Читать книгу Кошечка в сапогах исполняет желания - - Страница 3

Мальчик глядел на меня сверху вниз с обожанием. Пухлые ладошки сжимались в попытке схватить меня за подсохший хвост, но я была проворнее.

– Можно тебя погладить? – спросил он, чуть не плача.

Сжалившись, сделала шаг навстречу и прогнула спинку. Гладь.

Ребенок расплылся в счастливой улыбке, неуклюже коснулся шерсти, зарылся обеими руками и прикрыл глаза.

– У меня никогда не было домашних животных, – зашептал он, прижимаясь ко мне. – Мама не разрешает, ведь мы всё время переезжаем.

Пригнула кошачьи уши, когда детская ладошка накрыла голову.

– Мама говорит, что я сын самого главного человека в королевстве, поэтому меня надо беречь. Говорит, я должен стать сильнее перед встречей с ним.

Осмотрела мальца с ног до головы. Совершенно обычный ребенок. Рыжеволосый, чумазый, с большими глазами, нос торчком. Только одет странно, не по-современному, хотя сейчас здесь странным казалось абсолютно всё.

Ненароком опустила взгляд на ярко-красные сапоги с золотистым узором.

– Ненавижу их, – в сердцах воскликнул мальчик, и я удивленно посмотрела на него. – Они мне сильно жмут, но мама заставляет носить. Они скрывают магические проклятья и отклонения. А я просто хочу быть собой.

Он наклонился ближе и заговорщически зашептал:

– Я пытался сжечь их в костре, утопить в речке. Они неубиваемые!

– Людвиг! – раздался голос его матери.

Мальчик непроизвольно сжался, будто боялся, что она слышала его слова. Женщина закончила разбирать вещи и подошла к нам.

– Идем, сын. Пора на тренировку.

– Ура!

Мальчик с облегчением скинул красные сапоги, отбросил их подальше и босиком вскочил на траву.

Если я думала, что на этом странности закончились, я ошибалась.

Ноги ребенка начали изменяться. Ступни выросли в половину, крохотные детские пальчики превратились в крупные пальцы-картошки. Ноги покрылись рыжими волосами. То же произошло с руками и ушами.

От прежнего милого мальчика осталась только рубаха. Пояс на ней порвался, упал на траву. Он стал выше, толще, волосатее.

– Фух! – пробасил он совершенно недетским голосом и, разминая затекшие пальцы на ногах, заковылял к пещере, где его ждала мать.

Я поняла, что всё это время стояла, держа хвост торчком и выгнув спину. Мои эмоции непроизвольно отражались на поведении кошачьего тела.

Спокойно, Роксана!

Я присела в траву, наблюдая за тем, как женщина берет сына за.. волосатую лапищу! И ведет в пещеру. Потревоженные светлячки закружились вокруг них и умчались вглубь пещеры.

Что эта женщина делает с ребенком?! Что это за тренировки такие? Он ведь только что выглядел, как нормальный человек. Или он не был человеком? Я прикрыла глаза, понимая, что не хочу этого знать. Всё вокруг казалось нереалистичным.

Существо, похожее на фантастического тролля, надевает сапоги и становится мальчиком. А потом снимает и превращается обратно в чудище. Бр-р! Такое только в сказках бывает.

Я покосилась на "волшебные" сапоги. Что он сказал? Эти сапоги скрывают магические проклятья и отклонения.

Можно ли назвать мое превращение в кошку проклятьем? Абсолютно точно – да!

А что, если…

Пушистые лапки зачесались в предвкушении эксперимента. Усевшись рядом, я вставила лапы в прорези. Сначала ничего не произошло, и я даже расстроилась. Но потом почувствовала, как мои ноги начали расти.

Боги!

Надеюсь, я не превращусь в тролля!

Но больше обычного ноги не выросли. Следом вытянулось тело, позвоночник выпрямился – и вот я с ужасом и радостью одновременно смотрю на свои человеческие руки. Мои руки.

Единственным исключением были окрепшие твердые ногти. Мои вечно слоились и рвались, поэтому я предпочитала стричь их под корень. Теперь же я имела крепкий естественный маникюр. Мечта!

А это что такое?

По ягодицам прошлось что-то пушистое, и я тут же подпрыгнула, обернулась. Никого. С тревогой посмотрела за спину. Хвост! Такой же светлый, бежевый, какой был у меня-кошки.

Если есть хвост, то должны быть и… Уши.

Я зажмурилась, закрывая мохнатые уши, вылезшие прямо на голове. Чудовищная трансформация. В теле кошки я была хотя бы кошкой! А теперь стала не пойми кем!

Так, спокойно, Роксана. Теперь ты женщина-кошка, смирись с этим. Хорошо, хоть не паучиха какая-нибудь!

Одеться, мне надо срочно одеться. Голая женщина-кошка – это никуда не годится.

Я взяла один из плащей женщины, брошенный на берегу в кипу грязных тряпок. Накинула на голое тело. Плащ скрыл хвост, а капюшон – нечеловеческие уши.

Не до конца понимая, что творю, обернулась к пещере и поняла, что больше не испытываю головной боли, если не смотрю на мальчика.

"Ты сделаешь то, что захотят они", – вспомнила гудящий голос.

Женщина просила присмотреть за ребенком, я выполнила ее желание. Теперь что? Я свободна?

Укрываясь плащом на голое тело, я побежала к лесу. Перемахнула через бревно, прислушалась к себе. Ничего не болит.

И я убежала.

Не знаю, кем были женщина, спасшая мне жизнь, и ее нечеловеческий сын. Они остались позади.

Впереди меня ждали месяцы, а затем и годы переосмысления. Пришлось в полной мере понять, каким проклятьем меня наградили.

И дело не в фантастической внешности, уши и хвост я научилась маскировать под одеждой. Хотя чаще предпочитала снимать сапоги и появляться на людях в облике кошки. Не отсвечивать, скрываться, выживать – легче, когда ты маленький и незаметный.

Но истинное проклятье заключалось в другом.

Исполнять желания тех, кто меня спасет.

К счастью, после одного озвученного желания я становилась свободной. До тех пор, пока снова не окажусь под колесами повозки и не буду спасена неравнодушным путником.

У меня было много "хозяев", рядом с которыми я поняла, что в этом мире у меня нет свободы воли. Тот, кто спасет меня от смерти, может пожелать что угодно. Чаще всего они хотели денег и наладить свою жизнь. Об этом люди часто жалуются кошкам. Я не могла противиться желанию хозяина. Обязана выполнить его, вопреки собственной воле, иначе в груди начинало болеть, а тело слабеть. Ночами я надевала сапоги и шла улучшать жизнь хозяина, изворачивалась, договаривалась, чтобы человеку привалило много денег. Мне же хотелось лишь одного… Чтобы меня, наконец, отпустило, и я могла удрать.

Пришлось стать сильнее, научиться избегать неприятностей, привыкнуть к одиночеству. Я научилась драться и стрелять из лука, не боялась лесных бандитов. Больше всего на свете я боялась, что кто-нибудь решит меня от этих бандитов спасти.

Спасибо, я лучше сама!

Здесь был город неподалеку, местные называли его Златогорск. Туда я ходила редко и только по сильной нужде.

Я построила себе хатку в лесу. Жила уединенно. Большую часть дня проводила в облике кошки, оставляя сапоги и одежду дома. По правде, кошкой жилось проще, легче затеряться среди толпы, на меня обращали внимание разве что дети и городские стражники. От последних я старалась держаться подальше.

А еще подальше от воды.

После того, как чуть не утонула, я избегала реки и других водоемов. Купалась только в самых мелких, где предварительно палкой проверяла дно. Хотя, чтобы попасть в город, приходилось идти по мосту. Я делала это быстро, перебежками, от одной опоры к другой.

Но я не учла человеческой гадости. А стоило бы.

Ведь если я иногда забывала про людей вокруг, то не все люди делали то же самое по отношению ко мне.

– О, смотри, кошка дворовая, – гаркнул прохожий. – Пусть полетает!

Тяжелый башмак врезался мне в бок – и я моментально отправилась в полет. Запоздало выпустила когти, но уцепиться за бревна уже не успела. Кошки, вообще, летают быстро. И так же быстро приземляются на лапы, если только под ногами не вода.

Легкое тельце шлепнулось в воду. Ледяная, как в тот раз. До берега далеко. В голове пронеслись воспоминания о том дне, когда я заключила с судьбой проигрышную сделку. Может, не стоило соглашаться? Какой в этом смысл?

– Эй, вы что творите?! – на мосту зазвучал еще один голос. – Пошли вон!

Раздался звук удара – рядом со мной поднялись волны, будто два больших тяжелых тела свалились в воду.

– А-а-а! – заорали мужики.

Но я едва могла их разглядеть. Надо мной было голубое небо, а глаза медленно закрывались от холода и бессилья.

Следом меня с головой накрыла еще одна волна. Крепкие, сильные руки схватили меня. И потащили к берегу.

– Сейчас выберемся, – произнес человек с моста.

С диким неверящим взглядом я повернула голову.

Ну вот, опять!

Моя боль, мое проклятье. Мой новый хозяин.