Читать книгу Древо миров братьев Камковых. Том 7. Прана - - Страница 1

– Сильхиндир, – Лучиэниэль летящей походкой вылетела на небольшую полянку, со всех сторон окруженную лесными великанами могучих Древ, – Сильхиндир, ну кому я говорю?

Лишь чуть развернутые в сторону матери, заостренные ушки маленького эльфа отметили тот факт, что слова певучего языка синдарин достигли слуха, совсем недавно начавшего уверенно ходить ребенка. Не отрываясь от своего увлекательного занятия по отколупыванию чешуек от громадного, в его рост яйца, он упорно делал вид, что не слышит ее приближающийся зов. Молодая, ставшая еще более прекрасной, после счастья материнства эльфа, чуть заметно хмурясь, направилась к своему отпрыску. Под ее легкими шагами, трава на залитой солнцем полянке, лишь чуть сгибалась, чтобы тут же выпрямиться вновь, как только точеная, умопомрачительная по красоте форм, ножка Владычицы эльфов, покинет место ее роста.

– Я обязательно скажу отцу, что ты снова, без разрешения, убежал к яйцам драконов! – Ее слова наконец-то возымели действие, и заставили малыша повернуть к ней голову.

– Не скажешь! – Сильхиндир испытующе смотрел в глаза матери, пытаясь за суровостью их выражения, разглядеть хотя бы толику неуверенности.

Лучиэниэль выдержала острый, сияющий от внутренней силы взгляд мальчишки, не дрогнув ни единым мускулом на своем прекрасном лице. И хотя внутри себя она уже была готова сдаться и задушить своего ребенка в крепких объятиях, воспитательные моменты, подобно этому, она старалась не портить своей неуемной любовью к своему первенцу.

– Скажу, обязательно скажу! – Она едва не дрогнула, когда увидела, что глаза ее сына начали чуть заметно увлажняться, но титаническим усилием воли, сумела сохранить твердость своего взора.

Драгорт смотрел на этих двух, самых дорогих его сердцу существ, из-за веток укрывшего его своим пологом Древа, и счастливая улыбка непроизвольно растягивала его губы. Он хотел было уже дать команду ветвям раскрыть ему путь к ним, когда сын резко обернулся в его сторону и проговорил:

– Ты тоже будешь ругать меня, папа?

Древо вздрогнуло и, повинуясь приказу малыша, выпустило Владыку из скрывающих его местоположение ветвистых объятий. Драгорт отметил неуловимый, косой взгляд жены, до этого момента даже не подозревающей о его присутствии, и в очередной раз поразился раскрывающейся мощи их ребенка, пока неосознанной, а потому порой немного пугающей обоих родителей.

– Нет, Сильхиндир, не буду, но ты должен уже сам понимать, что поступил неправильно, – копируя взгляд жены, так же сурово, он смотрел сейчас на своего сына. – В твоем возрасте, ты не должен тайком убегать из-под надзора. Если тебе куда-то нужно, то следует поставить в известность или меня, или маму, или хотя бы ваших воспитателей.

– Но разве мне что-то грозит в Золотом Лесу? Тем более Он прекрасно знает, где я! – Сильхиндир обвел взглядом кромку застывшего в неподвижности Леса, и тот тут же ответил ему плавным покачиванием своих могучих ветвей.

Драгорт глубоко и тяжело вздохнул. Он, как Владыка эльфов, постоянно находился в плотной связи с эгрегором их лесного Дома, прекрасно зная, что и как происходит во всем его королевстве. И, конечно же, знал он и о том, что его сын, так же легко владеет способностью симбиотической связи с Золотым Лесом, хотя и действует при этом скорее инстинктивно, не отдавая себе отчета в том, насколько это сложно, а порой и небезопасно. Слишком свежа еще в памяти Драгорта была та размытая, засасывающая грань, за которую он сам чуть было не переступил в мире Пента, когда его сознание едва не растворилось в коллективном разуме Великого Леса, слишком тесно слившись с гораздо более мощной мега сущностью и помимо его воли, практически становясь Его частью.

(подробнее об этом написано в томе 5 романа «Древо Миров»).

Кроме этого, он, должен был помнить и о том, что его сын воспитывается вместе с остальными детьми его подданных. В силу традиций, он, как Владыка, не должен выделять его каким-либо образом, а тем более дарить привилегии и этим возвышать перед остальной ребятней. Сейчас, в своеобразном, природном «детском саду», под надзором старых и мудрых наставников, детям прививались самые главные и основополагающие догмы поведения, а так же рассказывалось все самое важное о законах и традициях их Перворожденной расы. А потому, первые годы обучения были очень важны. Именно в это время юные эльфы учились органично сосуществовать вместе, как единая семья. Налаживались их тонкие связи, как между собой, так и со всей окружающей их, первозданной природой Золотого Леса.

– Тебе, конечно же, ничего не грозит, в пределах нашего королевства, но это абсолютно не значит, что ты можешь самостоятельно убегать с занятий, или в одиночку бродить, где тебе вздумается. Воспитатели всегда должны знать, где находятся дети, они не могут, да и не должны гоняться по всему Лесу, за каждым непослушным отпрыском.

– Но мне скучно на занятиях. Я уже овладел всеми навыками программы обучения за этот год! – Сильхиндир надул губки, становясь, наконец, похожим на ребенка пары лет отроду.

– Я тебе дал дополнительные задания, их ты тоже уже выполнил? – Драгорт прищурился, отчего его, итак, не слишком крупные для эльфа глаза, стали совсем похожи на человеческие.

В ответ его сын, лишь на миг прикрыв веками сияние своих изумрудных глаз, вылетел из своего физического тела и воспарил над деревьями. Драгорт уже был рядом, разворачиваясь плавным пируэтом, накрывая своей пернатой тенью астральное тело своего отпрыска. Мерцая и силясь преодолеть границу между реалом и астралом, яркий шар энергетического тела его первенца вспыхивал все быстрее, но силенок, а скорее умений для перехода, ему явно не хватало, и спустя миг, они оба вновь стояли на траве.

– Не получается, – Сильхиндир с досадой топнул ножкой, сминая зеленую кочку своим маленьким кожаным сапожком.

– А в чем виновата трава? – Невинно поинтересовалась Лучиэниэль, до этого внимательно наблюдавшая, за ними.

Хитро блеснув на нее своими огромными изумрудными глазами, сын провел раскрытой ладонью над смятыми и изломанными растениями и они тут же поднялись, вновь засверкав на солнце своими сочными стебельками и листочками. Сильхиндир поднял сверкающий силой взор, а увидев поощрительную улыбку матери, сам тут же широко растянул свои губы в ответ. Родители встали по обе стороны от него и, дружно взявшись втроем за руки, неспешно зашагали к кромке леса.

– Я назову его Арад, – вдруг произнес малыш, к чему-то прислушиваясь. – Можно?

Драгорт остановился, вперив внимательный взор в сына. Тот же сделал еще один шаг, но почувствовав, что руки их натянулись, поднял глаза на отца и с недоумением захлопал длинными ресницами.

– Кого? – Спросил Владыка, уже зная ответ сына.

– Моего дракончика, конечно! Он звал меня, вот я и прибежал к нему. Ему тесно в яйце и я помогаю ему освободиться, – он протянул отцу ладошку, на которой золотом блестели две оторванные чешуйки. – Надо же мне было помочь малышу вылезти наружу!

Драгорт закрыл глаза, обнимая ментальным пологом всю поляну. Спустя миг он почувствовал присутствие расширяющейся вслед за ним, ауры жены, а следом, словно купол, на них обоих упала полусфера восприятия Сильхиндира. Слегка поежившись от мощи, Драгорт отметил рассеянность ее в пространстве и неаккуратность наложения, свойственную всем, кто еще не умеет отмерять строгую достаточность и целеустремленную направленность своего воздействия. Войдя с сыном в прямой контакт, он подправил ментальную составляющую своего отпрыска, приводя ее к полной синергии с собой и женой, после чего они уже втроем, все вместе, «взглянули» на стоящие у корней Древа, яйца драконов.

В гудящем от перенасыщения силой ментальном поле, два золотых и одно серебряное яйцо светились изнутри животворной, магической аурой. Здесь, в лоне Золотого Леса, им более чем хватало энергии, а кроме того, свет солнца ласково прогревал их, даря тепло и умиротворение природного эгрегора этого благословенного края.

(подробнее о том, где и как Драгорт раздобыл яйца драконов, можно прочитать в романе «Южный континент», автор Денис Камков)

За прошедшие годы, Драгорт, время от времени, навещал это природное гнездо, всматриваясь внутрь яиц и всеми доступными ему средствами сканируя их, но не получал до сих пор осмысленного ответа. Он уже давно ощущал, как внутри каждого из трех вывезенных им с Пента яиц, бьется просыпающаяся от долгого сна жизнь. Владыка даже периодически раздумывал о том, как и когда ему лучше сподвигнуть малышей на рождение. Но каждый раз он откладывал свои эксперименты, ожидая, пока его сын подрастет достаточно, чтобы навечно связать его разум с одним из этих удивительных, магический созданий.

Сегодня, стоя в десятке шагов от гнезда, Драгорт с удивлением заметил тонкую, сверкающую всеми цветами радуги ниточку, что тянулась от крайнего золотого яйца к его сыну. Она была невесомой и практически неосязаемой, но вместе с тем крепкой, как корабельный канат. Полная синергия, сейчас позволяла семье получать друг у друга ответы, не задавая вопросов, а потому и он и его жена уже знали, как произошла эта связь, и сами потянулись узким лучом ментальной энергии к кладке, настраивая в ней свои разумы по шаблону, уже найденному их сыном.

Краткий миг связующих контактов, и уже три переливающихся, перламутровых нитей заблестели в мутноватом мареве ментального поля, связывая эльфов и еще не рожденных драконов, нерушимым родством душ. Арад, Балдир и Гелена, обрели своих хозяев, от чего радостно загалдели мыслеречью и все сильнее заворочались в своей, давно ставшей им тесной, чешуйчатой скорлупе.

Драгорт сжал свою ауру в границы своей физической оболочки, наблюдая, как это же проделали и остальные. Сын, хоть и морщился от не скомпенсированной вовремя отдачи, но смотрел на него вопрошающе, а жена до сих пор не могла отвести своих, затуманенных следами недавней ментальной связи, сапфировых глаз от среднего, серебряного яйца будущей драконьей самки.

– Завтра проведем обряд Рождения, – ответил Владыка на невысказанный, но ожидаемый вопрос Сильхиндира. – Пригласим на него старейшин, да и твоих друзей – сверстников.

Сын тут же захлопал в ладоши и бодро запрыгал по полянке, радуясь так, как и положено выражать свое счастье ребенку. Лучиниэль с нежностью смотрела на сына, а Драгорт – на них обоих. И в его сердце снова, привычно уже растекалась, захлестывая его с головой, волна уютной теплоты, от этой незабываемой, чудесной картины.