Читать книгу Повелитель дронов – 4 - - Страница 3

Администрация Приморской губернии

Кабинет губернатора

Вячеслав Игоревич Барышников занял кабинет губернатора как хозяин. Не как временный гость или проверяющий из столицы, а как полноправный владелец, пришедший наводить порядок в своём новом поместье.

Первым делом полетели головы.

Канцлер сидел за массивным столом и с пулемётной скоростью раздавал приказы. Рядом сидел бледный секретарь, едва успевая чиркать ручкой.

– Приказ номер один, – чеканил Барышников, не поднимая глаз. – В связи с критической ситуацией в регионе, угрозой внешней агрессии и полной импотенцией местной власти, я, как глава Тайной Имперской Канцелярии, беру на себя прямое управление Приморской губернией. Вводится режим чрезвычайного положения.

Он размашисто поставил подпись в подсунутом документе и отшвырнул лист. Теперь он здесь власть и закон.

– Вызывайте следующих, – бросил он.

В кабинет, семеня и кланяясь, вошли двое: начальник департамента капитального строительства и главный финансист губернии. Люди Трофимова, которые знали все схемы и потоки.

– Вы уволены, – без предисловий объявил Барышников, даже не глядя на них, а просматривая сводки на планшете.

– Но… Ваша Сиятельство… – заблеял финансист, поправляя запотевшие очки. – Мы же… Мы знаем специфику! Мы можем быть полезны! У нас отчёты, бюджет на следующий квартал…

– Сдать дела в течение часа. Счетами займётся аудит. Свободны.

Когда ошарашенные чиновники вышли, Барышников позволил себе лёгкую усмешку. Конечно, они могли быть полезны. Они знали, где и сколько украсть. Но канцлер приехал сюда не на экскурсию. Он приехал строить свою империю. А в империи должны быть свои, проверенные люди.

Он прекрасно понимал, что сейчас, под шум «чрезвычайного положения», можно перекроить всё под себя. И он это сделает.

Сейчас из Петербурга уже мчался специальный литерный поезд. В нём, в комфортабельных купе, ехала его «свита». Многочисленная родня – племянники, зятья, кумовья, старые друзья, которым стало тесно или опасно в столице.

Они почуяли запах жареного там и запах больших денег здесь. Они ехали, чтобы сесть на финансовые потоки, на строительство, на таможню… Они были жадными и беспринципными, но они были преданы лично ему. Потому что понимали: без дядюшки Славы они – никто.

Барышников отложил ручку и потёр переносицу. Дел было невпроворот. Но главное дело, ради которого всё это затевалось, буксовало.

Он нажал кнопку вызова.

– Отчёт по Бездушным. Живо.

В кабинет вошёл начальник аналитического отдела, которого Барышников привёз с собой. Вид у него был виноватый.

– Ваше Сиятельство… Новости неутешительные.

– Докладывай.

– Князь Трофимов… скажем так, полностью провалил задачу по сохранению активов рода Бездушных. Теплицы уничтожены. Лаборатория, где проводились эксперименты с экстрактом, взорвана. Данные на серверах либо стёрты, либо вывезены.

Барышников сжал кулаки от злости.

– Идиоты… – прошипел он. – Какие же они идиоты!

Он ведь контролировал этот процесс. Через Трофимова, через подставных лиц он давил на Бездушных, заставляя их делиться, загоняя в угол. Он знал, что их разработки по экстракции той самой чудо-травы не уступают, а в чём-то даже превосходят китайские технологии. Китайцы построили на этом миллиардную индустрию, их элитные отряды сидели на стимуляторах, как на игле. И Барышников хотел этот бизнес себе. Весь, без остатка.

– Что с персоналом? – спросил он. – Агрономы? Химики? Те, кто знал формулу?

Аналитик замялся.

– Понимаете, Ваше Сиятельство… Люди Трофимова… Они не стали их вербовать. Они устроили там секретную тюрьму. Ставили опыты на сотрудниках, пытаясь выжать из них максимум через боль и стимуляторы. В итоге, когда случился налёт, часть персонала погибла, часть разбежалась, а ключевые фигуры… в общем, их больше нет. Полный крах.

Барышников закрыл глаза, представляя, как его пальцы смыкаются на шее Трофимова. Жадный, тупой провинциальный князёк! Он хотел получить всё и сразу, а в итоге разбил золотое яйцо вместе с курицей.

– Ладно, – выдохнул канцлер, открывая глаза. – С этим разберёмся позже. Что по наследникам?

– Феликс Бездушный и его сёстры скрываются. Наши поисковые группы прочёсывают город, но…

В этот момент дверь приоткрылась, и адъютант доложил:

– Ваше Сиятельство, к вам посетитель. Игорь Бездушный.

Барышников брезгливо скривился.

– Зови.

В кабинет, спотыкаясь и озираясь, вошёл Игорь. Выглядел он жалко. Мятый костюм, который, видимо, когда-то был дорогим, теперь висел мешком. Лицо одутловатое, серого цвета, руки мелко трясутся. От него за версту разило перегаром и страхом.

Канцлер смотрел на это ничтожество и чувствовал, как к горлу подступает тошнота. Он всю жизнь выгрызал себе путь наверх, шёл по головам, работал по двадцать часов в сутки. Он презирал слабость.

«И это – дядя того самого Феликса? – подумал Барышников. – Того парня, который водит за нос мою спецгруппу и уничтожает отряды Трофимова? Как в одном роду могли родиться этот слизень и тот волчонок?»

Игорь остановился посреди кабинета и попытался изобразить поклон, но чуть не упал.

– Ваше… Ваше Высокопревосходительство… – пролепетал он, облизывая пересохшие губы. – Я прибыл по вашему… то есть, я сам… я хотел…

– Сядь, – приказал Барышников, не указывая на стул.

Игорь плюхнулся на ближайший стул, вжав голову в плечи.

– Ну? – канцлер буравил его тяжёлым взглядом. – И чем ты, убожество, можешь быть мне полезен? Ты можешь позвонить своим племянникам и приказать им явиться ко мне?

– Н-нет… Не могу, – затряс головой Игорь. – Они… они меня не послушают. Феликс… он другой стал. Страшный.

– Понятно. А власть в роду перехватить можешь? Собрать вассалов, если они остались, открыть доступ к счетам, к тайникам?

– Нет… Там всё заблокировано. Я пробовал… Не могу.

Барышников медленно поднялся из кресла.

– Тогда какого хера ты вообще сюда припёрся? Ты потратил моё время. Ты воняешь в моём кабинете. Ты бесполезен. Охрана!

– Постойте! – взвизгнул Игорь, вжимаясь в спинку стула. – У меня есть! Есть то, что вам нужно!

– Что у тебя может быть? Цирроз печени?

– Кровь! – выкрикнул Игорь. – Кровь Бездушных!

Канцлер застыл. Жестом остановил вошедших гвардейцев.

– И зачем мне твоя гнилая кровь? – спросил он, хотя в голове уже начали крутиться шестерёнки. – А… Понял.

Он внимательно посмотрел на трясущегося алкоголика.

– Ты предлагаешь себя как биоматериал?

– Да! Да! – закивал Игорь. – Я же родной брат его отца! Кровь одна! Прямое родство!

Барышников медленно сел обратно. Это меняло дело.

В тайных лабораториях Канцелярии давно велись разработки, основанные на старых, запрещённых магических практиках. Поиск по крови. И не просто поиск.

Для обычного мага-ищейки нужна личная вещь или свежий след. Но если есть кровь близкого родственника… О, это открывает совсем другие горизонты.

– Маги крови… – задумчиво произнёс канцлер.

– Да! – с надеждой подхватил Игорь. – Они смогут найти! Точно найдут! И… и сделать больно могут. Я слышал.

Барышников усмехнулся. Сделать больно – это мягко сказано.

Маги-ищейки у него были. Штатные сотрудники, ничего особенного. Найдут след, укажут квадрат.

Но у него был туз в рукаве.

Уникальный специалист. Его предки вышли из какого-то забытого племени в джунглях Южной Америки, где вуду и кровавые ритуалы были частью повседневной жизни. Он жил в Петербурге, в золотой клетке, работая исключительно на Канцелярию и лично на Барышникова.

– Хорошо, – кивнул Барышников. – Ты пригодишься.

Игорь облегчённо выдохнул, растекаясь по стулу.

– Охрана! – снова позвал канцлер. – Заберите этот… материал. Поместить в лазарет, взять пробы. Кормить, не давать пить. Если сдохнет до приезда специалиста – расстреляю вас самих.

Когда Игоря, вяло протестующего против «сухого закона», выволокли из кабинета, Барышников потянулся к телефону спецсвязи.

На своих родственников он пожалел денег – пусть трясутся в поезде, от них не убудет. А вот для этого специалиста нужен особый транспорт.

– Соедините с комендантом аэродрома в Пулково, – приказал он. – Мне нужен спецборт. Срочно. Доставить одного пассажира. Да. Обеспечить полную изоляцию и комфорт. И выписывайте ему командировочные. Зарплата – тройная. Нет, десятикратная. Он должен быть здесь как можно быстрее.

Канцлер потёр руки, чувствуя прилив, которого не испытывал уже давно.

Феликс Бездушный мог бегать от спецназа. Мог обманывать системы наблюдения. Но от собственной крови не убежишь.

– Ну всё, Феликс, – прошептал Барышников. – Теперь тебе точно конец.

* * *

Я стоял на высоком берегу Амура, укрытый маскировочным полем одного из дронов, и наблюдал за феерическим зрелищем.

– Уи-и-и-и!!! – донеслось до меня.

Здоровенный орк, запущенный моей катапультой, летел над широкой рекой, беспорядочно дрыгая ногами и оглашая окрестности боевым кличем. Он уже почти достиг середины реки, когда с китайского берега в небо взметнулась белая дымная полоса.

БА-БАХ!

Противозенитная ракета встретилась с зелёной тушей. Вспышка, облако кровавого тумана и ошмётки, падающие в воду.

– Ну охренеть вообще! – выдохнул я, провожая взглядом дымный след. – Они что, реально сбивают их ракетами? Это ж сколько одна такая болванка стоит? Дороже, чем вся деревня, из которой этот орк вылез!

– Повелитель, операция «Отправь орков в Китай» начала пробуксовывать, – доложил Сириус, висевший рядом. – Наши соседи быстро адаптировались. Они развернули вдоль береговой линии мобильные зенитные комплексы малой дальности. Коэффициент перехвата воздушных целей составляет девяносто восемь процентов.

Я хмыкнул.

– Ну, хоть потренируются. Что ещё разведка доносит?

– Если перевести перехваченные радиопереговоры на человеческий язык, то китайское командование, мягко говоря… в шоке.

– Охренели, значит? – уточнил я.

– Именно, Повелитель. Первые партии десанта, которые мы успели перебросить до развёртывания ПВО, навели там знатного шороха. Китайцам пришлось срочно снимать боевые части с передовой и оттягивать их назад, чтобы ловить бегающих по лесам орков. Сейчас они укрепили берег спецназом и техникой. Они готовы встречать гостей.

Я посмотрел на китайский берег, где то и дело вспыхивали огоньки выстрелов.

– Забавно, – улыбнулся я. – Получается, я в одиночку, с помощью палок, пружин и кучки орков сделал то, что не могла сделать вся хвалёная Российская Империя. Отодвинул китайскую армию от границы.

Я повернулся к дрону.

– Кстати, а где наши доблестные защитники? Имперские полки? Они же вроде как выдвигались спасать Отечество?

– Анализ логистических цепочек показывает критические задержки. Расчётное время прибытия авангарда – два дня и четыре часа. Это будет лишь семьдесят процентов от заявленного контингента. Остальные подтянутся ещё через четыре дня. Если не застрянут где-нибудь под Хабаровском.

– У них что, реально такие проблемы с логистикой? Или они на черепахах едут?

– Получается, что так, Повелитель. Имперская военная машина крайне неповоротлива. Приказы идут долго, согласовываются ещё дольше, а выполняются… как получится. Если бы китайцы решились исполнить свой ультиматум прямо сейчас, они бы просто зашли, смяли пограничные заставы и захватили всё Приморье без особого сопротивления. Имперцы бы просто не успели доехать.

– Мда… – покачал я головой. – Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. А что там, кстати, с ультиматумом? Трое суток прошло. По идее, они уже должны были начать вторжение.

– Китайцы выпустили «последнее китайское предупреждение». После того как Император заявил, что лично глава Тайной Канцелярии прибыл на место разбираться с инцидентом, Пекин решил дать дипломатии ещё один шанс. В общем, срок ультиматума продлён до недели.

В этот момент над рекой снова раздался свист. Очередной орк, размахивая топором, взмыл в небо.

Вжих! БУМ!

Ещё одна ракета превратила его в фарш.

– Упорные ребята, – прокомментировал я. – И те, и другие.

Но тут катапульта сработала дуплетом. В небо взмыли сразу два зеленокожих «десантника». Китайские зенитчики, видимо, не ожидали такой наглости. Одна ракета нашла свою цель, разнеся орка в клочья. А вот вторая прошла мимо.

Орк, дико вращая конечностями, перелетел через полосу заграждений и рухнул в густые заросли камыша на том берегу.

Секунда тишины. А потом из зарослей донеслись дикие вопли и стрельба.

– Ого! – я подался вперёд. – Кажется, кто-то добрался до операторов ЗРК!

Я наблюдал, как на том берегу началась паника. Зенитная установка замолчала, солдаты забегали, пытаясь выкурить бешеного орка из кустов.

– Сириус, – спросил я, не отрываясь от зрелища. – А что наш друг, князь Барышников? Как он там? Переживает из-за моего отказа?

– Пока Барышников не озаботился серьёзной киберзащитой своего нового кабинета, у нас есть полный доступ. Фурия и мои «паучки» подключились к внутренним камерам администрации. Могу транслировать.

– Давай.

На экране моего планшета появилась картинка. Кабинет губернатора. Барышников сидел за столом, красный от злости, и орал на какого-то генерала. Звука не было, но по артикуляции и летящим слюням было понятно, что князь, мягко говоря, в шоке от происходящего на границе.

Я улыбнулся.

– Всё идёт по плану. Пусть нервничает. Нервные люди совершают ошибки.

Я перевёл взгляд обратно на реку. И вовремя.

– Опа! Смотри!

В небо полетели сразу четверо орков. Видимо, мои парни на «пусковой установке» вошли в раж.

Орки летели красивым клином. И… тишина. Ни одной ракеты. Зенитка на том берегу молчала – видимо, тот самый первый «десантник» всё-таки добрался до расчёта.

Четыре тела приземлились на китайском берегу. И тут же, не теряя ни секунды, рванули в бой. Началась настоящая мясорубка.

Я рассмеялся.

– Похоже, в этом месте мы границу пробили! Ладно, нам здесь больше делать нечего. Шоу удалось.

Я развернулся, собираясь уходить, но тут меня осенила мысль.

– Слушай, Сириус. А ведь там, на том берегу, сейчас валяется куча бесхозного добра. Китайский спецназ, техника, электроника… Жаль, если пропадёт.

– Предлагаете организовать экспедицию, Повелитель?

– Нет, сами не полезем. Но это непорядок. Отправляй дронов-сборщиков после каждого такого удачного прорыва. Пусть пылесосят всё, что плохо лежит. Бабки лишними не бывают, а это наши законные трофеи. Фактически, это мы эту зарубу устроили, нам и сливки снимать.

– Принято. Запускаю протокол «Мародёр».

Я повернулся, чтобы идти к машине, и уткнулся носом в широченную кожаную фигуру.

Арни. Теперь уже мой личный телохранитель-убийца.

За прошедшие дни он полностью восстановил кожный покров. Теперь это был не ободранный киборг, а здоровенный перекачанный мужик с идеальным телом бодибилдера.

Он стоял передо мной, возвышаясь на полголовы. На нём была новенькая кожаная куртка-косуха, которую он где-то «нашёл», и чёрные солнцезащитные очки, скрывающие красное свечение глаз. Выражение лица было каменным и о-о-о-чень брутальным.

На плече он небрежно держал свой чудовищный автоматический дробовик, с которым не расставался ни на секунду.

– Я – Арни. Моя задача – защитить Феликса, – прогудел он своим глубоким басом.

– Да помню я, помню, – вздохнул я.

С этим парнем была проблема. Я честно пытался перепрограммировать его алгоритмы, сделать его более… гибким. Но технологии Механического Пастыря оказались крепким орешком даже для меня. Сириус тоже пока пасовал. В итоге у Арни в голове крутилась одна-единственная директива, возведённая в абсолют: «Защищать Феликса».

И он защищал. Он ходил за мной везде буквально по пятам. Мне стоило огромных трудов выгнать его хотя бы из спальни. Теперь он сидел под дверью, как верный пёс. А так как спать ему не нужно, он нашёл себе развлечение – смотрел мультики на планшете. Практически круглые сутки. Пришлось купить ему наушники, чтобы не просыпаться посреди ночи от песенки про «синий трактор» и «акулёнка ту-ру-ру-ру».

Зато вопрос с телохранителем был решён окончательно. Водил машину он, кстати, божественно. Как будто родился с рулём в руках.

– Поехали, Арни. Домой.

Он молча кивнул, открыл мне дверь машины, окинул периметр сканирующим взглядом и сел за руль.

Дылда, мой бывший водитель, поначалу расстроился. Ещё бы – потерять такое тёпленькое местечко. Но я быстро нашёл решение.

– Валера, ты что, обиделся? – спросил я его тогда. – Ты мысли шире! Водитель – это обслуга. А ты теперь – коммерческий директор ООО «Филин»! Это же карьерный рост!

Дылда тогда расплылся в улыбке.

– Директор? Я?

– Конечно! Тебе теперь по статусу не баранку крутить положено, а переговоры вести и клиентуру расширять.

Он тут же потребовал аванс «на представительские расходы». Я дал. И потом, когда я в очередной раз приехали по делам в гараж, я с трудом удержался, чтобы не заржать в голос.

Мои бывшие гопники – Михич, Дылда, Щербатый и Пухлый – щеголяли в дорогих, пошитых на заказ итальянских костюмах. Выглядело это… эпично. Пиджаки висели на них, как на вешалках, брюки топорщились, а лица были пафосными до опупения. Они даже пытались не материться, заменяя привычные связки на какие-то нелепые эвфемизмы вроде «блин», «к едрене фене», «в рот компот», «ёкарный бабай» и другие.

– Здравствуй, шеф! – поприветствовал меня Дылда, поправляя галстук, который был завязан узлом, больше похожим на удавку. – Как прошла… э-э-э… деловая поездка?

– Нормально, Валерий Анатольевич, – серьёзно кивнул я. – Работаем.

Ещё один запрос прилетел от Эльвиры.

«Феликс, ЧП! Плантация разрастается! Трава прёт как на дрожжах! Я не справляюсь! Сорри, но твои дроны малость туповатые, они только таскать могут, а тут нежность нужна!»

Пришлось ехать.

В лесном домике царила атмосфера ботанического безумия. Эльвира, чумазая, но счастливая, носилась между грядок.

– Смотри! – она ткнула пальцем в росток, который за пару дней вымахал по колено. – Это же чудо! Но их нужно окучивать, поливать по графику, рыхлить… Мне нужны руки! Нормальные, а не эти твои клешни!

Я посмотрел на своих грузовых дронов, которые неуклюже пытались поливать грядки из ведра, заливая всё вокруг.

– Ладно, – сдался я. – Будут тебе руки.

Я затарился всеми необходимыми инструментами и заперся в сарае на пару часов. Результатом стали десять новых дронов-садовников. Они были похожи на маленьких паучков, но вместо боевых манипуляторов у них были миниатюрные лопатки, грабельки и лейки. Я прописал им в программу базовые знания агрономии и лёгкую одержимость растениями.

Когда я выпустил их на грядки, они с радостным пиликаньем бросились к траве, начиная аккуратно рыхлить землю и сдувать пылинки с лепестков.

– Ой, какие милые! – умилилась Эльвира.

– Забирай, – махнул я рукой. – Кстати, где вакцина?

Она протянула мне контейнер с ампулами.

– Готово. Самая чистая, концентрированная. Твои медики будут в восторге.

Я забрал вакцину для своих дронов-реаниматоров. Это был очень важный ресурс.

– Феликс, – Эльвира стала серьёзной. – Это всё хорошо, но мы упираемся в потолок. Садовники – это круто, но нам нужно ещё и производство. Переработка, фасовка, хранение… Мне нужны люди. Настоящие специалисты. А где их взять?

Я задумался. Она была права. Мои гопники – отличные ребята, но в биотехнологиях они разбирались, как свинья в апельсинах.

– А как отец справлялся? – спросил я. – Земли разорены, лаборатории мы взорвали… Неужели у него не было плана «Б»? Так сказать, запасного аэродрома?

Эльвира нахмурилась, вспоминая.

– Был… – медленно произнесла она. – Точно! Были субподрядчики! Японцы!

– Японцы? – удивился я.

– Да. Семья Накамура. Они фермеры, живут здесь уже лет тридцать. Отец говорил, что они пытались вырастить чудо-траву у себя в теплицах, но у них плохо получалось без нашего Дара. Зато у них отличная база, оборудование и люди. Они сотрудничали с родом Бездушных много лет.

– Накамура… – я покатал фамилию на языке. – Звучит… знакомо и авторитетно. Где их искать?

– У них ферма на юге.

– Собирайся. Едем в гости.

Ферма Накамуры выглядела образцово. Аккуратные ряды теплиц, чистые дорожки, современные ангары…

Нас встретил сам глава семьи – пожилой, сухопарый японец. Вокруг суетилась куча работников – судя по говору, не японцы, а корейцы.

– Здравствуйте, господин Бездушный, – Накамура низко поклонился. – Для нас честь принимать вас. Мы много о вас наслышаны.

– Наслышаны? Откуда? Я вроде не давал интервью японским газетам.

Накамура выпрямился. Его лицо вдруг изменилось. Из вежливого старичка он превратился в фанатика. Он вскинул кулак вверх и заорал:

– СВОБОДА И РАВНОПРАВИЕ!!!

Корейцы вокруг тут же побросали грабли и тоже вскинули кулаки, хором рявкнув что-то одобрительное.

Я опешил.

– Не понял… Это что сейчас такое было?

– Повелитель, – деликатно подсказал Сириус мне в ухо. – Анализ голосового паттерна и лозунгов… Похоже, это те самые революционеры, которым мы продаём оружие через Тяна. Это их ячейка.

Я посмотрел на сияющего Накамуру, на его воинственных корейцев, на идеальный порядок вокруг.

– Ну, зашибись, – расплылся я в улыбке. – Значит, мы сработаемся.