Читать книгу Последняя ошибка - - Страница 2

Отец Назара почти никогда не бывал дома – несколько крупных строительных фирм требовали его постоянного присутствия. Кирсан пытался делегировать полномочия, но за долгие годы так и не нашёл толкового заместителя. Было ли тому виной стремление к тотальному контролю или проседание финансов каждый раз, когда он выпускал из рук вожжи, – итог был один: без его ведома в фирмах ничего не делалось, и это Кирсана успокаивало. К несчастью для Назара, его отец совершенно не умел переключаться на семью. Весь мир был для него полем боя, и Кирсан сражался с ним в полную силу, что неизбежно сказывалось на жене и сыне.

Назар задвигался на цыпочках по устланному ковром полу, стараясь избежать внимания отца, но чуткий слух Кирсана сработал как локатор. Глава семейства резко повернул голову в сторону крадущегося по коридору сына. Парень замер в неестественной позе с глупым выражением тревоги на лице. Сквозь широкую межкомнатную арку на него уставилась пара карих глаз с нависшими веками и мохнатыми бровями-коршунами.

– НАЗААРРР! – Громоподобный голос прокатился по особняку, отозвавшись эхом. – А НУ-КА СЮДА МАРШ!

Назар виновато засеменил, устремив взгляд в пол. Эльвира твёрдым шагом вошла в зал, встала у широкого кресла, в котором сидел муж, и уперлась руками в боки, приняв карикатурно-серьёзный вид.

– И что это ты кричишь? Только пришёл – уже раскомандовался! Не видишь – ребёнок устал с дороги, ездил с друзьями в детский дом, все карманные деньги на пожертвования отдал! Хоть бы иногда жизнью сына интересовался, истукан бессердечный! – Затараторила она, выгораживая ненаглядного сыночка, пока тот стоял у входа и невинно хлопал глазами, додумывая детали оправдания.

– Молчать, женщина! – Кирсан отмахнулся от жены и обратился к сыну. – Ты где был? Опять со своими дружками-наркоманами зависал, гадёныш?

Эльвира открыла рот, чтобы возразить, но в тот же момент глава семейства обрушил кулак на дубовый подлокотник кресла и, не сбавляя напора, прогремел:

– Я не к тебе! Я хочу слышать сына. Пусть отвечает как мужик!

Нервное напряжение росло в геометрической прогрессии. Назару хотелось провалиться сквозь землю, свернуться клубочком и снова стать тем беззаботным малышом, что только что входил в двери. Он хотел не видеть этого отвратительного человека, пропадавшего на объектах, лишившего его отцовского плеча. Ноги подкашивались, ткань одежды стала неудобной, всё тело зачесалось.

Кирсан поднялся с кресла, расправляя плечи, и направился к сыну, но тут телефон издал спасительно-пронзительный писк.

Мужчина остановился, поднёс трубку к уху, и с каждой фразой говорящего его лицо багровело, а тело напрягалось, делая его похожим на грозовую тучу, готовую разразиться молнией.

Назар стоял в паре метров и слышал серьёзный голос из трубки. Перед глазами пронеслись обрывки вчерашней ночи: выпивка, самокрутка с «чилловой» смесью, выкуренная перед самой поездкой в клуб…

Руки на руле. Фонари, сливающиеся в полосу. Драйв. Раскрытые окна, ветер, треплющий волосы. Сердце колотится в такт музыке. Слишком жарко. Не останавливаясь, Назар срывает с себя рубашку. Автомобили на магистрали – не помеха, если выкрутить скорость до предела. Дикий рёв мотора, улюлюканье Тахира. И вдруг – вспышка, яркая и молниеносная, словно предвестник смерти. Удар. Вылет на обочину. Переворот… Но они живы. Живы! Выползают из машины, минутное оцепенение, сменяющееся истерическим хохотом. Они лупит друг друга по плечам, падают в траву и смотрят в бескрайнее небо, где горит одна-единственная ярчайшая звезда…

Отец закончил разговор словами «Скоро буду» и убрал телефон в карман. Пара глаз, налитых кровью, поймала испуганный взгляд Назара. Этот взор пригвоздил юношу к полу. Ему казалось, он лежит навзничь, нагой, и ждёт наказания. Вот-вот палач вытащит гибкую розгу и отхлещет его по спине. Он почти физически чувствовал, как взгляд отца бьёт его – удар за ударом. Так он наказал бы себя сам – и это казалось справедливым.

«То, что было сделано по-пьяни, – не считается за преступление, ведь так? Я был невменяем. Так ведь?..»

Прошла лишь пара секунд. Отец широким шагом, словно танк, двинулся на сына, сжимая кулаки, но гнетущую тишину разрезал тонкий крик матери, перешедший в поток причитаний:

– Да что же ты творишь, окаянный? Не смей трогать сына! Я тебе не позволю, истукан бездушный! Я его под сердцем носила, всё ему отдала, не смей при матери и пальцем тронуть дитя! Ребёнок всего лишь ошибся! Все ошибаются, не вздумай руки распускать, бессовестный! – Эльвира повисла на могучем плече мужа, пытаясь оттащить его назад. – Давай успокоимся, всё обсудим! Что там могло случиться такого?

Щёки Назара вспыхнули. Воздух жёг лёгкие при вдохе. Естество сжалось до крошечной горошины где-то в глубине желудка. Сердце бешено колотилось, разгоняя кровь. Было страшно за мать, но страшнее – за себя. Назар медленно попятился к выходу, пытаясь улизнуть, но рёв остановил его:

– СТОЯТЬ, ЩЕНОК! – Кирсан одним движением сбросил жену и в мгновение ока схватил сына за шкирку. – Ты что, сучёныш, мало того, что машину разбил, так ещё и человека чуть не отправил на тот свет? Тебя мать всю жизнь у сиськи держала, ты как сыр в масле катаешься, и что мы получаем? Неблагодарную дрянь, наркомана и убийцу!

– Пап, я клянусь, я не думал, что так выйдет. Я за руль больше никогда… – Закряхтел Назар, пытаясь вырваться.

– Вот именно! Больше никогда не сядешь, пока сам на машину не заработаешь! Пошёл на заднее сиденье, поедем к следователю. – Кирсан с силой толкнул сына, и тот рухнул на пол, больно ударившись копчиком.

Назар потер спину, предвкушая синяки, и поспешил к отцовской машине, стараясь держаться на почтительном расстоянии. Он думал о том, каким чудом остался жив, насколько разбита машина и можно ли её восстановить… Миллион мыслей, и ни одной – о пострадавшем, об уголовной ответственности, о финансовых потерях родителей.