Читать книгу Синдром тьмы - - Страница 7

Пять лет спустя

Сиа

– Давай резюмируем.

Том в сотый раз повторяет скучные и глупые правила. Он объяснял мне все это уже много раз и до сих пор не уверен, что я поняла. Я его не виню, я не особо подчиняюсь чужим указаниям.

– Никаких потасовок.

Я киваю, глядя на пейзаж, проплывающий за окном. Я еще не привыкла к Миннесоте. Здесь все так же, как я помнила: скучно до тошноты. Сплошная линия небоскребов на горизонте и депрессивные люди, которые не умеют расслабляться. Я, привыкшая к Колумбии, в этой холодной и тоскливой реальности чувствую себя как в ловушке.

– И это значит, что их нельзя провоцировать. Уточняю для тебя.

Я пожимаю плечами. Том принимает это за согласие и продолжает перечислять действия, от которых я должна воздержаться. Он устал платить адвокатам, вытаскивая меня из неприятностей, и еще больше – затыкать журналистов, которые всегда рады новому скандалу.

– Ничего безумного или незаконного.

– Я не собираюсь никого убивать.

Том испепеляет меня взглядом своих зеленых глаз. Он взволнован, потому что я впервые решила заняться своей жизнью по-серьезному. Работать моделью было поначалу прикольно, но это не заполняло мои дни. И главное, не нагружало мой мозг.

– Нельзя оскорблять людей, чтобы просто подразнить.

– Этого я не могу обещать, ты же знаешь, это сильнее меня… Томми.

Его усталый вздох заставляет меня улыбнуться. Ему почти сорок пять лет, и его каштановые волосы перебивает седина. Его семья непрестанно пилит его, чтобы он сменил работу, к тому же с его резюме он мог бы заняться чем угодно. Не иначе как колдовство связывает его со мной.

– Я тебе в отцы гожусь. Не надо называть меня Томми.

– Но ведь «Томми» – это мило, разве нет? – с улыбкой отвечаю я.

– Ты никогда не делаешь ничего милого, – устало заявляет он.

Я весело смеюсь, принимая его слова за комплимент. Тем временем Том продолжает:

– Не ведись в моменте – действуй по правилам, даже если они тебе не нравятся. Как говорит Мелисса…

– «Чувствуешь, что тебя распирает, – досчитай до десяти», – машинально повторяю я, закатывая глаза.

Мелисса – мой психотерапевт. Эта бедняжка уже все со мной перепробовала, предложила мне все известные человечеству техники. Но все ее попытки были настолько слабы по сравнению с тем, что на самом деле прячется внутри меня, что наконец даже она поняла: невозможно исцелить гнилое с рождения. Остается только ждать, пока оно само умрет, а потом похоронить.

– Мы с доктором разрешили тебе участвовать в этом отборе, только потому что ты впервые проявила интерес к чему-то нормальному… но…

– Не продолжай, – я меняю тон.

– Почему ты выбрала ту же компанию, что и она?

– Big World News входит в группу самых известных и влиятельных СМИ в мире. Если я хочу, чтобы меня услышали, то надо говорить с самой высокой вершины. К тому же они единственные отбирают новых сотрудников, заставляя их соревноваться друг с другом. А ты прекрасно знаешь, что я не могу устоять перед таким вызовом. Вы же хотели, чтобы у меня появилась цель? Вот она.

Том не отвечает. Они с Мелиссой подробно обсуждали мое решение записаться на отбор журналистов для работы в газетах и на телеканалах Big World News. Они не в восторге, что я суюсь в эту среду, но в конце концов мое упрямство взяло верх. Впрочем, как всегда.

Машина Тома останавливается перед внушительным небоскребом, увенчанным вывеской BWN. У входа снуют полные энтузиазма кандидаты. Получив последнее наставление, я прощаюсь с Томом и выхожу из машины. Он наверняка будет ждать меня на парковке на всякий случай. Он чувствует свою ответственность, как будто оставил бомбу замедленного действия в толпе невинных людей.

Я захожу в здание и иду туда, где должны объявить имена прошедших первый этап отбора. Часть черных стульев, рядами стоящих в вестибюле, уже занята. Я сажусь на последний ряд. Девушки, сидящие передо мной, так взбудоражены, что меня чуть не тошнит. Мне хочется открыть рот и методично разрушить все их ожидания. Но, думаю, это противоречит правилам Тома.

– Представляешь, как круто тут работать? – восхищается одна из них.

Ее подружка-блондинка подкрашивает губы.

– Первым делом нужно будет подружиться с директором, так мы сразу окажемся под защитой. Я не собираюсь сливаться с толпой.

Я не могу сдержаться. «Отлично, я столкнулась с двумя карьеристками».

– Вы же знаете, что они возьмут только десять процентов из ста пятидесяти претендентов?

Одна из них поворачивается и отвечает с натянутой улыбкой:

– Да, и мы надеемся быть в их числе.

Она весело переглядывается с подругой и отворачивается от меня. Я мило улыбаюсь, прежде чем разрушить ее хрупкую надежду.

– Я слышала, что они уже решили, кого возьмут: избалованных детей богатых инвесторов с хорошими рекомендациями. То, что здесь происходит, просто спектакль, чтобы не вызывать подозрений.

Их лица тут же мрачнеют. Каждый жест выдает их мысли: немного опустили глаза, губы дрожат, руки теребят волосы… Все выдает страх вероятного поражения.

Внезапно бородатый мужчина лет тридцати начинает говорить в микрофон. Он произносит пятнадцать имен кандидатов и просит их встать. С каждым новым именем большинство присутствующих все сильнее мрачнеет.

– И наконец Сиа Карилло.

Глаза девушек, сидящих передо мной, горят праведным гневом. Их энтузиазм превратился в жгучее разочарование.

– Мы будем жаловаться! Это незаконно! Несправедливо! – заявляет блондинка, тут же изменившись в лице.

Я кладу руку ей на плечо и сочувственно улыбаюсь.

– Конечно, вы должны бороться. Я буду болеть за вас.

Я встаю и подхожу к остальным кандидатам. Оборачиваюсь, чтобы полюбоваться их ошеломленными лицами. Возмущение этих девушек так велико, что в какой-то момент мне кажется, что они сейчас вцепятся мне в горло. Они прожигают меня завистливыми взглядами, но я отворачиваюсь и иду вместе с остальными четырнадцатью людьми в другой зал.

Том был бы разочарован моей манией убивать чужую радость и надежду, но мне это поднимает настроение. Разрушать фальшь необоснованного энтузиазма.

Тем временем нас ведут в небольшую комнату с длинными белыми столами. Мы рассаживаемся и слушаем вошедшую с нами женщину. У нее светлые волосы, одета в ярко-красный костюм. Рядом с ней стоят бородатый мужчина, который зачитывал наши имена, и еще один сотрудник.

– Я не люблю терять время, поэтому буду краткой. Меня зовут Вирджиния Хендруф, я вице-президент этой компании. Вас выбрали по результатам письменных тестов, которые вы проходили неделю назад. А это значит, что у вас есть потенциал, который может быть полезен Big World News. Однако отбор на этом не заканчивается: только некоторые из вас после месяца испытаний и финального тестирования смогут получить доступ в редакцию одной из наших газет. Все кандидаты мечтают сразу попасть в телевизоры, верно? И желательно на самый популярный новостной канал.

Она показывает на экран, висящий на стене за ее спиной.

– Я хочу предупредить вас: это место для нескольких избранных, лучших из лучших. Если вы думали о прямых эфирах, забудьте пока об этом. Надо будет попотеть, беспрерывно работать и выполнять абсолютно все наши распоряжения. Надеюсь, это понятно. Я не терплю отстающих и нытиков. Big World News ищет других людей.

Человек с бородой берет слово.

– Мы разделили вас на три команды по пять человек для проведения испытаний. Будут выставляться индивидуальные баллы, но для нас важнее ваша способность работать в команде. Проще говоря, для финального решения важны личные достижения, но, если ваша группа не сработалась… вы получите только негативный фидбэк.

Вопреки словам вице-президента, мой взгляд возвращается к огромному экрану телевизора на стене. Я хочу попасть туда, и меня ничто не остановит.

– В течение этого месяца вы также будете посещать теоретические лекции и технические занятия. Повторяю: главное, научиться работать вместе. Я знаю, что вы жаждете успеха и хотите показать, чего стоите… но без поддержки своей команды вы ничего не добьетесь. У всех членов команды будут роли, которые вы распределите вместе. Руководитель будет координировать каждый проект и иметь право решающего голоса во всех вопросах. Также у вас будут аудио- и видеорежиссер, которого мы называем просто оператором; редактор, ответственный за письменный контент и идеи для видео; и, наконец, два человека для поиска информации, «кроты»… которые должны уметь сливаться со стенами.

Я чувствую азарт и волнение других кандидатов, им уже не терпится начать действовать. Пока еще я их даже не рассмотрела, сейчас мне неинтересно, кто они, мои глаза прикованы к черному экрану, где я уже вижу себя. Вот когда нас распределят по командам, тогда я все и выясню.

– У каждой команды будет своя штаб-квартира: офис, оборудованный компьютерами, видеокамерами и всем необходимым для наведения справок и съемок. Первая команда поднимается на верхний этаж в штаб-квартиру 102, вторая команда будет собираться в комнате справа – штаб-квартире 101, – и последняя команда остается здесь. Хорошо, теперь объявляю состав команд. Татьяна Дженин – вторая команда, Мэтью Лизбон – вторая команда, Геймлих Паттерсон – третья команда, Сиа Карилло – первая команда…

Как только я слышу свое имя, я выхожу из комнаты и иду к лифту. Двери открываются, и я вижу, что не единственная собираюсь подняться: двое парней и одна девушка направляются в штаб-квартиру 102. «Не может быть», – шепчу я, узнавая их лица.

Ледяной принц, психопатка, которая слышит голоса, и параноик с пистолетом. Они все четверо окажутся опять заперты в одном месте спустя пять лет.

– А вы здесь откуда? Только не говорите, что это то, о чем я думаю, иначе меня вырвет. – Говорит девушка с волнистыми волосами.

Мы переглядываемся, во взглядах одинаковое изумление. Карма снова захотела собрать нас вместе.

– С каких это пор бывшего заключенного пускают в BWN? – спрашивает парень с азиатскими чертами лица, прислонившись к стенке кабины лифта.

– Не знаю… видимо, с тех самых, как начали пускать психически больных. В любом случае я свое отсидел и теперь свободен. А ты, кажется, до сих пор не вылечился от паранойи.

Резкий ответ ледяного принца идеально вписывается в его характер. Холодный и безразличный, как тогда. Теперь у него натурального оттенка светлые волосы с несколькими каштановыми прядями. На нем черная кожаная куртка и джинсы. Квадратная челюсть, голубые глаза и невозмутимое выражение, которое никогда не покидает его лица. За пять лет он ни капли не изменился, только снял оранжевую робу.

– Я излечился.

– Ага… как бы не так, – возражаю я.

Азиат злобно смотрит на меня. Мы все знаем: чтобы попасть в Big World News, надо предоставить справку о психическом здоровье. Это одно из требований, чтобы тебя допустили к отбору. Мне становится все более очевидным, что они подделали эту справку, так же как и я.

– Значит, это наш секрет? Никто никого не сдает, так? – подвожу я итог.

– Никакого секрета. Я не сделала ничего плохого. Раз я тут, значит, со мной все в порядке, – возражает девушка с волнистыми волосами.

– Ну конечно, а голоса волшебным образом пропали… так, что ли?

Она испепеляет меня взглядом. Наше будущее висит на волоске: если хоть один проболтается, рухнет замок лжи, который мы построили. Эффект домино.

– Чертова психопатка.

Улыбаюсь в ответ на оскорбление, которое ласкает мой слух.

– О, ты даже не представляешь, насколько я в этом продвинулась с нашей последней встречи.

Мои слова заставляют ледяного принца вздохнуть. С тех пор, как мы зашли в лифт, он даже не взглянул на меня. Я делаю пару шагов в его сторону.

– Держись от меня подальше.

– Так ты здороваешься со старым другом… ледяной принц?

Голубые глаза смотрят на меня с отвращением и ненавистью. Его приводит в ужас, что я назвалась его другом. Остальные потрясены сверхъестественным совпадением. Они смотрят исподлобья друг на друга, как солдаты, попавшие в тыл врага.

Мне же обалдеть как интересно наблюдать за ними, такими же больными, как и я. С этой командой чокнутых будет весело. И уже представляю тысячи выговоров, которые сделает мне Том.

Двери лифта открываются, и из наших взглядов исчезает любая враждебность. Нас встречает секретарша и ведет в комнату в конце коридора. Рядом с дверью закреплена табличка с номером 102.

– Добро пожаловать, кандидаты. Ваша штаб-квартира.

Сквозь большие окна в комнату проникают теплые лучи солнца. Здесь пять рабочих столов, на каждом стоит компьютер, лежат блокноты и ручки. В центре комнаты стоят круглый стол с пятью черными офисными креслами, и перед ними, прикрепленная к стене, – стеклянная доска для заметок.

Вскоре в комнату заходит мужчина с короткой стрижкой, на шее у него корпоративный бейджик. Судя по мешкам у него под глазами, он страдает от недостатка сна. Он молча разглядывает нас. Весь его вид говорит, что он сорвется на любом живом существе, попавшемся под руку.

Секретарша отдает ему документы, он хватает их, просматривает, а потом кидает на нас проницательный взгляд.

– Одного не хватает… Прекрасно, чертовы опоздания с самого начала. – Он растягивает губы в улыбке, но кажется на грани нервного срыва. Из-под темно-синего пиджака выглядывает воротник белой рубашки с пятнами кофе. По испуганному молчанию секретарши я понимаю, что она привыкла к внезапным приступам ярости с его стороны.

– Сиа Карилло, Оливия Лид, Дерек Хилл и Идгар Чен.

Поднимаю глаза. Наконец-то я могу связать лица моих партнеров с их именами. Мне всегда было интересно, как могут звать ледяного принца. Дерек Хилл. Параноик с пистолетом и азиатскими чертами лица очевидно Идгар Чен, а девушка – Оливия.

– Не хватает Джулии Питтерсон… Опаздывает. Значит, вам придется ввести ее в курс дела. Запомните, я не люблю что-либо повторять и не делаю из этого исключений. – Его испепеляющий взгляд проходится по нам.

Его поведение вынуждает меня вздохнуть и немедленно применить совет Мелиссы на практике, чтобы не сорваться на первых же минутах.

– Итак, вы первая команда и, как вам уже объяснили мои коллеги, соревнуетесь с двумя другими. Не выводите меня чертовой вежливостью, никаких святош, вам придется грызть глотки, если хотите добиться здесь успеха. Но и не смейте подставлять друг друга. Финальный балл будет у каждого свой, но если вы как команда не сработаетесь… вы покажете себя в невыгодном свете.

Произнося эту речь, он ходит по комнате, как полководец перед смертельной битвой. Я прикусываю щеку изнутри, сдерживая смех изо всех сил.

– Вы уже знаете, что в первую очередь нужно распределить роли. Кроме того, мне нужно название команды, придумайте к концу недели. Решите это сами, но я дам вам несколько советов. Я ваш наставник, я назначу вам такие же задачи, как и у других команд, и мне придется вести вас к победе, чтобы произвести хорошее впечатление на вице-президента.

На последних словах он повышает голос.

– Используйте эту комнату как штаб-квартиру. И последнее: ради бога, включайте хоть иногда голову. В командах, которые мне назначают, обычно одни восторженные идиоты, которые считают, что сразу попадут на экраны, а через неделю на все забивают.

Он бросает на нас злобный взгляд и уходит, хлопнув дверью. Невыносимый тип. Он еще хуже меня.

Секретарша виновато смотрит на нас и говорит:

– Вы привыкнете. Фредерик обычно ведет себя так, но умеет относиться к людям и с добротой. Пожалуйста, располагайтесь, если что-то понадобится, я в соседнем кабинете.

Синее платье до колен красиво подчеркивает изгибы ее тела. На шее у нее, так же как и у чокнутого Фредерика, висит корпоративный бейджик.

Когда она выходит из комнаты, оставляя нас одних, мы все снова чувствуем смущение и опускаем взгляды. Нельзя с уверенностью сказать, что мы подходящие элементы для суперкоманды.

Оливия первой нарушает молчание:

– Мы должны распределить роли.

Она подходит к стеклянной доске у окна, берет маркер, выводит наши имена и стрелки рядом с ними. Я сажусь на стол, скрестив ноги, и изучаю каждую мелочь вокруг себя. Дерек остается стоять, прислонившись к стене, он смотрит на доску. Идгар садится на вращающееся кресло.

Он поднимает руку.

– Я могу взять на себя техническую часть, я закончил курсы по этой специальности.

– А ты научился пользоваться пистолетом? – спрашиваю я с улыбкой.

Идгар хмурится.

– Опять начинаешь, психованная?

Оливия пишет «оператор» напротив имени Идгара, пока тот волком смотрит на меня.

Идгар скрещивает руки на груди.

– Скажи лучше, что ты намерена делать?

– Очевидно, что я идеальный крот. Я могу раздобыть любую информацию, особенно от парней.

Мой ответ ставит его в тупик. То, как он каждый раз смущается, когда я делаю сексуальные намеки, только сильнее подпитывает мой бешеный темперамент. Думаю, с ним мне будет очень весело: раздражительный, откровенный, беспокойный параноик. Хотя он и пытается вести себя иначе, я все равно вижу в нем этот лучик безумия.

– Хорошо, будешь кротом. Я могу писать тексты. – Оливия записывает на доску наши роли.

Дерек не сказал ни слова. Улыбаюсь при мысли, что он тоже может стать кротом и работать в паре со мной. Тогда у меня будет больше возможностей дразнить его, и я смогу выяснить, что же скрывается за этой ледяной стеной.

– Ледяной принц тоже будет кротом.

Все смотрят на Дерека, он изучает доску с привычным равнодушием. Остались крот и руководитель, выбор небогатый. Судя по выражению его лица, он не очень-то хочет отвечать за всю команду, но при этом явно не жаждет работать вместе со мной.

– Мне все равно, – вздыхает он.

– Ого, я всегда наслаждаюсь твоими бурными эмоциями, – шучу я.

Он даже не глядит на меня: будто все его реакции отключаются, когда я с ним разговариваю. Я ему неинтересна? Это невозможно. Я интересна всем, у кого есть хоть какие-то мозги. Но у него как будто иммунитет ко всем моим намекам и подколам.

– Отдадим роль руководителя отсутствующей девушке? – спрашивает Идгар.

Помяни черта… Какая-то блондинка заглядывает в комнату. Ясно, что это недостающее звено, Джулия Питтерсон.

Она нервно приглаживает волосы и рассыпается в тысячах извинений за опоздание. Оливия рассказывает ей про распределение ролей и все остальное. Выбор у девушки маленький: опоздавший берет то, что осталось, и, к счастью, ледяной принц достается мне.

Наконец-то я смогу растопить этот айсберг и увидеть, что же он из себя представляет на самом деле.