительно, что девушки за ним табунами бегают. А может он вообще бабник? Не исключено, но что-то я немного не в ту степь пошла.

– «Мила?» – пришло сообщение из чата.

Посмотрев на время, умыльнулась: я пялилась на фотографию Кости больше пяти минут. Не отвечая там, написала в личку:

– «Костя?»

– «Мила», – моментально пришёл ответ.

– «Извини, я просто засмотрелась на твою фотографию, – не знаю почему, но сказала ему правду, – получается, я правда угадала? И тебе очень идёт этот костюм!»

– «Да, абсолютно всё угадала. Спасибо! Знаешь, а ты даже ещё краше, чем я себе представлял. Потрясающе выглядишь!»

– «Спасибо, ты меня прям засмущал!»

– «Чем? Правдой? Ты точно не с обложки глянцевого журнала сошла, а? И снизошла до разговора с простым смертным?»

– «Костя! Прекрати! Ну что ты такое говоришь?!» – возмутилась я потоку его речи.

– «Что? Ну что не так, Мила? Я же правду тебе говорю!» – в ответ Костя мне пишет.

– «Ты чересчур сильно вообразил. Не надо. Пожалуйста», – у меня навернулись слёзы на глаза.

– «Это не твоя фотография?»

– «Моя».

– «Я сделаю вид, что не видел твоих слов», – сказал он, и потом мои сообщения перед его вопросом про фотографию исчезли.

– «Костя!»

– «Что?»

– «Ты чего?»

– «А что я "чего"? Я ничего».

– «Костя!»

– «Что?»

– «Мы так по второму кругу пойдём».

– «Почему?»

– «Не почему».

– «А почему "не почему"? Это чего?»

– «Костя!» – мне уже стало смешно от этой переписки.

– «Что?»

– «А вот ничто».

– «А "ничто" это почему?»

– «По кочану и по кочерыжке, – Костя меня совсем рассмешил. Вот ведь явно специально он, а я ведусь всё равно, хоть и понимаю это. – Костя!»

– «Что?» – и он опять. Который раз уже повторяет.

– «Костя!»

– «Что?»

– «Мы с тобой уже по которому кругу идём. Хватит, пожалуйста!»

– «А "хватит" что?»

– «Костя!!!» – у меня уже живот от смеха болит.

– «Что?»

– «Костя!!!»

– «Да-да? База внимательно слушает Вас».

Возможно, мне скоро соседи стучаться будут за то, что я смеюсь, как ненормальная в поздний час. А он ведь специально.

– «Пш-пш… Это база, приём! Вас не слышно… Как связь? Связь пропадает… Пш-пш… Ответьте базе…» – продолжает в том же духе Костя.

– «Дурашка, прекрати!»

– «Что прекратить?»

– «Ха-ха-ха, Костя, правда, хватит! У меня живот уже от смеха болит! Пожалуйста!»

– «Это хорошо, что от смеха, а не от чего-то другого», – написал он спустя секунду.

– «Костя…»

– «Что?»

– «Вот только не надо по очередному кругу!»

– «Я тебя слушаю», – хорошо хоть так ответил, а не опять "чтоканьем".

– «Ты специально?»

– «Что именно, Мила?»

– «Дурачился…»

Не выходя из сети, немного помолчав, он ответил:

– «Конечно да. Я почувствовал да и по твоим словам потом понял, что ты расстроилась, и захотел тебя рассмешить. И у меня это получилось. Но от своих слов я не отказываюсь. Я сказал то, что вижу, сказал чистую правду, а на правду не обижаются».

И что мне ему на это сказать?

– «Учись принимать комплименты, Мила. Это полезный навык», – продолжил он, не получив от меня никакого ответа.

– «Не могу», – только и сказала.

– «Заниженная самооценка?»

– «Да».

– «Исправим. Всё будет хорошо, Мил. Всё будет чики-пуки, шик-блеск. Хотя.... можно ли идеал сделать ещё идеальней?»

– «Костя!»

– «Я всё сказал, так что тс-с-с-с-с…»

Вот чудик, невозможный просто чудик. Но… так приятно. Надо будет кое-что у тёти Ники спросить.

– «Мелкая! А ты знала, что ты своё детское время и «Спокойной ночи, малыши» пропустила? Спатеньки не пора ли?»

– «Э-э-э, это кто тут ещё мелкий?»

– «Ты конечно же».

– «Сам ты мелкий!»

– «Пререкаешься со мной, споришь… Маленькая».

– «Я не маленькая!»

– «Ещё какая маленькая, особенно для меня…»

– «Ты меня всего лишь на шесть лет старше. В смысле "особенно" для тебя?»

– «В коромысле».

– «Э-э-э…»

– «По губе и по попе палкой».

– «Это что за народно-бытовой фольклор пошёл?» – мне опять становится дико смешно.

– «Вообще-то ты первая начала».

– «Нет».

– «Да».

– «Балда».

– «От балды слышу».

– «Ты сам первый начал».

– «А ты первая закончи».

– «Нет, сам».

– «Ты».

– «Попой нюхаешь цветы».

– «Мила!»

– «Что?»

– «Хулиганка».

– «Кто обзывается, тот сам так называется!»

– «Маленькая хулиганка, давай-ка баиньки ложись, время позднее уже. И не спорь со взрослым дядей. Давай, уже поздно».

– «Я не хулиганка, сам ты кот облезлый!»

– «Мила! Сейчас у меня уже живот от смеха болит. Вот тебе не стыдно, а, хулиганка?»

А что я? Я ничего. У меня просто мстя. Да я сама пишу и смеюсь. А время-то действительно позднее. Хотела же сегодня лечь пораньше, чтоб утром побольше успеть сделать.

– «Я не хочу спать».

– «Да неужели, маленькая?» – спросил он, но вышло почему-то как будто ласково.

– «Не называй так, пожалуйста…» – попросила его.

– «Почему? Тебе не нравится? Но ты же действительно для меня мелкая, маленькая… особенно после этого. Тебе точно двадцать?»

– «Я не знаю, наверное, лучше просто не надо. Да двадцать мне, двадцать».

– «Мила, всё хорошо?» – спросил Костя.

А я не знаю сама. Мы знакомы всего лишь несколько дней, и то не вживую, а в интернете, и называть меня так – это, как минимум, странно. И это говорит голова, разум. А душа… тяжело… Сердечко очень тянется к этому, очень хочется, чтоб он так назвал. Но это же неправильно! Или же нет?

– «Мила? – Костя позвал меня. – Ты как? Почему ты молчишь?»

– «Я не знаю, что сказать», – разум говорит промолчать, но душа просит рассказать ему.

– «Скажи, как есть, я постараюсь тебя понять», – позвал он.

– «Как есть?»

– «Да».

– «А ты не будешь меня за дуру считать?»

– «Конечно нет, ты чего?!»

Сказать? Или не сказать?

– «Я готов выслушать. Скажи, что тебя беспокоит?»

Сказать.

– «То, как ты меня назвал…» – начала я.

– «Маленькая?» – сразу уточнил.

– «Да».

– «Неприятно?»

– «Я не понимаю себя».

– «А что тебе непонятно, Мил?»

– «Как правильно поступить, – пытаюсь подобрать слова, чтоб высказаться, – на счёт этого "маленькая"».

– «Говори, не бойся. Я выслушаю», – Костя решил меня подбодрить.

– «Не думай, я не дура. Просто у меня такое ощущение, как будто во мне две личности: одна – против, другая – за. Или это разум и сердце. Я не знаю, я не понимаю! С одной стороны, что лучше не надо меня так называть, а с другой – очень это хочется и просится».

– «А чего тебе хочется больше? Против или за?»

Я не знаю, что сказать. А в душе как будто сжался какой-то комок, такой холодный, пугливый, как забитый в углу котёнок, а голове словно торжество.

– «Мила… Я понимаю, о чём ты. И это нормально. Не волнуйся, ладно? Не стоит из-за этого переживать. В этом ничего такого нет. Просто… просто попробуй понять, почувствовать, к чему тебя больше тянет. Хорошо?»

А внутри как будто затеплилась надежда, стала мерцать маленьким слабым огонёчком.

– «Ко второму», – только и сказала.

– «Хорошо».

И от этого "хорошо" по телу побежали змейки радостного тепла, согревающие меня всю.

– «Знаешь что? Давай, ты тоже придумаешь, как будешь меня называть. Мм? Как тебе такая мысль?» – спросил Костя.

– «Давай», – мне стало так хорошо, спокойно, радостно, а "головное" торжество затихло.

– «Давай только не "хулиган", "дурашка", как ты меня называла. И не "скелетон" и "Кощей"».

– «Костяная нога или косточки?»

– «Э-э-э, ну нет, так лучше не надо!»

– «Хи, ну хорошо, не буду. Я тогда ещё подумаю, попозже тебе скажу».

– «Понял. А теперь давай-ка всё-таки ложиться спать. И тебе, и мне рано вставать утром».

– «А я уже. Доброй ночи, Кость».

– «Доброй ночи, Мила».