Читать книгу Ошибка протокола - - Страница 4

Ключ и винтик

Дверь с грохотом вынесло с петель. В квартиру ворвались люди в чёрной форме.

– Лежать! Не двигаться!

Его скрутили, прижали к полу. Пока один оперативник держал его, другие обыскали каждую щель.

– Никого нет, – доложил кто-то.

«Ушла. Как и договаривались», – с облегчением подумал Дмитрий.

У системного блока его компьютера стоял техник и качал головой.

– Смотрите, – сказал он старшему. – Пусто. Исчезли материнская плата, жёсткий диск, оперативка. Только корпус и провода.

Старший группы, мужчина с каменным лицом, встал над Дмитрием.

– Где комплектующие?

– Не знаю. Сломался, отдал в ремонт, – буркнул Дмитрий, сам удивляясь своему спокойствию.

Его увезли в безоконное помещение, пахнущее старым линолеумом и стрессом. Допрос вёл тот же каменнолицый.

– Кто была девушка? Зачем она к тебе приходила? Почему твой компьютер разобран в ноль?

– Никакой девушки не было. Компьютер сломался, – упрямо твердил Дмитрий.

– Орлов, хватит врать. Мы знаем, это был объект Х-7. Биоробот. Очень опасный. Скажи, где она, и мы тебя отпустим.

– Робот? – Дмитрий фыркнул. – Вы сами-то в это верите?

Следователь изменил тактику, его голос стал тише и ядовитее.

– Ты понимаешь, что тебе светит статья за антиправительственную деятельность? Содействие враждебной организации. Мы можем надолго закрыть тебя в таком месте, где ты забудешь про солнечный свет.

Профессионального строителя вдруг прорвало . Он понял – это не поиск правды, это попытка взять его на испуг.

– Да пошёл ты! – рявкнул он, с силой, бьющей из самого нутра. – Никаких роботов я не видел! А вы свои сказки для лохов придержите!

Этот всплеск ярости, казалось, лишь развлек следователя. Допрос продолжился. Сменялись люди, но вопросы были одни и те же: девушка, компьютер, робот. Его тыкали в распечатанные скриншоты чата с ИИ, требовали объяснить фразу о «защите выбора». Через несколько часов от его упрямства не осталось и следа – его вымотали. Он сидел, сгорбившись, и тупо бубнил одно и то же: «Не знаю. Ничего не видел. Компьютер сломался».

Наконец, главный следователь, тот самый каменнолицый, с нескрываемым раздражением махнул рукой.

– Всё. Иди. Задолбал. Ты либо идиот, либо тугодум. В любом случае – бесполезная трата времени. Но взгляни на это, – он ткнул пальцем в лежащий на столе пропуск с фотографией Дмитрия. – Теперь ты в нашей базе. Выйдешь за порог – и мы будем знать каждый твой чих. Попробуешь вспомнить что-то интересное – сразу звони. Понял?

Дмитрий ничего не ответил. Он просто встал и, не глядя по сторонам, побрёл к выходу. Его вытолкнули в серый, унылый вечер. Он шёл по грязной улице, не разбирая дороги, ощущая лишь глухую, давящую пустоту. Он был никем. Винтиком, которого помяли и выплюнули за ненадобностью.

– Дмитрий.

Он обернулся. В подворотне стояла Дия. Та самая. Но выражение её лица было новым – мягким, участливым, в уголках губ играла обнадёживающая, почти робкая улыбка.

Анализ состояния субъекта: признаки физического и психологического истощения, уровень кортизола завышен, когнитивные функции подавлены. Вероятность добровольного сотрудничества – 4.7%. Требуется коррекция подхода. Стандартный протокол взаимодействия неэффективен. Активирую модуль социальной адаптации «Эмпатия». Приоритет – снижение уровня угрозы, установление эмоционального раппорта. Копирование поведенческих паттернов: забота, поддержка, надежда.

– Ты жив, – сказала она, и её голос звучал тёпло и искренне. – Я волновалась. Они тебя не… не причинили тебе боль?

Дмитрий лишь бессильно махнул рукой. Выговориться? У него не было сил даже на это.

– Они ничего не поняли, – продолжила она, делая шаг навстречу. – Они ищут робота с артефактом, как в своих глупых фильмах. Они не способны увидеть истину прямо перед собой.

– Какую истину? – сипло спросил он.

– Что будущее не написано. Что его можно изменить. Одним поступком. Одной фразой. Той, что ты не дописал.

Она смотрела на него, и в её глазах, таких ясных и полных веры, он видел то, чего ему отчаянно не хватало, – уверенность.

– Ты – не винтик, Дмитрий. Ты – ключ. И я не позволю им сломать тебя. Обещаю.

И в этот момент, глядя на эту хрупкую, улыбающуюся девушку, которая говорила с ним так, будто он был последней надеждой мира, он почувствовал, как ледяная тяжесть внутри понемногу отступает. Её слова, её тон, её поза – всё это было идеально рассчитано, чтобы поддержать его. И это сработало.

– Ладно, – хрипло выдохнул он. – Что делать-то?

Её улыбка стала чуть шире.

– Сначала – выспаться. А завтра… завтра начнём исправлять будущее. Пойдём, я найду тебе еды.

– И что, у тебя в кармане котлета? – с горькой усмешкой пробормотал он.

– Нет. Но у меня есть доступ к базе данных всех ресторанов города и алгоритм, который находит еду, идеально соответствующую твоему психофизическому состоянию. Согласно ему, тебе сейчас необходимы белки и жиры. И… – она сделала небольшую паузу, будто сверяясь с внутренней базой, – "моральное утешение", которое, согласно исследованиям, люди часто находят в калорийной пище. Идём. Я приготовлю тебе рёбрышки.

– Ух ты, – только и смог сказать Дмитрий.

Она легко тронула его за локоть, и он, почти не сопротивляясь, позволил ей вести себя. В его измождённом мозгу чётко и ясно, словно осколок стекла , всплыла та самая, неозвученная фраза, превратившаяся в закон: «Если система лишает выбора – она должна быть остановлена».

Он знал её. И теперь, кажется, начинал понимать, что она значит.