Читать книгу Змеиный Полоцк - - Страница 10

На княжеском дворе было тесно и шумно. Но это был не шум праздника или торга, а злобный ропот, похожий на рычание голодной стаи. Толпа купцов, ремесленников и просто зевак жалась к ступеням гридницы, требуя ответа. И ответа кровавого.

Когда Ратибор пробился через оцепление, он увидел в центре двора врытый столб и кучу хвороста. А рядом, на коленях в грязи, стоял человек, окруженный стражей.

Это был Гриня Моль – местный дурачок и травник-самоучка. Тихий, безобидный мужичонка, который вечно пах прелой листвой и разговаривал с грибами. Сейчас Гриня трясся мелкой дрожью, размазывая по лицу сопли и слезы, а его редкая бородёнка прыгала от страха.

Князь вышел на крыльцо. Одет он был богато, в куньей шапке, но лицо его было чернее тучи. Рядом стоял тот самый тиун, что кричал в леднике.

– Люди Полоцка! – зычно начал тиун. – Князь слышит ваш страх! Зло, что губит наших мужей, поймано! Вот он – чародей, что воду в реке портить удумал, напустив мор на людей!

Толпа взревела: «На костер!», «Смерть отравителю!».

Гриня заскулил, втягивая голову в плечи:

– Не я, батюшка-князь! Я только корешки копал! От поноса корешки, от золотухи… Не морил я никого!

– Молчать! – рявкнул тиун, пинком повалив травника в грязь. – У него в суме нашли болиголов и вороний глаз! Отрава! Этой дрянью он мужей и извел!

Ратибор почувствовал, как внутри закипает ярость. Это было проще всего: схватить первого попавшегося убогого, сжечь его на потеху черни и сказать, что дело сделано. А тем временем настоящая тварь будет смеяться в темноте.

Ратибор растолкал стражников и вышел вперед, встав между Гриней и князем.

– Дозволь слово молвить, князь! – крикнул он, перекрывая гул толпы.

Воевода Мстислав, стоявший за спиной князя, предостерегающе нахмурился, но князь поднял руку, останавливая стражу, уже готовую схватить наглеца.

– Говори, Ратибор. Нашел убийцу?

– Не он это, князь! – Ратибор указал на сжавшегося в комок Гриню. – Посмотри на него. У него сил не хватит курицу задушить, не то что троих здоровых мужиков одолеть. Стражник Гойко коня на скаку останавливал. А этот его повалил?

– Он травил их! – визгнул из толпы толстый купец. – Ядом!

– Ядом? – Ратибор повернулся к толпе. – От яда нутро горит, от яда человек блюет, пеной исходит, раздувается! А наши мертвецы – сухие, как щепки. Нет в нашем лесу такой травы, чтоб из человека воду за миг выпивала, да улыбку на лице оставляла! Это не отрава. Это сила, какой у Грини нет и быть не может.

Князь сузил глаза:

– Ты защищаешь его, дружинник? Может, вы заодно?

– Я защищаю правду, князь! – твердо ответил Ратибор, глядя правителю в глаза. – Если мы сейчас сожжем невинного, мы не просто кровь прольем зря. Мы успокоимся. Мы решим, что зло наказано. Стража уснет на постах, купцы поедут без охраны. И тогда тварь ударит снова. И крови будет больше. И кровь эта будет на нас.

Тишина повисла над двором. Люди начали переглядываться. Аргументы дружинника были просты и били в цель.

– Я видел следы у реки, князь, – понизив голос, добавил Ратибор так, чтобы слышали только на крыльце. – Там ползло нечто тяжелое, как груженая телега. Гриня весит меньше мешка с отрубями. Если казним его – настоящему убийце только услужим.

Князь молчал, раздумывая. Ему нужна была жертва, чтобы успокоить город. Но он был не дурак. Если казнишь травника, а завтра найдут новый труп – народный гнев снесет уже княжеские ворота.

– Хорошо, – процедил князь сквозь зубы. – Слова твои крепки, Ратибор. Но страх в городе еще крепче.

Он шагнул вперед, обращаясь к людям:

– Суд откладывается! Допросим татя с пристрастием, проверим слова его! В темницу его!

Стражники подхватили рыдающего Гриню и поволокли в подклеть. Толпа недовольно заворчала, но расходиться начала – зрелища не дали, но обещали позже.

Князь жестом подозвал Ратибора. Когда дружинник поднялся на ступени, лицо правителя было жестким, как гранит.

– Ты спас смерда, – тихо сказал он. – Но ты загнал в угол меня. Я дал тебе время. Его больше нет.

– Мне нужно найти логово, князь. Я знаю, что это не человек.

– Три дня, – отрезал князь. – Я дам тебе три дня, Ратибор. Через три дня, на закате, либо ты принесешь мне голову настоящего убийцы, либо Гриня пойдет на костер. А ты встанешь рядом с ним. За то, что покрывал зло и смущал народ.

– Три дня, – повторил Ратибор.

– Ступай. И молись своим богам, чтобы ты был прав. Потому что моя милость кончилась.

Ратибор поклонился и быстро спустился во двор. Спину жег тяжелый взгляд воеводы Мстислава. Три дня. Это было ничтожно мало, чтобы найти то, что умеет исчезать. Но достаточно, чтобы самому стать покойником.