Читать книгу Армейский народный академик - - Страница 4

Самые счастливые годы жизни – годы учебы. А посему некоторые из нас стараются продлить этот счастливый период, последовательно получая два, а то и три образования, напрочь игнорируя народом изреченное «не надо иметь высшее образование – надо иметь среднее соображение». Причем в воспоминаниях о том периоде наша избирательная память подсовывает эпизоды, далеко не всегда связанные с самим процессом познания и общения с профессурой. Наше каникулярное время не было занято зарубежными поездками на отдых. Тогда, в «застойный период», о том и не мечтали. Зато основательно готовились к выезду в составе какого-нибудь стройотряда за деньгами, «туманом и запахом тайги».

Особенностью нашего ВУЗа, не входящего ни в министерство образования, ни в какое-либо другое отраслевое министерство, было то, что студенческий контингент состоял не из мальчиков, жизни не знающих, «но из мужей», службой в армии и работой на производстве закаленных, а некоторых и государственными наградами отмеченных. Один из моих знакомых имел за заслуги даже орден «Трудового красного знамени», а второй носил на груди, а в трудные периоды жизни сдавал в ломбард, три различного уровня знака лауреата Всесоюзного, Всероссийского и Краевого конкурсов самодеятельных театров. Этот «второй» стал заметным среди нас не только благодаря наградам, но и необыкновенной наглости, еще на вступительном экзамене по литературе озадачивший заподозрившего его в использовании шпаргалки экзаменатора встречным вопросом «Вам шпаргалку на какую тему?». Было немало и других личностей, например, заявившего пытающемуся на экзамене преподавателю вытащить хоть какие-то знания «и не просите – не скажу» или пытающемуся пристыдить за слабые знания преподавателю «Вы нас на экзамене не спрашивайте, а мы на производстве не будем говорить, кто нас учил». Конечно, это не то, что характеризовало в целом нас, отобранных по рекомендациям политотделов армии, райкомов и обкомов. В любом случае личностей, заметных среди нас, хватало.

И вот команды, состоящие в том числе и из таких личностей, разбавленные на треть иностранцами, общей численностью в шестьдесят бойцов отбывают, на стройки Казахстана или Сибири. Первый – наиболее романтичный выезд сразу позволяет выявить наиболее достойных в тяжелых условиях двенадцатичасового, а то и более, рабочего дня. Слабые, как правило, второй раз уже не едут, а часть иностранцев убегает от такой романтики в течение первых двух недель. Тяжелые будни и стремление заработать, тем не менее, не убивали желания после работы вечером повеселиться с приглашенными соседями, например, сугубо женским стройотрядом пединститута или другого гуманитарного ВУЗа. Да и местная молодежь всегда тянулась к студенческому палаточному лагерю.

Апогеем такого веселья у нас являлся праздник – «День строителя» – второе воскресенье августа. Инициатива партийно-комсомольских вожаков студенческих строительных отрядов отмечать этот день ударным трудом вызвала ответную реакцию. В этот день трудовая рабочая часть стройотряда организовывала «переворот». Не знаю, где родилась эта традиция, но поскольку знакомые из других ВУЗов об этом и не слышали, то можно предположить, что это произошло в нашем интернациональном учебном заведении.

Подготовка к этому событию начиналась еще во время учебы задолго до отъезда к месту расквартирования, чем занималась инициативная группа. Так что день «переворота» был заранее известен и «мятежникам», и их жертвам – руководящей и обслуживающей части стройотряда; командиру, комиссару, мастеру и даже врачу. В «судный» день после соблюдения всех формальностей и официального отбоя все в напряженном ожидании. С наступлением темноты по-армейски скрытно по периметру нашего таежного лагеря занимают позиции «засадные» группы. «Жертвы» тоже не заставляют себя ждать, бросившись врассыпную. Первым перехватывают пыхтящего на бегу, утратившего былую спортивную форму командира. Перехватывают и остальных. Армейская выучка сразу не пропадает, еще сказываются былые навыки отличников боевой и политической подготовки.