Читать книгу Защищая золото знаковой души - - Страница 7

Я полз, как по каморке – чемодан,

Чтоб волю по себе собрать – в кулак,

Я думал, что пройду и выйду – так

К любви причуде, чтобы создавать

Отдушину – в той кромке, где качает

Мне Опалтон, а может – отвечает,

Набравшись городской среды – в ответ,

Что лучшего мужчины ныне – нет

И впредь не будет на лице – корриды.

Хотел пуститься вплавь уже – на рок

Своей свободы – в корабле для слов,

Где мило путешествуя – под стиль —

Я мог бы говорить, что вышел – крут

На личности, отнюдь, где как-то мрут

Мои сегодня тернии – под птицей,

Когда живу я в космосе – под стон

Той формы мне привычной – между волн,

Что в пустошь обгоняют там – простор.

А медленный, как райская – капель

Ходил тогда мне спутник – Калибан,

Я думал, что завидует – Уран —

Моей привычке говорить – там вслух,

Но голос не подал я в мире – чувства,

Когда бы сном родители – мне вывели

В яйце такой вот плахи – новый день,

Что молод был ещё, а в робу – тлен

Ложился, чтобы думать, словно нищий.

Я так хотел понять Вселенной – хват,

Что думал снова спутником – опять,

Потом пошёл помыться, где вот-вот,

Вода там смоет прахом – стили нот,

И мне теперь погодой станет – дух,

Где я хотел бы поиграть – на слух

Уже на корабле в такой – беде —

Воспитанником муки – на воде,

Где мог бы говорить свой берег – сам.

Там был я Блейк, но мудро – небесам

Не прятал сон своей придирки, если

Я мог бы думать обществом – уже,

Как вижу отношений ряд – проблем,

Как деньги в руку падают – уму,

А я – по носу щёлкнув, не пойму,

Что вид моей проекции – на сон —

Уже второе чувство вылить – яд,

Где может Блейк отвинчивать – наряд

Той воли беспринципной, что, увы,

Я был влюблён там тайно – на кону

Уже в свой страх и женщину – одну,

Когда она была там мило – старше

Меня так лет на двадцать, где вот-вот

Я выбил сам ей общество – в глазах,

Что дама та – замужняя, и – тот —

Кто мог бы ей продать один – оплот

Был древним ухажёром – между сна,

Который щёлкал по носу – свой яд,

Пока она игралась там – с детьми,

Чтоб мужу говорить, как – позади

Все беды этим в обществе – на сыщике.

Я тайно наблюдал внутри – рассвет,

Но знал не понаслышке, что – одет

Сегодня в модный мне пиджак, а он

Мне будет, как доверчивый – бурбон,

Там гладить полы страха – между грёз,

Что дамский сам вопрос себе – унёс,

Я снова между вод плохой – игры,

Где космос помогает вровень – слёз

И мне сегодня, чтобы – быть никем

От дамы той, как стилем – для двоих,

Я мог бы привидением – примкнуть

К её глазам, чтоб жилой – подморгнуть,

Настроив там конец судьбы, увы,

На верном поле вотчины, где – я

Был древним ей пришельцем, а – года

Там бредили под пазухой – двора,

Задумав нос поднять – уже на деле.

Сатирой мозга в страхе – на удел

Я вышел сам из дома – будто млел,

Потом я сел в корабль – и на кону

Там стал играться в поле – с тишиной,

И думать, что отплытие – со мной

Так через две недели – будет просто

Той сказкой воли – или же в ничто

Меня на сон там превратит – уже.

Пока я ждал, то Гвен – прибив тюфяк

Горела в позе личности, где – так

Манила мой в затрещине – любви

Гротескный мир – от права, будто я

Был должен ей по возрасту, увы,

Но таял вслед от преисподней – или

Пытался стать собачкой – на цепи,

Когда бы там всю вечность – проводили

Мы с ней – на сложной воле от ума,

На том, откуда берег, как – тюрьма

Мне в ласковости слов – пленяет ад

И множит формой детства – темноту,

Но я уж не боюсь глазами – льдов

Ту форму необычной боли – зря,

Хочу попутешествовать – от слов,

Я делая там призрак – бытия —

На равной цели в памяти – тех лет,

Что мой манерный вывод – на годах

Бы стал теперь всеядной – пустотой

И волей сокровенной, где – долой

Я был бы рад управить – этот ад —

Для женщины, как стойкий – командир,

Где сам могу допрыгаться – один,

Меняя личность трезвую – на страх.

Тогда был мне июль, а сам – внутри

Я был уже так в августе – зазря,

Где думал просто женщиной – её

Глазами сердца, чтобы угадать,

Как Гвен мне будет мило – на лице

Тот выдох слов по каверзе – ума,

Тогда уже к несчастью – постигать,

Где возрастом моложе – был бы я,

Но сам смелее в точной воле – так.

Менял свой род движения – наверх,

Забросил сам работу, чтобы – взгляд

Прикован был бы – к кораблю тому,

Как бронзовый на личности – закат,

Где я его под натиском – любви —

Не сразу мог бы уплотнять – уже,

Но думал, как ступит в корме – идей

На совести опричник – быть милее

И думать в почерк призрака – за ним,

Так думал много, но уже – тогда

Мне мысль закралась, где побит уму

Я должным счастьем, изменяя тьму

На верх своей одежды, где – горит

Там символ человека, но – тогда

Была мне к слову космосом – прибита

Услуживая гостья в плен – идей,

Чтоб мог искать тому – себе людей

Ещё бы понадёжнее, чтоб слиться

С прижитком атмосферы – для себя,

Где был бы Опалтон мне, как – гора

На слабом берегу той формы – лиц,

Что думал, буду правильно – уже

Скитаться прошлой мерой – на углу,

Когда бы мне родители – в тисках

Кормили пуд иллюзий – будто я —

Был только лишь рабочий ныне – класс,

Но в суть уже – интеллигентом в шанс,

Был страхом всё на оборотне – злее,

Когда бы думал в пище – на кону,

Что мне виляет тенью – потому

И страшная картина – в неглиже,

Что даму буду до костей – любить,

До старости, чтоб можно – за себя

Там душу в роли также – поманить

И вылить слов подвеску, чтобы мне

Была любовь до гроба – на огне —

Моральной топи в честности – отныне.

Так, думая – я шёл сквозь идеал,

Пытался делать что-то, но не смог

Себе тогда доверчиво – привить

Остаток формы бдительности – мнить,

И тот, увы, манер, когда – больна

Мне женская причина – на руках,

Что я могу ей думать и – лететь

Всегда на корабле, а может – млеть

В воде – напротив спутника уже.

А новый Калибан был – нехорош,

То тучи между слова – мне идут,

То ливень с градом – потому в уме

Проводят смерти порознь – игру,

Но я не смел там будоражить – ад,

А только познакомился – с командой,

Где было много разных – мне людей,

И были дамы в почерке – заразой —

Как милые предания там – сразу

В пародии залезть – в мой новый день.

Тогда я будто в страхе – на любви

Уже подозревал искать – вину,

Но думал, словно Гвен – уже меня

Возьмёт потом там за руку – одну

И больше всё не будет – полагать,

Ругая сердцем, что ступил – как раб,

Я в медленной придирке – от души,

Что стал ей бегать, не сдавая такт

В такой вот пользе времени – уже,

Я был хитёр и способ – положил

На день, когда ладонь – её сложил,

Когда корабль мой отходил – туда,

Где много океанов мимо – скал,

Где космос смоет право – на беду,

А ты не сможешь сделать – на виду

Так ближе ничего – под смертью ран,

Но будешь приговаривать, что там

Я мог бы объяснить себе – то дело.

Когда я вышел в новом – корабле

На палубу – был первый день уже,

Я страхом поздоровался, а – мир

Приятно мне парил внутри – обиды,

Я также думал, что ничей – в глазах,

Где смоет время мой заметный – страх,

Наполнив там по кальке – дураком

Мне новой пищей – будто бы врагом

Я жизнь свою считал, виляя светом,

А жизнь меня учила, что – могла,

Когда и Блейк там говорил – слова,

Где можно думать в принципе – его

Надёжности – на Опалтоне глав,

Что все мы приближаемся – в тупик,

Но он не сможет говорить – слова,

А будет мне на яме – невелик,

Когда уже я обойду тот – миг

И к страху превращусь ему – в вора.

Я мельком искупался – между сном

В бассейне, что мне был – на корабле,

Но думал, как прелестная – Мари

Не будет долго думать, а – парить,

Поодаль, чтобы видел – я к тому

Её прекрасной талии – сквозь рок,

Уже природный блеск, как уголок

В приталенном исчадии – быть эхо

В мужском себе стеснении – прожить

То утро – между важностью миров,

Где мой корабль не воет – от пути,

Но к серой массе слова – не пройти,

А я там вижу радости – полёт,

Как чайки смоют верх цинизма, где

Я должен быть наверное – на том —

Уже довольным жизнью, будто скол

Ментальности – убраться насовсем.

Так я хотел убраться – в этом сне,

Но плыл корабль мне долго, а – весна

Не сразу стала вероятно – ближе,

Но Молли – будто сразу поняла,

Что я страдаю и парю – под вихрь

Своих желаний – между бытием,

Что может быть открытой – на лице

Она сегодня, чтобы быть никем,

Как я когда-то наблюдал бы – принца,

А ночью тонет мой параграф – стен,

Я только лишь строитель, но – года —

Внутри меня меняют сотни – тем,

Что был ещё художником – там я,

Но вот беда – родители под вихрь

Считали мне тот сон – путём назад,

И просто обзывали мерно – бликом

Мой день и скол художества – на яд,

А я таил обиду между – словом,

Там думал – будет лучше дураком

Мне слыть теперь рабочим, где не видно

Мой путь волшебный, а уму – тайком

Я сердце рисовал бы – в тишь идей,

Любовью заправляя мерный – взгляд,

Где роба так тонка, что сам – назад

Не мог бы вдаль вернуться – я по ней.

Прошла неделя, Молли мне – на рок

Устала приставать любовно – но,

Я сам поднадоел себе – сквозь сок

Иллюзий древних, чтобы – отставать

От редкости приятной неги – в том,

Что вижу только тайные – цветы,

Когда иду под натиском – любви

К приятной Гвен – и нахожу поболее

Там верх своей моральной – чистоты,

Где брежу странной волей – бытия,

Что я горазд быть лучше, а – мечты

Уже привьют мне качество – иное,

Но всё же пожалел я Гвен – тогда,

Отдал сегодня сердце Молли – или

Пусть в радости любви – там иногда

Страдал – в несчастье говорящем сам,

А тайна оставалась мне – в тоске,

Я плыл и думал вечно – невпопад,

Как буду этой тайной – говорить

Свой сладкий день и общее – на раз,

Где воду льют свои химеры – глаз,

Как редкий поводырь, где обещал

Я сделать Молли сам бы – предложение,

Когда приплыл к тому – на весь причал.

Осознан в тяжбе страха – на лице,

Я ждал сегодня берега – как мог,

А тучи накалялись – между дел,

Где Молли всё тряслась – наедине,

Но выть мне не могла, кидая вверх

Токсичный берег странного – ума,

Как женщина, которая – больна

Любовной лихорадкой – между плена,

Я создал ей то чувство – между глаз,

Я был сегодня бабником – на раз,

А мой вечерний звон – туда горел

И мне отныне виделась – по меркам,

Уже та тайна вещей – простоты,

Где женский вопль меняет – оберег

На дамский профиль, чтобы не обить

Пороги ближе страха, а – любить

Ту даму, что даёт и мне – обличье.

Я мог бы дать тому уже – совет,

Но думал странно лирикой – ума,

Вдруг, вижу космос тянет – силуэт

И мне на том выходит – пелена

Знакомой боли страсти, что, увы,

Я буду здесь кричать, когда – и сам

Постигну форму гения – под смысл,

Задрав там нос искусству – в небесах,

Но в это не поверил – мимо глаз,

Как редкий бриз искусства – на кону,

Я будто вымер в ревности – к себе,

Что мне всего за двадцать, а – года

Устало шепчут формулой – мой ад,

Где я рабочий, но внутри – актёр,

А может и художник, словно вор

Рискует сделать собственный – магнит,

Где мне немножко жаль – свои года,

Я буду тонко думать – иногда,

Вникая в долгий казус – мимо стен,

Где бледный космос также, как и я

Мне стал бы говорить – пути проблем,

Но выдумав там редкое – «прощай»,

Не выманил бы – собственный ответ,

Что должен делать дальше – в этот свет

Внутри своей начавшейся – болезни.

Она была от женщин – будто знал

Я тайны большей космос, а – года

Мне думали привычкой – сохранить

Там дюжий вес – наотмашь дурака,

Но нос поднял под парус, чтобы там

Я выглянул на Гвен, когда бы – та

Пришла встречать меня, меняя яд

На берег – возле смысла, где горят

Мои года – в оценке милой тени,

Я быстро сам вздохнул и – понесло

Мне космосом куда-то вдаль – руин,

Потом мне чёрным сгустком – занесло

Под стиль уже обиды – роковой,

Но я сдержался в мелкие – года,

Где сам не думал больше – подманить

Там женский плач, но большее любви

Сманить – в той форме истины ума.

Темнело, под раскатами – дождя

Я вновь увидел символ – роковой,

Но вид мой был упрямее, где я —

Держал там мыслью Гвен – за головой,

А может мыслью в требовании – глаз,

Что очень был влюблён и – наяву —

Я думал было сам искать – тому

Себе работу новую, чтоб – думать

О важности искусства – в этот путь,

Так время шло, но чёрные – глаза

Меня опять по ветру – захватили,

Я внутрь опешил, чтобы – говорить

Так сам с собой и время – просчитать,

Когда бы мы подъехали – на деле

Уже к причалу, чтобы – поднимать

Там вверх глаза – над новым бытием,

Чтоб думать по себе – не оробели,

Как много путешественников – в нём,

Но мало толку под нутром – в годах.

Моей болезнью было – в этом сне —

Всё только откровение – извне,

Я шёл, как мелкий дождик – изо льда,

Когда ко мне и Молли – подошла,

Но вместо там меня – она под крик

Увидела лишь ворона – в той мгле

И больше никого, ведь я – возник

Уже на берегу – под совесть ровно,

Потом опешил вновь я, что из стен

Моих сознанием встреченных – проблем,

Я вижу Гвен, и мило сам – под звук —

Иду, простив свой день – внутри разлуки,

А мне она так мило тешит – кровь,

Что мы должны быть вместе – наяву,

Когда бы космос помогал – вовнутрь

Нам нежностью понять, что к одному

Мы ближе миру тождества – на ужин.

Мы мило стали провожать – черты

Той истины от странного – угла,

Где видели корабль – и вновь пришла

Под ровный стиль мне – новая проблема,

Не знаю, как сознался – я под миф

Тогда и Гвен, но близко поняла —

Она – мой рок мгновенного суда,

Что мог бы приобнять её – намедни

Уже я сам не свой, что больше – лгу

Себе, но в вор сомнением – бегу —

Я дальше злого чувства – бытия,

Чтоб страхи помогали мне, ведь я

Любил всё это время – только Гвен

И вдоль игры космической – года

Мне новую поэзию – слагали

Под ревностью картины – между глаз,

В них снова рисовал – свои года,

Опять искал там личности – мораль,

Мы верно поженились, но – угнал

Я смысл такого общества – вины,

Что тот корабль на образе – угла,

Под верхом от цинизма – затонул,

И там никто не выжил, а – года

Мои остались верностью – на ужин

Уже теперь и мне, что видит – раб

Тот верхний, полый ужас – между сном,

Когда играюсь в вольности – преград

И мельком подзываю смерти – рок,

Ведь сам не ворон и уже – не я —

Пророк в той форме личности, увы,

Как должен больше миру – принимать

Таблетку в беспричинной – пустоте,

А Гвен, и также дети вдаль – её

Мне будут, как родные, чтобы – там

Я думал без критичности – углов,

Кидая мелкий пафос – этих слов,

Где буду обращать сегодня – льдин

Тот берег жалкий, что в кругу один

Я слепка современности – бежать

На ряд такого общества, чтоб ржать

И делать плотной выемкой – года,

Наевшись пользы внутреннего – я

Под радостью из вешней – пустоты,

Что мог бы оказаться – под чертой

Я взвешенной на странности – иной

Проблемы возле носа – поколений.

В той маске совершил природный – рок,

Подумал было – много через край

Внутри сомнений большего – прогнуть

Мне истину – под веточкой к углам,

Но здесь был ряд сомнений – не успеть

Признаться Гвен, что истина – одна

Мне в сущности такого вот – взросления,

Что буду обладать сегодня – я —

Отцовским ей инстинктом – по душе,

Но Гвен любила больше, чтобы – я

Игрался сам в ментальности – одной,

Когда бы мило домоседом – был,

А в том она работала мне – вдоль

Примерной боли – в женщине ума

И тонкой формы личности, где я

Мог страхом подманить её – глаза,

Чтоб новый Калибан мне думал – за

Той формой ниже спутника – умелой,

Где тайной лишь Уран – меня ведёт,

Он прожит в детстве, но ушёл – опять

На форму совершенного – клейма,

Где я не вор, но думаю – поймать

Свою удачу – в нос такой любви,

Как мило в обаятельной – тоске

Я там бы мог притягивать – глаза

Свободных женщин, чтобы задавать

Им истинное в качестве – лицо,

Как был мой гений странный, будто я

Не знал ему там выход, но – горел

Напротив вещей сущности – о яд,

По городу, в котором – постарел,

Но вынул смертной областью – ему

Забытый ветер, что хранит семья,

Что я себе особенный – под плут

Искусства создавать сегодня – круг

Той ветром современности – на яд.

А Опалтон, как город – между дел

Висел – и мнил там вскользь на эпатаж

Мне горький уксус права, что не дашь

Бы фунта на кону – такой игры,

Но я не верил, что почти – завис

Напротив той истории, где вниз

Чуть с борта корабля – не сиганул,

Набравшись светлой прииском – ему

Проблемы стать, как ветер на кону,

Но что же приключилось – мне тогда,

Где ворон тот сидел, и где – беда

Была – внутри поднятого крыла

Мне спаяна – за толщиной восхода,

Что мог бы стать я сам – уже ничей,

Как дерзкий космонавт, но обогнал

Бы скорость света – будто променял

Свой мир – на вид прощения поэтом?

Так думал всё и думал – между тем,

Как Гвен уж постарела – между сном,

Потом похоронил тот вид – на риск

Её проблемы нежности – актрисы,

Что очень уж любил её – всю жизнь,

Но страхом провожал – тогда года,

Чтоб выйти первым на свою – любовь,

Где мне не гложет истина – принять

То чувство первобытное – под дождь,

А дождь всё шёл и шёл, смывая грязь

С причины пиджака, откуда – сам

Я мог бы говорить, что – не отдам

Там редкой боли призрак – от пути,

Но буду сам не призван – обойти —

Привычное в курьёзах мне – из стен,

Что долго тот корабль – хранил меня

Над силой обольщённого – проблем,

Потом поднял мой ветер – наугад,

И там – глаза от Молли между тьмой,

А может ветер мудрости – такой,

Что смерть сегодня духом – не понять,

Не смог бы передать – её печаль,

Но в жизни бредил странно – тишиной,

Что мы могли бы встретиться – уже

С той Молли, как ровесники на сне

В тиши необоримой прозы – ливней.

Моё внутри желание – жило —

В примерном теле долго, а – покой

Мне также всё мерещился – рукой

Под должный свод необъяснимой – тени,

А женский стиль молчал и – не хотел

Отдать ту пользу счастья – наугад,

Ведь Молли умерла, но будто – я

Был там чему-то очень сер и – рад,

Я вновь тупил, как редкости – ответ,

Когда его не просишь – от врага,

Но думал, как заветное – под ветер,

Где стихнет робой облика – твоя

Молитва – между старой пустоты,

Что Опалтон – приносит те черты,

Где мне нелестно будоражить – яд

В моей брови, мечтая – невпопад

К услужливости думать – этим телом.

Так я не думал – просто перебой

Зашёл в тени моих печальных – черт,

Погас весь свет, и в доме – тишиной

Наполнилась картина – между лет,

Какие-то видения под – стиль —

Мне там же разбивали – времена,

Но я не думал, а просил сполна

Испытывать тот вечер – будто я

Был должен жизни большее, увы,

Когда похоронил бы Гвен, а – там

Играл свой нежный опыт – по губам

На каждом плёсе верности – мадам,

Что прожил жизнь достойную – её

Внимания – под тяжестью идей,

Но в космос устремил сегодня – яд,

Чтоб там – моя прелестница опять

Меня ждала в уранном небе – мило,

Вдруг, что-то шелохнулось – на губе,

Я замер в ожидании, где – мне —

Там кто-то на плечо – скостив вину

Так близко положил – под тишину

Свою природы руку, чтобы дать

Несчастье может большее, где я

Не думаю прожить сегодня – вне

Той близкой смерти, только на одре

Молчу, чтобы прилюдно – пострадать

И вычленить то завтра – между стен,

В раздробленном характере – умов,

Что люди мне не смогут – от проблем

Отдать мой ветер ясности – в печаль,

А только на корабль зашёл, и вдруг,

Я стал тогда бы мнить – свои года,

Как общества глаза, чтобы – вилять

По призраку несчётной боли – вспять.

Она сказала, что, увы, под – зной

Мне стало плохо думать, что изгой

Я стал сегодня в цвете – между ран,

Как между берегов – в душе программы,

Которая подсбилась – в тот манер,

В тот день, и может праву – подошла

Тогда ко мне – актриса из души,

Что звали её Молли – на тиши,

Она прижалась ласково – на явь,

На смерть, в которой больше – у меня

Не стало дум плохих – ведь никогда

Не будут мне под сожалением – длин,

Там капли слёз – доверием внутри

И опыт – между старого пути,

Что сам в песке зароюсь и – почти

Усну – под вехой доблести любви.

Там Молли возвратилась – на огонь

Моих желаний космоса – под верх

Уже сегодня дум – менять пароль

На даму сердца, что одна болит

Мне в тайной роли принципа – уже,

Но водит духом призраки – вокруг,

Что стала, вдруг, живая и – по мне

Спадают тонны ужаса – под зной

Такой вот красоты, меняя – смысл

В ответе тела мудрого – прожить

Над яркостью нечестной воли – близ,

Что я хотел на корабле – пройти,

Всё нос по ветру странно – подманив

Себе сегодня, но к тому – уже —

Придвинув робкий поля – декаданс

На смерти от жены своей, что – я

Бы так её на свете – пережил.

Я думал мне несчастье – принесёт

Тот гений одиночества – под блеск,

Но гений отношений стал – в уме

Той тайной рока – думать на огне,

Когда бы космос верил, что пути

Настроили мне серый полдень – лишь,

Я страхом поддавался, чтобы мнить

Свой дух гротеска – за одним ему —

То время по идейности – хранить,

А после нос по ветру – пережать,

Всё думая поэтому там – быть —

Сегодня Блейком, чтобы на уме

Искать приятный берег – в тишине,

Где Молли подошла уже – ко мне,

А я не думал в личности – понять,

Как космос может и тому – менять

Историю болезни – между тела,

Историю души, как квантом мир,

Когда его не любишь, но хранил

Бы сочной боли вычурность – одну

Над верхом от цинизма, где – уму

Я стал бы совершенным – дураком,

Что в жизнь такую верил, ведь тайком

Мне путь однажды упростил – восход

Под жилой между разницы – на ход

Уже другой болезни – там по миру,

Когда её, как Молли – всё беру,

Не знаю женской боли – наугад,

Но вижу тонкой радостью, что я

Здесь буду, как мужское, где не рад

Быть призванным по чьей-то – красоте,

А может пустоте, что выну – столб

Другого счастья – в личности на скол

Моей души – под носом у болезни,

Где ветер совершит тот круг – добра,

Но будет только опытом – по мне,

Как космос в глубине такого – зла,

Как эхо в стиль Вселенной, где, увы,

Я – гений совершенного тепла,

Что свет внутри хранит и – до угла

Его доносит, чтобы – уберечь —

От старой клячи ревности – стеречь

Погоду женской близости – наутро.