Читать книгу Королева - - Страница 7

Через порог переступаю одна, оставляя Камерария Его Величества топтаться в коридоре – магическая защита его не пускает. Что ж, наглядно. Делаю легкий, едва заметный реверанс, показывая, что встреча закончена и далее я общаться не намерена. Не очень-то вежливо с моей стороны, но нет уже сил на все эти светские этикеты. В отличие от меня, неблагодарной, господин Леддокс как всегда учтив и чувствует настроение.

– Не смею более вам досаждать, – с этими словами он кланяется и удаляется, а я смотрю, как по коридору спешит Ингрид. В ее руках ворох платьев, шляпные и обувные коробки, как только она умудряется столько баулов за раз таскать на себе? На пороге я подхватываю ее за локоток и чуть подталкиваю внутрь. Пушистик предупреждает меня о применении магии слабым мяуканьем.

«Запомнить и разрешить доступ?», – снова звучит в голове, под ворчание Драха. Можно подумать ментальная магия ему неприятна.

«Да».

«Доступ разрешен».

Всё, теперь в мои покои могут зайти только я и Ингрид. Ну и Его Величество, конечно, да кто ж его пустит! Осматриваюсь по сторонам.

Первая комната довольно милая. Светлая, с большим окном, наполненная сладкими ароматами. Диван, камин, столики: туалетный – у стены и журнальный – перед диваном, пара кресел. Толстый ковер легкомысленной расцветки.

Из гостиной одна дверь ведет в гардеробную, щедро заставленную зеркалами, куда моментально ныряет Ингрид со своей поклажей и принимается раскладывать коробки и развешивать платья. Вторая дверь в ванную комнату без окон с огромной купелью в центре. Третья – в спальню, с широкой, уже застеленной свежим бельем, кроватью. Четвертая – в крошечную боковую комнатку прислуги, тоже с кроватью у стены и столом с писчим прибором.

Ага, значит Ингрид будет постоянно при мне. Отлично. Привычная уже обстановка – и как я раньше жила в хрущевке? Не помню уже.

Я быстро осмотрелась, подошла к окну в спальне и задернула плотные шторы. Почему-то вид на заснеженный сад, на морозное солнце действовал удручающе. Жизнь продолжается. Времена года сменяют друг друга, а я по-прежнему в неволе. И чем больше силюсь вырваться, тем больше проблем получаю. Словно мечешься как пойманный зверь в сети и запутываешься все сильнее и сильнее, пока не замотаешь сам себя окончательно.

– Ты можешь идти к себе, Ингрид, – обратилась к верной служанке, застывшей за спиной, но та лишь уперла руки в покатые бока.

– Токмо после того как изволите поесть, миледи.

Есть не хотелось, но я обреченно кивнула. В войне против голода Ингрид неизменно побеждает. Сноровистой кобылкой она метнулась к выходу, а уже через пару минут передо мной был сервирован столик с легкими закусками. Я в задумчивости села на диван, лениво перебирая фрукты в вазе и скорее изображая, что ем, чем на самом деле делая это. Какая-то мысль не давала покоя. Что-то скреблось на задворках памяти, но что именно?

«Участница номер семь»?

«Технические помещения для прочего»?

«Алый цвет магического кристалла на двери»?

Странный сон…

Я обреченно махнула веером. Что толку сидеть здесь в одиночку? Надо выйти на разведку и осмотреться, пока других участниц нет в своих покоях.

– Я ненадолго.

Выскальзываю в коридор. Двигаюсь осторожно и почему-то стараюсь держаться бесшумно, хотя я здесь не пленница и могу ходить по коридорам Великого Дворца свободно: куда хочу и где хочу. И все же я стараюсь не производить лишних звуков и крадусь в сторону столовой.

Здесь под светом огромной вычурной люстры стоит огромный стол с белоснежной скатертью, уже сервированный для гостей. Я быстро пробегаю глазами по приборам, считая их от нечего делать, скорее для галочки, и запинаюсь, когда понимаю, что их тринадцать. Что за? В этом мире что, нет такого суеверия?

Помнится, в своем прошлом мире я иногда натыкалась на упоминание смешного и нелепого поверья, что нельзя за стол садиться такому количеству людей. Вас должно быть или меньше, или больше, но только не тринадцать! Потому что если за стол сядут тринадцать человек, то первый, кто встанет из-за стола и покинет его – умрет в ближайшем будущем.

Сглатываю. Случайное совпадение? Дурное предзнаменование?

А вот и дверь в «прочие технические помещения», дальше из столовой. Пушистик на запястье буквально весь встает дыбом, словно наэлектризованный меховой шарик. Там так много концентрированной магии? Слышу мужские голоса и прежде чем успеваю придумать, что делать дальше: зайти или удалиться, дверь распахивается и на ее пороге показывается знакомая фигура. Встреча настолько неожиданная, что я вздрагиваю и замираю.

– Вот это да!

Первый порыв был – бежать прочь, без оглядки, Рвануть, что есть силы из столовой, по коридору и укрыться, спрятаться в безопасности покоев, защищенных магическим кристаллом. И только присутствие в моей голове Драха, заставило меня остаться на месте, а не нестись вперед, словно испуганный хищником зверек.

«Стоять!»

Скомандовал демон в моей голове, и я покорно застыла, с опозданием – разумом понимая, что да, побег и правда смотрелся бы нелепо. Вот такая ты, София, великая и ужасная Тень, которая победила всех и вся и усадила на престол кронпринца. А при виде собственного брата готова ноги уносить.

– Какая неожиданная и неприятная встреча, – слова срываются с губ сами. Драх частично взял под контроль мое тело, и я стою перед достопочтенным Оскаром Нейлбрантом, ни дрогнув ни единой клеточкой. Спокойная, уверенная, даже надменная. Гордо вскинув подбородок и не опуская глаза.

– Отнюдь. Для меня вполне ожидаемая и весьма приятная.

Оскар улыбается как ни в чем не бывало, своей фирменной ухмылкой, больше напоминающей оскал. Из его слов я делаю вывод, что он здесь – не просто так, случайное, мимо проходящее лицо, а значит точно знал, что рано или поздно наши дороги пересекутся. Но все равно спрашиваю:

– Что ты здесь делаешь?

Молодой мужчина легко сокращает расстояние между нами, приближаясь ближе, чем мне хотелось бы, и я внутренне сжимаюсь. Неприятно, аж передергивает. Внешне же, под контролем Драха, тело не двигается ни на миллиметр, оставаясь по-прежнему полным достоинства и равнодушия.

– Помогаю батюшке с его обязанностями. Отбор будет транслироваться на всю страну, а ты знаешь, что магически это крайне тяжело, сестренка.

Его обращение вязкое и ядовитое, как и он сам. Я так и вижу внутри него копошащиеся путы, скрытые от обычного, не-магического взора. Они шевелятся внутри подобно склизким щупальцам осьминога, готовые вылезти из тени и схватить добычу. Не знаю, во что бы в итоге вылился наш разговор – наверное, при попытке дотронуться до меня хоть пальцем сводный брат-извращенец был бы подвешен на люстре или моментально закатан в стену, по частям, но в дверях появляется еще одна фигура и разрушает наш «милый» тет-а-тет.

– Оскар, ты где? На глупости нет времени.

Теперь меня еще и «глупостью» обозвали. Даже взгляда не бросил! Каково, а?

Сейчас мой недо-папочка, барон Нейлбрант, которого я вижу второй раз в жизни, держится совсем иначе. На балу в Великом Дворце, где нас друг другу так и не представили, он был настоящим франтом, с ног до головы усыпанным драгоценными камнями. Красовался, улыбался, расточал окружающим комплименты. Сегодня пальцы немолодого, худощавого мужчины не унизаны перстнями, да и одежда попроще, осталась лишь трость с драгоценным набалдашником в руках. Видимо с ней «отец» никогда не расстается.

Господин Леддокс тогда, на официальном приеме, сказал, что магия барона Нейлбранта «незаменима». Что за магия такая? Почему она вдруг понадобилась при отборе невест для Короля и чем Нейлбрант-младший может помочь? Уж его-то магию я лицезрела воочию и в ней нет ничего незаменимого или прекрасного.

– Извини, птичка, мне пора. До скорой встречи.

С этими словами Оскар как ни в чем не бывало подмигивает (вот гаденыш!), а затем разворачивается спиной и вместе с отцом исчезает в проеме дверей. Я невольно поддаюсь любопытству и шагаю ближе, заглядываю в «техническую» комнату.

– Мя-я-я, – жалобно подает голос Пушистик.

– Ого!

Я знала, что в этом мире есть магия, и знала, что в этом мире также есть магические артефакты, пусть дорогие и довольно редкие. Но то, что я вижу перед собой, больше похоже на аппарат из моего прошлого мира. Странный, непонятный, усеянный жилами проводов, рычагов и вращающимися кристаллами. Он чем-то напоминает «машину времени» из старого советского фильма «Иван Васильевич меняет профессию». Ничего непонятно, но очень интересно.

Внутри этого аппарата сидит, а точнее уже полулежит достопочтенный Оскар Нейлбрант, и его путы двигаются, становясь частью механизма, проводя магическую энергию, словно ток по проводам, подобно кровеносным артериям в организме. А рядом копошится сам барон Нейлбрант-старший, что-то настраивая и доводя до ума.

«Что это за штука такая?»

«Это вопрос?»

Драх, как всегда, в своем репертуаре. Но мне настолько любопытно, что я готова потратить суточную попытку, чтобы разобраться.

«Да».

«Предназначение этого артефакта – фиксация, то есть съемка и трансляция происходящего вокруг».

Словно подтверждая слова Драха, от шайтан-машины отделяется несколько пузырей, больше похожих на глаза. Каждый «глаз» сначала набухает, болтаясь на кончике щупальца, затем, вырастая до определенного размера, отрывается от стебля и парит в воздухе. Ого! Да они летают! Каждый шарик «глаза», поднимаясь в воздух, начинает хаотично бродить вперед-назад, вверх-вниз по комнате, рассматривая окружающую обстановку. Один явно интересуется мной и подлетает ближе. Кружит рядом, то с одной стороны, то с другой осматривая мою застывшую на пороге фигуру, а на противоположной стене, как на экране проектора, я вдруг замечаю собственное изображение. Пока не очень четкое, оно дрожит и настраивается, словно ловит фокус.

Камера! А я еще своей фотографии в газете удивлялась! Так вот какая «незаменимая» магия у барона Нейлбранта.

То есть у нас тут не просто отбор невест для Короля? У нас тут планируется настоящее реалити-шоу для народа? Настроение моментально падает ниже плинтуса и пробивает дно. Ну погоди, Чарльз, я тебе устрою!