Читать книгу Письма Огня - - Страница 5

Есть театр, в котором всегда идет одна и та же пьеса, пусть и актеры разные.

Три роли, три маски: жертва, спасатель, тиран.

Жертва выходит первой.

Она демонстрирует боль, открывает свои раны.

Она притягивает к себе жалость и сочувствие зрителей.

Следом появляется спасатель.

Он сияет благородством, бросается вытаскивать жертву из беды, не разбираясь в первопричинах ее страданий.

Он жаждет быть великодушным и питается восхищением зала.

Потом на сцене тиран.

Он давит, унижает, приказывает.

Он насыщается страхом жертвы, а также гневом и осуждением зрителей.

Так три роли сменяют друг друга.

Жертва становится тираном,

тиран спасателем,

спасатель жертвой.

И спектакль никогда не кончается.

Но весь театр держится не на актерах.

Он держится на зрителях.

Потому что они платят своим вниманием:

жалостью и состраданием, поддержкой и восхищением, гневом и порицанием.

Именно их энергия питает спектакль.

И потому театр никогда не пустует: каждый зритель, отдавая внимание и чувства, сам становится его частью.

Здесь нет посторонних. Нет тех, кто ни при чем.

Нет безвинных, потому что каждый вовлечен в круг безответственности: актеры играют, зрители кормят, и все поддерживают одно и то же действие.

Но в глубине это действие закономерно. Оно подчинено Закону Взаимодействия, где ничто не происходит случайно, и каждый получает то, что вызвал своими выборами.

Современное же общество "узаконило" этот театр по-своему и дало ему новые сцены.

Их назвали психология и психотерапия.

Они говорят: "Ты не выбирал родителей".

И этим снимают ответственность за рождение.

Они говорят: "У тебя детская травма".

И этим закрепляют вечное детство.

Они говорят: "Нужно излечить твои раны".

И делают страдание главным содержанием жизни.

Они говорят: "Нужно выплеснуть эмоции".

И учат играть на сцене все громче, чтобы зрителям было интереснее.

Они говорят: "Прости себя и других".

И этим закрывают глаза на Закон, который сам все расставляет по местам.

Так специалисты этих практик становятся режиссерами,

которые манипулируют актерами и которых поддерживает зал, то есть само общество.

Они кормят театр обещанием исцеления,

но на самом деле продлевают спектакль.

Потому что без сцен боли и крика театр не выживет.

Без драмы не будет зрителей.

Выход на уровень Духа обнажает все в истинном свете.

Жертва это не страдающий, а тот, кто стоит перед испытанием.

Спасатель не тот, кто вытаскивает, а тот, кто указывает на Закон.

Тиран не угнетатель, а карающий меч, воздающий человеку ровно по его заслугам.

Роли становятся ложью только тогда, когда человек отказывается взять ответственность на себя.

Когда он перекладывает ее на других, на богов, на обстоятельства.

Но Дух рожден не для театра.

Он рожден для деятельности по роду своему.

Закон Взаимодействия справедлив и непреклонен.

Все, что происходит с человеком сейчас, есть следствие того, что он породил,

в этой или в прошлых жизнях.

Да, это не вписывается в материалистическое мышление.

Но принятие ответственности за все, включая обстоятельства рождения и взросления хотя бы, разом снимает противоречие.

В этот момент рушатся роли.

Жертва перестает быть жертвой,

спасатель перестает быть спасателем,

тиран перестает быть тираном.

А зрители лишаются зрелища.

Плохо это или хорошо решает каждый сам.

Но осознание существования театра ролей открывает иной взгляд на проблемы человека

и обнажает лицемерие тех, кто делает вид, что ведет к исцелению, а лишь продлевает спектакль.

🔥