Читать книгу Быстрый. Умный. Твой! Хроники Новой Восточной Республики - - Страница 3

И в этой же нарастающей, давящей тишине до него донеслись отчаянные, нефильтрованные голоса из-за соседнего столика.

– Я советовался с «Нейро-7»! Она сказала мне, что новый неубиваемый экран для смартфона – это золотая жила! – почти рыдал молодой человек в дешёвом, залатанном костюме. Он и его спутница пили простую воду. – Кто же знал, что они скоро объявят о «двойном пространстве»! Теперь смартфоны нужны только этим пустоголовым!

– А я сразу говорила, что идея неэффективна! – шипела его невеста, сжимая стакан так, что пальцы побелели. – Надо было слушать меня! А теперь ты закончишь, как все они!

– Во-первых, не «ты», а «мы»! А во-вторых, не смей так говорить! Мы не аналоги! Мы никогда ими не будем! Мне просто нужно, чтобы ты взяла кредит на мой второй стартап. Будем делать цветочные горшки из «Омнипласта»!

– Говори, пожалуйста, за себя. Цветочные горшки… Как давно закончилась твоя подписка?

Мужчина, Олег, замялся, его глаза забегали.

–Неделю… где-то неделю назад.

– Боже! – девушка отшатнулась от него, как от прокажённого. – Так ты уже аналог! Это объясняет, почему у тебя нет и двух конкордов на подписку! Ты неэффективен, Олег! Как я буду смотреть в лицо маме? Подругам? «Мой муж – аналог»!

– Зай, ну подожди… У нас же свадьба через неделю!

– Замуж? За нищего аналога? – её голос стал ледяным. – Интересно. Знаешь, Олег, мне кажется, ты уже не тот человек, которого я полюбила. Свадьба отменяется.

– В смысле?! Да вы все с ума посходили в вашей чёртовой секте Саентистов!

В этот момент тишина в голове Алана закончилась так же внезапно, как и началась. Имплант вернулся, залив сознание привычным гулом. Но вместо облегчения Алан почувствовал лишь новую волну паники. Он просканировал Ольгу, пытаясь поймать подсказку – что сказать, как шуткой сгладить ситуацию, произвести впечатление. Ничего. Ни одной идеи. Только сухой анализ её позы и частоты дыхания. Имплант работал, но его «ассистент» молчал.

– Ты… ты это слышала? – голос Алана прозвучал хрипло. Он пытался понять, насколько громкой была та ссора.

Ольга подняла на него удивлённые глаза.

–Что именно? Ах, эта ссора? Слышала обрывки. Похоже на обычную ересь. Не волнуйся, – она кивнула в сторону входа, где уже виднелись двое в униформе Религиозной Полиции в белых туниках с капюшонами и логотипом циркуля на спине. – С ними разберутся.

Алан смотрел, как стражи порядка грубо берут Олега под руки, а его бывшая невеста, не глядя на него, поправляет причёску. Внутри всё сжалось. Не от жалости к нему. От страха за себя. Он поймал себя на мысли: «А что, если и мой имплант скоро так заглючит, что я не смогу его починить? Что, если я тоже стану… ненадёжным? И Ольга посмотрит на меня так же?»

Мысль была такой чужой и пугающей, что он тут же отогнал её. «Нелепость. С моим «Нейро-9» всё в порядке. Просто… временная нестабильность. Нужно сделать диагностику».

– Извини, я ненадолго, – Алан встал, стараясь, чтобы его голос звучал ровно, и направился в сторону туалета.

Ему нужно было проверить имплант. Сейчас же.

Дверь в кабинку туалета щёлкнула,запирая его в стерильной, звуконепроницаемой капсуле. Дрожащими пальцами Алан достал из внутреннего кармана пиджака миниатюрный анализатор – плоский чёрный диск размером с монету. Каждый инженер «НейроВижн» был обязан иметь его при себе. Он приложил диск к виску.

Прибор завибрировал, и перед глазами Алана возникло голографическое меню.

Сканирование пользователя…

Алан Керн

29 лет

Пол: М

Должность: Middle bug chaser, «НейроВижн»

Сканирование импланта «Нейро-9»…

Состояние: НЕСТАБИЛЬНОЕ. Обнаружены критические протокольные сбои. Рекомендована немедленная замена.

Нестабильное. Критические сбои.

– Опять они поторопились и поставили тайваньский хлам! – прошипел он, с силой ударив кулаком по металлической стене. Звяканье было глухим и одиноким. – Конечно! Зачем ставить сразу хорошие компоненты челяди вроде нас…

Он тяжело прислонился лбом к прохладной поверхности, пытаясь заглушить нарастающую панику. И вдруг, словно от этого удара, в памяти выплыло давно забытое, тщательно вытесненное воспоминание.

Три года назад. Лабораторный инцидент. Молодой стажёр, тестирующий раннюю версию «Нейро-4»… Отчёт о происшествии, который Алан тогда просматривал в рамках расследования. В графе «причина» стояло: «Самовозгорание импланта вследствие перегрузки нестабильного компонента». Он помнил обугленное тело на фотографиях. Помнил, как тогда, не дрогнув, поставил резолюцию: «Использовать компоненты от проверенного поставщика. Инцидент исчерпан».

Он проигнорировал это. Счёл досадной, но единичной ошибкой. Ценой в одну человеческую жизнь.

А сейчас эта «ошибка» была в его голове. «Критические протокольные сбои». Что это значит? Сбои в… базовых настройках? В том, как имплант фильтрует информацию? Может, это и есть причина «тишины»? И если это так… насколько вообще можно доверять тому, что он видит и слышит?

Мысли путались, не находя выхода. Он не знал ответов. Он знал только, что ему страшно.

Резкий стук в дверь кабинки заставил его вздрогнуть.

– Алан? Ты там как? С тобой всё в порядке? – это был голос Ольги. В нём слышалась лёгкая тревога, но не живая, а какая-то… регламентированная. Та, что предписывается проявлять в подобных ситуациях.

Сердце Алана ушло в пятки. Он судорожно сунул анализатор в карман, сделал глубокий вдох и нажал на кнопку смыва.

– Всё в порядке! – выдавил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Выхожу!

Он распахнул дверь, и его взгляд столкнулся с её изучающим взглядом. Впервые за долгое время он не знал, что ей сказать. Ни одна подсказка не всплывала в сознании. Только холодный, животный страх и жгучее желание сделать вид, что ничего не произошло.

Ольга ждала его у раковины, скрестив руки. Её взгляд, обычно полный дружелюбного интереса, сейчас был просто аналитическим.

–Всё в порядке? – спросила она, сканируя его лицо. – Выглядишь бледным.

–Да ладно, ерунда, – Алан махнул рукой, проходя мимо. Он чувствовал, как по спине бегут мурашки. «Она заметила. Она обязательно что-то заметила». – Просто сегодняшний салат, видимо, не очень свежий был.

–Надо будет пожаловаться, – безразлично констатировала Ольга, следуя за ним. – Кстати, осталось чуть-чуть, доделаем отчёт по «НейроДрайв» – и, может, даже раньше закончим.

Они вернулись к терминалам. Алан уставился в монитор, пытаясь сосредоточиться на потоке данных. Но всё было напрасно. Без привычного фона подсказок, без мгновенных диагностических сводок, его мозг вяз в мельчайших деталях. Он чувствовал себя калекой. «Как они вообще работали до имплантов?»

Его взгляд упал на старый металлический комод в углу комнаты – реликвия, оставшаяся с первых дней офиса. Словно ведомый инстинктом, он подошёл к нему и отёр слой пыли с ручки. Внутри, под стопками забытых регламентов, лежал толстый, потрёпанный том в картонной обложке. «РУКОВОДСТВО ПО ДИАГНОСТИКЕ И РЕМОНТУ. НЕЙРО-СЕРИЯ. ВЕРСИИ 1-5».

– Ты что, историком решил стать? – раздался голос Ольги. Она наблюдала за ним, склонив голову набок. – Зачем тебе эта рухлядь? Всё есть в сети.

В этот момент на его рабочем терминале – без привычного «Динь!» в голове – всплыло уведомление о новом тикете. Алан повернулся и увидел его. Это была повторная заявка от того самого старика с «Нейро-5».

– О! Смотри! – Ольга, заметившая это через его плечо, фыркнула. – Какой-то любитель древности. «Нейро-5», старьё! Я бы на его месте уже давно поменяла, а не мучилась.

Алан сдул облако пыли с обложки справочника, вызывая её брезгливую гримасу. У него в голове молнией сложился план.

–Вот именно, – сказал он, листая пожелтевшие страницы. – И я подозреваю, что там кое-какие старые, неоцифрованные аппаратные ошибки. Хочу глянуть спецификации. А то система сервисных уведомлений сегодня глючит, новые заявки не приходят.

Он сделал ударение на «глючит», имея в виду систему, но с горькой иронией думая о своём импланте.

– А, понятно, – Ольга потеряла интерес, вернувшись к монитору. – Дроны сегодня и правда тормозят. Ладно, копайся в своём хламе, звезда. А я отчёт доделаю.

Он кивнул, с облегчением чувствуя, что отвёл подозрения. Но в кармане его рука сжимала анализатор, который показывал «критические сбои». Ложь давалась легко – слишком легко. Страх быть «браком», «нестабильным элементом», заставил его инстинктивно найти оправдание, идеально вписавшееся в ситуацию.

Он был как пациент, скрывающий смертельную болезнь, боясь не самого диагноза, а того, что его объявят прокажённым. Система, частью которой он был, теперь видела в нём угрозу – и он это чувствовал на клеточном уровне.

Рабочий день подходил к концу. Ольга, собирая вещи, облокотилась на перегородку его кабинки.

–Слушай, Алан, раз ты сегодня такой… рассеянный, – она игриво улыбнулась, – может, заглянешь ко мне? У меня как раз новое вино от «АгроСинтеза», хвалят когнитивный эффект. Разгрузимся.

Мысль о том, чтобы провести вечер с Ольгой, ещё вчера показалась бы ему подарком судьбы. Сейчас же она вызывала лишь панический спазм. «А если имплант снова отключится? А если она заметит?»

–Спасибо, но… я не в форме, – он постарался, чтобы улыбка выглядела хоть сколько-то естественной. – Голова раскалывается. В другой раз, обязательно.

В её глазах мелькнула тень разочарования, но она мгновенно погасила его, выдав стандартную социальную улыбку.

–Конечно, выздоравливай.

Как только Ольга вышла, Алан глубоко вздохнул и направился в конец длинного стерильного коридора. Его шаги отдавались эхом по белому глянцевому полу. В конце его ждала матовая дверь с безымянной табличкой, на которой горела единственная надпись:

Супервайзер отдела «bug chasing» Дмитрий Сергеевич Каменев

Алан постучал и вошёл.

Пухлый, лысеющий мужчина с лицом, выражающим не столько злость, сколько хроническую озабоченность, смотрел на него с отеческой заботой. Пока Алан, тщательно подбирая слова, объяснял ситуацию, Каменев внимательно слушал, постукивая пальцем по столу.

– …так что, небольшая нестабильность в работе «Нейро-9». Фоновый анализ подтормаживает. Хочу съездить в Сервисный Центр, на профилактику.

– Нестабильность? У «Девятки»? – Каменев покачал головой с искренним удивлением. – Да там же все компоненты швейцарские, с тройной защитой! Ладно, бывает… Конечно, съезди. Отгул оформлю.

Он достал из стола пропуск и протянул Алану.

–Только ты там, в этом Центре, будь настороже, – его голос понизился, став доверительным. – Место, знаешь ли, специфическое. Полно этих… временно отключенных. «Аналогов». – Он произнёс это слово с лёгкой брезгливостью. – Они с виду безобидные, но чуть зазеваешься – и кошелёк твой уже не твой. Сам через их квартал каждый день хожу, так что знаю. На, – он сунул Алану в руку компактный электрошокер. – Возьми мой. Не стесняйся применить, если что. Лучше перебдеть.

Алан взял шокер. Холодный металл неприятно полежал в ладони. Он кивнул, сунул устройство в карман и вышел из кабинета, чувствуя его тяжесть на бедре.

Путь до Сервисного Центра лежал через кварталы, которые он обычно видел лишь мельком из окна скоростного экспресса. Теперь же ему предстояло пройти через них пешком.

Алан вышел из башни «НейроВижн». Вечерний воздух не принёс облегчения. Он шёл по сияющему проспекту, и ему казалось, что каждый прохожий видит его изъян. «Дефектный. Нестабильный элемент». Рациональная часть мозга пыталась успокоить: всё это временно, завтра заменят имплант, и жизнь вернётся в привычное русло. Но под рёв антигравитационных такси и гул голограмм клокотала первобытная, неконтролируемая тревога. Ему нужно было её заглушить.

Он свернул в ближайший магазин «АгроСинтез» – стерильное заведение с рядами идеально расставленных бутылок. Здесь пахло не алкоголем, а дезинфекцией. И тут он заметил его. Пожилой мужчина в поношенной, но чистой униформе с нашивкой «Консультант» методично протирал полки. На его виске не было цифры. Аналог.

Алан, движимый странным импульсом, подошёл.

–Эй, дружище! Можно тебя?

Мужчина медленно обернулся.Его взгляд был усталым, но проницательным.

–Неужели Вам что-то подсказать? – в его голосе не было подобострастия, лишь лёгкая, горькая ирония. – А как же Ваш «Нейро»? Всю винотеку мира в миллисекунду проанализирует.

– Да барахлит что-то он сегодня, – буркнул Алан, чувствуя себя неловко.

–Ну да, – старик усмехнулся, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание. – Штука-то ненадёжная. Что будем пить? От стресса или для забытья?

– Для забытья, – честно ответил Алан.

«В прошлые времена он, наверное, работал бы каким-нибудь сомелье, – промелькнуло у Алана в голове. – А теперь вынужден за пару старых монет сидеть тут по 16 часов. И это ещё не самое плохое. Многие из его собратьев не удостаиваются даже этого. Неужели и я стану таким? Вздор! Это всё временно».

– Для забытья… – Консультант кивнул и провёл рукой по ряду с тёмными стеклянными колбами. – Тогда не неоклассический син-дзайбуру, он для медитации. И не амброзия с ноотропами – протрезвеете через час. Вот. – Он достал приземистую бутылку с тёмно-янтарной жидкостью. – «Тёмный риф». Синтетический ром старой рецептуры. Прогоняет любые мысли. Проверено.

Алан взял бутылку. Она была прохладной и неожиданно тяжёлой.

–Спасибо.

–На здоровье, – старик снова взялся за тряпку, уже глядя куда-то в пространство. – И удачи с… починкой.

Алан вышел на улицу, сжимая в руке «Тёмный риф». Бутылка казалась единственным твёрдым и реальным предметом в мире, который медленно расползался по швам. Он направлялся домой, но чувствовал, что пойдёт не туда.