Читать книгу Письма Огня - - Страница 9

"Кто боится, тот надеется. Кто знает, тот действует." (с)

Мы постоянно говорим: я надеюсь.

На встречу, на перемену, на лучшее, на чудо.

В английском это звучит еще проще: I hope so.

Ничего не значащие слова.

Они произносятся автоматически, без намерения.

В них нет ни жизни, ни огня, ни воли.

Надежда теперь не просто слабая – она пустая.

Она стала даже уже не лучом, а социальным отблеском беспомощности.

Она прикрывает страх признать свое бездействие.

Она символизирует безответственность за судьбы.

Она деградировала до смазки в речи.

Удобная, безопасная, безобидная.

Я надеюсь значит я не верю, но и не готов признать, что не верю.

***

В утробе Отчаяния рождается Надежда.

От семени Страха, исчерпавшего Волю.

Так появляется дрожащий луч – бледный отблеск зыбкого пламени.

Худая, хилая, хромая. Безродная Надежда.

Она живет там, где дух устал бродить в лабиринтах свободы,

где вина уже пустила свои метастазы,

поразив и разум, и волю.

Где сомнения острыми мечами кромсают ряды здравомыслия и порядка.

Она сулит спасение,

но ее слова уносит беспощадный ветер обреченности.

Она светит, но ее разреженное сияние тонет во мраке безутешности.

Она шепчет: все может быть иначе,

но никогда не говорит кем и когда.

Она приходит к тем, кто ищет утешения, а не истины,

к тем, кто боится ответственности больше, чем боли.

Она делает страдание выносимым и потому продлевает его.

Она мила, доброжелательна и кротка.

Всегда обещает.

Всегда умиротворяет.