Читать книгу Эксперт для Каморра - - Страница 3

– Я войду одна.

Голос совсем не дрожал, обнаруживая привычную, мужскую четкость. Сейчас мне нужно было от этих людей лишь подчинение.

– Нет, – спокойно произнес Грассо, снимая свой пистолет с предохранителя, – мы не можем рисковать.

– Коррадо со мной, – короткий вздох сорвался с пересохших губ, – остальные ждут у двери.

Я не могла допустить лишних глаз. В номере за обшарпанной дверью находилась невестка с любовником. Все присутствующие прекрасно понимали: что именно мы можем там обнаружить. Мне подобный исход был совершенно невыгоден.

Грассо согласно кивнул и одним ударом вышиб дверь. Я шагнула через порог, страшась того, что могла увидеть. Ощущение неизбежности новой волны неприятностей поднимало мелкие волоски на затылке.

Внутри оказалась пара любовников в полнейшей растерянности. Одежды на мужчине уже почти не осталось, но я невольно выдохнула с облегчением. Мне не было известно какая по счету встреча и что случилось до нее, но в данный, конкретный момент… Технически… Измена не наступила.

– На выход, Джулия! – голос поднялся и зазвенел повелительной сталью. – Живо!

Компаньонка вздрогнула, хватаясь за подол смятого платья. По позвоночнику заструился холодный пот, давая такой неожиданный выход сложившемуся напряжению. Я перевела взгляд на Доминико. Парень стоял, опустив руки. Чуть смуглое лицо выражало смесь разочарования, страха и… Чего-то немыслимого, непонятного, зловещего. Нельзя было оставлять его в живых. К горлу подступил ком. Чертова девка подписала смертный приговор полюбовничку… Идиотка. Ей-то ничего не угрожало, она – Валлара. В крови снова будут мои руки! Мои! Не ее. На плечо легла тяжёлая ладонь Коррадо.

– Я разберусь, Синьора.

Грассо все понял и теперь стремился переложить ответственность с плеч хозяйки на собственные. Стало тепло и спокойно, но реальность диктовала свои условия. Мой взгляд, с усилием, обрёл обычную непроницаемую жесткость, возвращаясь к идиоту, посмевшему своей тупостью перейти дорогу клану Валлара.

– Зря ты ввязался во все это, Доминико.

– Пощадите, Синьора! – парень бросился в ноги. – Я никому… Ни слова!

– Тихо сделай, – шаг назад, Грассо схватил придурка, не позволяя коснуться меня. – Отчитаешься.

Охранник кивнул. Я вышла из номера, всеми силами стараясь удержать спину прямой.

Во второй по счету машине рыдала Джулия. Мне не хотелось её видеть… К тому же привычка Анжело всегда находиться в авангарде, отдельно от родственников, намертво въелась в мозг. Дверь флагманского внедорожника открыл один из карателей. Я молча села на заднее сиденье и тихо выдохнула.

– Куда, Синьора? – водитель робел.

– Домой.

Дорога до Вилла Эмануэлла была не близкой. Постепенно голова перестала кипеть, а злость понемногу улеглась, позволяя не задушить идиотку на пороге. Едкая, саркастическая улыбка скривила губы. Я стала похожа на Анжело. Мой Анжело… На глаза снова навернулись слезы, а в груди больно заныло, как от удара. Уже три года я носила траур по мужу. Никогда не одевала светлой одежды, часто посещала церковь… И просто умирала каждый раз, проходя мимо крупного, семейного портрета, заказанного супругом по случаю моей беременности. Слезы давно высохли в глазах, оставляя только холодную, острую боль. Я должна была быть сильной… Я была должна.

Машина остановилась у парадного входа, мне открыли дверь.

– В кабинет, – короткий приказ, кивок в сторону невестки, – через полчаса.

Охранник молча подтвердил и отошёл. Я направилась к себе. С порога сбросила одежду, стала под горячие струи тропического дождя. Хотелось смыть всю эту грязь… Хотелось остаться чистой… Но я не могла. Не понимала даже насколько погрязла в этой… Семье.

Джулия заламывала пальцы, стоя спиной к двери, в том самом, узком кабинете Анжело, что попался мне на глаза в самый первый приезд на Вилла Эмануэлла.

– Что же ты творишь, Джулинья? – я изо всех сил старалась не поднимать тона.

– Ты не понимаешь, Паола, – она плакала. – Не понимаешь!

– Ты – Валлара, твою ж мать! Валлара, Джулия!

Истерика, обида, боль начали брать верх над самоконтролем. Как же она может не замечать моего положения?! Как может так со мной поступать…

– Я вдова, Паола! Вдова! – надрывно зарыдала Джулия. – А он… Он сказал…

Злость начала туманить разум.

– Плевать! Пока в моём доме! – казалось, что я сейчас охрипну от крика и отчаяния. – Пока ешь с моего стола! Будешь соблюдать мои правила!

– Я три года живу без мужа! Не знаю, что с ним случилось! Как он умер! Ничего не знаю! Я устала! – Джулия осела на кресло и, сдаваясь, закрыла лицо руками. – Не все такие каменные, как ты! Мне нужно…

Злость захлестнула с головой. Я схватила со стола стакан и с силой хватила его об пол. Мелкие брызги стекла полетели во все стороны, Джулия вздрогнула.

– Это я-то каменная?! Я?! – справиться с подступающей истерикой становилось все труднее. – Своими руками отпустила мужа на смерть! Усыновила твою дочь! Да и тебя! Одна стою против всего Каморра! Думаешь легко?!

Ноги подкосились, давая выход усталости. Мое тело мешком осело на пол, прямо в осколки стакана. Из глаз полились слезы.

– За что мне это? За что?

Джулия перебралась ко мне. Обняла, пригладила волосы, стала утешать извиняющимся тоном.

– Прости, Паолита. Я не думала…

– Вот именно, Джулинья! Ты не думала! А Доминико мертв! По моей вине! Потому что защищать тебя – моя обязанность! Защищать семью… – слезы вновь покатились по щекам, застилая взор. – Ведь можно по уму. Раз так надо… Сказала бы мне. Я подобрала бы достойного синьора, позволила бы ему ухаживать. В положенный срок ты смогла бы вновь выйти замуж.

– Что такое говоришь, Паола? – Джулия изумлённо распахнула глаза. – Кто мне нужен? Я ведь Валлара.

– Лучия например. Пинно. У Фоскарелли племянник в Риме.

Невестка совсем перестала плакать. Ее поведение казалось слегка… Странным. Возможно, выбор потенциального мужа ей не понравился? Во всяком случае, я предпочла поверить именно в это.

– Старые, толстые уроды? Нет, Паола, – Джулия обречённо вздохнула, поднялась и пошла к выходу.

– Ты поняла меня, Джулинья? Никаких мужчин, даже близко от нас обоих.

– Да, Синьора.

Дверь захлопнулась. Я осталась сидеть на полу. Ничего не хотелось. Только…

В кабинет бесшумно вошёл Коррадо.

– Вставайте, Синьора. Что это вы тут устроили?

Грассо поднял меня с пола. Отряхнул порезанные осколками колени. Взял на руки и вынес в соседнюю комнату. Там горел камин. К огню была брошена мохнатая медвежья шкура. На низком столике тускло мерцали рубиновыми отблесками бутылка вина и два больших, тюльпановидных бокала. Грассо знал, что пить в одиночестве мне не нравилось, потому всегда составлял компанию. Только он один. Мой единственный, лучший друг.

Я подняла на охранника взгляд. Мужчина молча кивнул, подтверждая, что дела полностью улажены, потом откупорил бутылку и налил темную жидкость до середины сияющей чаши тонкого, богемского стекла.

– Все образуется, Синьора.

Мы пили в тишине. Каждый думал о своем. Один бокал сменился вторым, потом третьим… Сознание блаженно расслабилось, отказывалось вновь фокусироваться на проблемах. Хотелось забыться. Взгляд невольно упал на открытые губы телохранителя. По коже растекся жар. Он ведь никому ничего не скажет… Перехватив мой взор, Колорадо напрягся. Зрачки его темных, серьезных глаз расползлись, закрывая собой радужку. Дыханье в широкой груди мужчины сбилось. Я невольно замерла. Грассо поднялся со своего места, подался вперед и припал откровенным поцелуем к мягким, вспухшим губам. Огонь желания хлынул по телу приятной дрожью, смешиваясь с горьким привкусом алкоголя. Я медленно приоткрыла губы. Коррадо рассеяно огладил едва оголенное плечо, соскользнул широкой ладонью меж лопаток и показательно развел руки в стороны, демонстрируя отстранённость. Его губы дрогнули. Стало гадко и больно… Захотелось вновь разреветься.

– Вам не нужно, Синьора, – спокойно произнес телохранитель, отстраняясь.

Пытаясь собрать мысли обратно в голову, я глубоко вздохнула. Бандит отер большим пальцем нижнюю губу, словно силился прекратить происходящее и не мог. Его крупные плечи расправились. Он хотел меня. Знал, что стоит сейчас податься вперёд и все получит, с лихвой. Но, тем не менее, отстранился, не давая волю собственным желаниям.

– Откуда тебе знать, что мне нужно, Коррадо…

Голос дрожал слезами, по коже струилась крупная дрожь.

– Если хотите, я все устрою, – хрипло произнес начальник охраны, и ко мне вмиг вернулась способность мыслить здраво.

– Жигало? – я озлобленно усмехнулась, отпивая из своего бокала.

– Зачем вы так? Просто красивый, умный и неболтливый парень. Поедете в клуб, отдохнёте… – он смотрел серьезно и сосредоточенно. – Никто ничего не узнает. Синьор Анжело так делал… Иногда.

Голос Грассо напрягся, обнаруживая неуместную сталь, словно тон беседы вдруг стал деловым. По спине хлынул кипяток, в ушах застучало, а глаза вновь наполнились влагой.

– И после свадьбы тоже?

Коррадо изменился в лице. Пересохшие губы охранника тронула едкая усмешка, лишь на миг, но этого хватило.

– Нет, Синьора. Конечно нет.

Мы оба знали, что он врёт. Я обречённо вздохнула, похлопала Грассо по плечу и, допив вино, поднялась.

– Ты хороший друг, Коррадо. Спасибо.

Охранник сосредоточенно смотрел мне в след.

– Вы все ещё любите мужа, Синьора?

Я тяжело вздохнула и оглянулась через плечо, у двери.

– С первого взгляда и до последнего вздоха, Коррадо.

По щекам покатились горючие слезы отчаяния. Не могла я изменить памяти Анжело. Ни с Грассо, ни с альфонсом, ни с кем бы то ни было другим. Что бы ни делал мой муж, как бы не вел себя, с кем бы не спал… Я любила его. Все ещё любила.