Читать книгу Невеста в 45+. ОТ "Ненавижу!! до «Согласна!» - - Страница 6

– Конечно, ты права. Я не знаю, как часто ты с ним сидишь, ведь я всё время в разъездах. Но если ты так сказала, значит, так и есть. Но всё-таки, Кира, милая, прекрати нагнетать. Но! – На слове «но» как-то особо останавливается. – По-моему, нет ничего криминального в том, чтобы бабушка посидела с собственным внуком. Бабушки для этого и существуют.

– Разве? – Не удерживаюсь от сарказма. Какая удобная позиция. Но при этом крайне однобокая. – Интересно, а дедушки? Для чего по твоей теории нужны они?

– А дедушки работают и обеспечивают надёжный тыл всей семье. Что, собственно, и происходит. Не правда ли? – Он словно пытается отшутиться. Но меня это бесит, а не веселит. – Всё, раз ты дома остаёшься, я поехал. Если соберёшься в офис после обеда, имей в виду, меня, возможно, там уже не застанешь. Все вопросы решай со Славкой. Ты же хотела, чтобы он работал с нами. Значит, пусть пашет, как я в своё время.

Даже нет смысла спрашивать, где он собирается кататься. Константин бесится от таких вопросов.

Не успеваю убрать тарелки со стола, как настойчивый звонок торопит меня к двери. Это приехала Мила с Федей.

– Доброе утро, – говорит невестка, но в её голосе нет ни капли тепла или приветливости.

Она ведёт себя так, словно я её чем-то обидела и снова спешит сбежать.

Мне хочется сказать ей, чтобы она к обеду вернулась, но я даже рот не успеваю открыть – так быстро она торопится уйти.

– Мила! – Уже почти кричу ей вслед. – Мне нужно к полудню быть на работе! У меня сегодня очень много неотложных дел!

Но она только кивает, даже не оборачиваясь.

Следующие полдня снова растворяются в суете. Всё это – как сплошное беличье колесо: я бегу, бегу, но всё равно остаюсь на том же месте.

Я снова то и дело слежу, как бы внук обо что-нибудь не ударился, не убежал и лёг спать в обед.

Мила снова опаздывает на два часа и приходит совершенно не в то время, на которое я рассчитывала.

– Всё в порядке? – Смотрит на меня выжидающе и мнётся на пороге.

– Всё просто отлично. – Стараюсь говорить ровно, запрещая себе при Феде негативные эмоции. – Ребёнок только что проснулся, поспал два часа, мы поиграли, он хорошо поел.

– Спасибо, это вам! Я купила два пакета. Один для вас, второй для Константина Георгиевича. – Протягивает мне и ждёт, когда заберу.

– Спасибо. Что это? – Видимо, моя невестка решила задобрить меня. – Пончики? – В моём голосе проскальзывает неподдельное удивление.

Почему удивление? Да потому что Мила прекрасно знает, что я не ем сладкое, но всё равно зачем-то купила их.

– Я не ем сладкое. Надо худеть.

– Худеть? – вроде как искренне удивляется. – А зачем вам худеть? Вы же уже… – говорит она, а потом будто спохватывается и резко замолкает, широко раскрыв глаза.

Но я не дура. Я прекрасно понимаю, что она хотела сказать.

– Старая? – говорю за неё и откровенно усмехаюсь. Меня не злит её поведение. Скорее, забавляет. Если я ей чем-то не нравлюсь, и она пытается задеть меня и уколоть, значит, она полная дура.

Ей выгоднее иметь в моём лице союзника, а не врага. Но, видимо, эта девушка ещё до такого не додумалась.

– Простите, Кира Викторовна, я не хотела вас обидеть. Вырвалось! – Она опускает глаза в пол и смотрит на носки своих полуботинок. – Федя, милый, пойдём собираться домой, – быстро переключается на сына.

Я прощаю её за эти слова, надеясь, что она не со зла. Но всё равно неприятный червяк точит мою душу. Я понимаю, что именно так она на меня и смотрит.

Пока невестка возится с внуком, одевая его, я иду к двери, чтобы ответить на домофон от калитки.

– Кто там?

– Курьер! Открывайте!

– Курьер… – бубню себе под нос, – но я ничего не заказывала.

Калитка открывается, и через несколько мгновений на пороге дома появляется мужчина с огромным букетом роз.

Теряю дар речи.

– Здравствуйте. А кто из вас Кира? – Смотрит на свои записи.

– Я…

– Это вам. – Протягивает мне розы. Их так много, что не сосчитать!

– Но… – Хочу спросить, от кого.

– В карточке указан отправитель, – предвосхищая мой вопрос, говорит мужчина.

Открываю её и удивляюсь ещё больше.

«Прости меня за это утро. Я был неправ. Ты самая прекрасная из всех женщин на этой земле! Костя».

Замираю в растерянности.

– Что там? – бесцеремонно спрашивает невестка и, кажется, даже готова сунуть нос в карточку.

– От мужа.

– Здорово… Мне Славка никогда таких букетов не дарил.

– Обязательно подарит.

– Ну да, лет через тридцать… А я сейчас жить хочу…

– А ты не живёшь? – удивляюсь. – Мне казалось, что у вас всё хорошо? – Смотрю на невестку, не сводя с неё глаз, и она не выдерживает моего взгляда. Отворачивается.

Мила, надевая кофту внуку, бубнит что-то себе под нос. Но я слышу главное: девушка очень надеется на спокойный вечер и сон.

– Ну, как, договорились? – треплет его по щеке. – Мама сегодня очень устала, ей нужно отдохнуть.

– А от чего так устала Федина мама? – Любопытство оказывается сильнее здравого ума и собственного запрета лезть с расспросами.

Чувствую, что не смогу сегодня удержаться и не спросить, чем она так занята и где пропадает.

– Я была на собеседовании, – Поворачивает ко мне голову и смотрит с претензией.

– На собеседование обычно ходят, если…

– Да, устраиваются на работу, Кира Викторовна. Получилось так долго, потому что начальник отдела кадров попала в какую-то пробку, а потом ещё десять человек передо мной было.

– Интересно… – Я не могу скрыть удивления от этой новости.

– Да, я скрывала.

– Почему?

– У меня есть причины… Это серьёзная компания, и я проходила тесты, чтобы попасть на место помощника руководителя.

– Ты могла бы мне сказать, что ты ездила на собеседование. Я бы слова тебе не сказала и не торопила. – Теперь говорю мягче, чем несколько минут назад.

– А что, я о каждом своём шаге вам должна докладывать?

– Во-первых, не хами. – А вот здесь – нет, нельзя так себя вести, девочка. Холодный и надменный взгляд я ещё могу выдержать и простить, но хамство – точно нет. – А, во-вторых, если ты просишь присмотреть за сыном, можно было бы и сказать, что ты уехала по делам. У меня они тоже есть, и я не могу постоянно оглядываться на кого-то.

– Я привезла Фёдора к вам, потому что мне больше не к кому обратиться, – тихо говорит она. – Я думала, что могу обратиться к вам. Кроме того, Фёдор ваш внук и…

– Мила, я не то хотела сказать, – сразу же поправляюсь. – И почему не к кому? Няни? Мама твоя.

– Мама не может. Она болеет.

Мне становится стыдно. Внука я очень люблю, и он никогда не был для меня обузой. А теперь это выглядит так, словно невестка обратилась ко мне с просьбой, а я помогать не хочу.

Но всё ровно наоборот. Как только Федя родился, я, в отличие от мамы моей невестки, ездила к ним и гуляла с внуком каждый день, чтобы Мила могла отвлечься и отдохнуть.

Нет, не в физическом смысле, а в моральном. Потому что я знаю, как это тяжело, когда нет помощи от близких.

Мои близкие остались в том городе, где начиналась моя жизнь. Он в пятистах километрах отсюда. Моя мама практически не приезжала ко мне – ни когда я рожала и училась, ни потом, когда вышла на работу и дети стали болеть один за другим.

Теперь мои дети выросли, и я знаю, что это такое, когда ты пытаешься объять необъятное.

Миле, конечно, в этом смысле повезло больше, чем мне. Они со Славой не начинали с того, с чего в своё время начинали мы.

Мы с мужем отдали им свою трёхкомнатную квартиру после того, как построили дом. И помогали им деньгами, пока Славка заканчивал институт и устраивался к нам в компанию.

Больших денег мы по совместному решению с Костей ему не предлагали, понимая, что сыну нужно всё пройти самому. Но что касается Феди – подарки, игрушки, кроватка, коляска, одежда – мы дарили с лихвой.

Мне казалось, что я не самая плохая свекровь и бабушка, но потихоньку я замечаю, что невестка начинает злоупотреблять моей добротой и забирается ко мне на голову.

А значит, самое время устанавливать границы.

– Мила, я люблю Фёдора, но…

– Я знаю, и очень вам благодарна. Правда, – Мила словно тоже сама начинает понимать, что перегнула палку.

Замечаю в глазах невестки слёзы. Она быстро смахивает их, но я всё равно понимаю, что она чем-то расстроена.

– Мила, что-то случилось?

Она сразу же начинает крутить головой – мол, нет, ничего не случилось, – но я-то вижу, что она врёт.

Слёзы, выступившие на глазах у невестки, говорят красноречивее всех слов, которые она мне дальше захочет сказать.

– Ну-ка, говори. – Тяну её на диван. – Не прошла собеседование?

– Нет. Другое…