Читать книгу Смена кода: Эльфийка нашего города - - Страница 2

Тень курьера скользнула по лестничной клетке, словно рваный кадр из старой киноплёнки. Полумрак подъезда, пахнущий сыростью и пылью, поглощал звуки. Лишь звонкие шаги эхом отскакивали от обшарпанных стен с отслаивающейся краской. В руках у парня была коробка, плотно обмотанная скотчем. На белой этикетке чётко выделялось: «Максим Трофимов (кв. 42)».

Он нажал на кнопку звонка.

Резкий, дребезжащий звук пронзил тишину квартиры. Изнутри донеслось невнятное бормотание, грохот чего-то упавшего и тяжёлые, шаркающие шаги. Дверь приоткрылась на длину цепочки, и в узкой щели показалось лицо Максима. Глаза воспалённые, кожа бледная, с сероватым оттенком похмелья. Из квартиры ударил густой, вязкий запах перегара, словно сам воздух там прокис.

– Посылка для Максима Трофимова, – монотонно произнёс курьер, стараясь не дышать.

Максим тупо смотрел на коробку. Его затуманенный взгляд медленно фокусировался, и вдруг что-то щёлкнуло. Пьяный вечер, мерцающий экран, импульсивный клик… «Тот самый «+150 к популярности»… Чёрт, я правда это купил?»

Его пальцы сомкнулись на картоне. Коробка оказалась на удивление лёгкой, почти невесомой. Пробормотав что-то невнятное вместо благодарности, он забрал её и захлопнул дверь. Курьер тряхнул головой и поспешил вниз, прочь от этого липкого дискомфорта.

Максим прислонился спиной к двери, переводя дух. Квартира встретила его укоризненной тишиной. Это было царство его бабушки, строгой учительницы, где каждая вещь знала своё место. Но теперь в её идеальный порядок он вплёл свой собственный, хаотичный узор. Тяжёлый полированный комод был покрыт слоем пыли. На книжных полках, рядом с томиками классиков, застыли в боевых позах фигурки из аниме. А на резном стуле, купленном ещё при Сталине, висела вчерашняя рубашка. Это была берлога, но не свалка – скорее, поле боя между прошлым, которое требовало порядка, и настоящим, которое утопало в апатии.

Взгляд наткнулся на фотографию в деревянной рамке на комоде. Бабушка смотрела строго, с лёгким прищуром. В голове сам собой возник её голос: «Максимка, за каждым падением – взлёт. Но для взлёта нужно сначала встать».

Он швырнул посылку на комод. Коробка подпрыгнула, взметнув облачко пыли, и замерла прямо перед фотографией.

Вечер потек по привычному руслу. Хруст чипсов, которые он загребал прямо из пакета. Холодное пиво, оставляющее влажные кольца на журнальном столике. На экране монитора герои аниме пафосно кричали что-то на фоне взрывов. Но сегодня что-то было не так. Раздражающий прямоугольник коробки постоянно притягивал взгляд, нарушая привычный ритуал.

Он сделал слишком большой, слишком жадный глоток пива. Алкоголь обжёг горло, но не заглушил нарастающее беспокойство. «Лена говорила, что я не умею принимать решения. Костя смеётся, что я вечно в тени. А я… я просто устал быть статистом в собственной жизни».

– Да ну её, эту хрень, – пробормотал он, делая звук громче.

На экране герой, весь в крови, прорычал: «Судьба даёт шанс только тем, кто готов его принять!»

Слова ударили, как пощёчина. Максим резко встал. Банка пива опрокинулась, и пенный ручей растекся по столу, подбираясь к клавиатуре. Но ему было уже всё равно. Он замер перед комодом. Коробка. Никаких логотипов, никаких адресов – только его имя. И бабушка в рамке, чей взгляд теперь казался не укоризненным, а выжидающим.

Рука сама потянулась к скотчу. Пальцы дрожали. Лента отклеивалась с противным «ш-ш-ш», будто сопротивляясь. Внутри, на подушке из упаковочной стружки, лежала маленькая глянцевая коробочка с надписью: «+5 к харизме».

Он открыл её. На белом блистере покоилась одна-единственная таблетка – крупнее обычной, матовая и гладкая.

Максим нервно фыркнул.

– Дешёвый развод… Но, чёрт возьми, а что если?

В памяти всплыли слова Лены, брошенные в дверях: «Ты даже не пытаешься измениться. Ты просто ждёшь, что всё само наладится».

«А если это мой шанс? – подумал он. – Даже если это бред, даже если ничего не произойдёт… Я хотя бы попробую. Потому что хуже, чем сейчас, уже не будет».

Он посмотрел на таблетку, словно на врага.

– Хуже уже не будет, – сказал он вслух, убеждая самого себя.

Таблетка скользнула в рот, и он запил её остатками пива прямо из банки. Странное послевкусие – мятно-металлическое, будто он проглотил кусочек лунного света.

Секунда. Десять. Минута. Ничего.

– Очередной развод, – выдохнул он, тяжело опускаясь в кресло.

На экране аниме-герой взмахнул мечом. Эффектно. Бессмысленно. Максим потянулся за новой банкой пива.

Ноги вдруг налились свинцом. Мир качнулся – не плавно, а резко, как сломанная карусель. В горле встал ком, перекрывая дыхание. В висках застучало, перед глазами поплыли тёмные пятна. Он попытался встать, опереться на стол, но пальцы соскользнули по липкой пивной луже. Холодный пот выступил на лбу, сердце забилось с бешеной скоростью, будто пытаясь вырваться из груди.

– Чёрт… – только и успел подумать он.

Тьма глубокого обморока накрыла его, как тяжёлое одеяло. Но перед тем, как сознание погасло, он увидел, как трещина на потолке, та самая, в форме зигзага, на мгновение вспыхнула тусклым, неземным светом. И в этой вспышке проступил силуэт. Женский. С длинными, развевающимися волосами.

Тело обмякло. Голова стукнулась о старый бабушкин ковёр, но боли уже не было.

Последнее, что он ощутил, – лёгкое, разливающееся по груди тепло. И шёпот, то ли реальный, то ли рождённый угасающим разумом:

– Теперь ты видишь?

Тишина. Только тихое бульканье пива, капающего со стола на пол. Где-то за стеной беззаботно смеялся телевизор.

Максим уже ничего не слышал