Читать книгу Мизантроп - - Страница 3

Наступило свежее летнее утро. Деревня была вся окутана туманом и росой на траве. Жители просыпались неспеша. Петухи вовсю устроили хоровод. Запах свежеиспеченного хлеба пронесся по всем улицам. Собаки залаяли.

– Никуда ты не пойдешь, Иксо, отдохни до вечера.

– Но ведь вылет ночью, мам. Я успею, приведу скотину днем в сарай, а после отдохну и переоденусь.

– Нет, Христа ради. В такой день нам и так всем грустно. Дедушка твой тем более расстроится. Он очень сильно грустит с того дня, как увидел наше намерение о переезде. Он не позволит, чтобы ты сегодня, как жертва, последний раз вонзил ему в сердце нож с напоминанием о том, что жизнь наша такая из-за него и его обустройства в жизни. Он все прекрасно осознает, и будет свинством с нашей стороны показательно помучить тебя этим скотоводством даже в день перед твоим уходом.

– Ладно, мам, а что мне делать?

– Сходи к бабушке с ним, побудь у них пару часов, с друзьями по школе попрощайся, с мисс Питч, в конце концов. Она передавала тебе свои добрые пожелания.

– Мы с ней вчера уже попрощались.

Иксо надел на себя купленные недавно специально для перелета из школьной поры брюки, рубашку и туфли, поправил волосы, челочку короткую назад и вышел из дома, устремившись в сторону улицы, где жили его дед с бабушкой, а поодаль и мисс Питч.

Пока шел по улице, Иксо представил себе солнечные, модные, успешные и беззаботные дни жизни за рубежом. Но, постепенно подходя к родным домам и улочкам, напала на него грусть и преждевременная тоска по окрестностям. Он будто мысленно и душой обнимал каждую стену этих каменных домов, пропитанных человеческой добротой и совестью.

– Дедушка, привет!

– Привет, Иксо, садись рядом.

Иксо сел на каменную глыбу рядом с такой же серой глыбой, на которой уже сидел его седоволосый, морщинистый, но морщинистый до мудрости дедушка. Две глыбы стояли снаружи их дома, смотрели на улицу.

Это было любимое дедушкино место перед домом. Там он в течение дня мог встречать на улице соседей, заводить с ними диалоги, курить вместе с собеседником очередным, проходившим мимо, ну и просто сидя в одиночестве в тихие часы улицы, погружаясь в глубокие раздумья.

– Возьми эти часы себе, сынок.

– Мне, дедушка?

– Да, сынок, возьми их с собой, будешь помнить по ним меня. Мне их когда-то подарил твой дядюшка, который тоже покинул нас. Вот и твой черед настал. Ты тоже улетаешь, сынок. – Дедушка со всхлипом, проронив слезы, прижал Иксо к себе.

Иксо же сдерживал все слезы и проглатывал не один ком в горле, дабы не делать хуже строгому, жестокому местами, но все же любимому дедушке. Часы Иксо убрал медленно в карман.

В самолете Иксо сидел рядом с женщиной, которой поручили довезти Иксо и быть с ним до самого города, куда отправили Иксо и где проживал его отец.

Эмоции Иксо были переполнены и смешаны. При взлете громадного самолета у него сжалось внутри все в области груди и ниже живота. Боль и грусть от объятий родных в последний раз в аэропорту утихали потихоньку и сменялись приключенческим веянием и воздухом. Ему было крайне интересно, что он увидит при посадке по прилете. А пока же он наслаждался видом из окна. Облака текли как вода. Он радовался всем мелочам, вплоть до еды, которой стюарды угощали пассажиров. Был дико удивлен трем виноградинам, которые лежали на подносе рядом с кашей. Увидев их, он саркастически, но с добрым взглядом ухмыльнулся, вспомнив виноградные лозы дедушки и обилие винограда, грозди которого время от времени, под тяжестью наклонившись до земли и касаясь почвы, становились прикормкой насекомых и червей, после чего начинали медленно гнить, переполняя иногда ароматом прокисшего вина весь сад. При возможности Иксо всегда выбрал бы вторую эстетику во всех проявлениях жизненных событий и ситуаций. Обилие, обилие и обилие.

Раздались два шумных грохота, и перед тем как коснуться асфальта передними колесами, находящимися под самой носовой частью, самолет сделал два пошатывающих пассажиров скачка – раз, два. Раздались в самом салоне самолета бурные аплодисменты и улыбки пассажиров, которые выражали свою благодарность пилоту и, благословляя Бога за удачную посадку в сохранности, говорили такие слова: «Спасибо тебе, Господи, аминь». Еще несколько метров полосы, и самолет окончательно сбавил скорость и остановился. Пассажиры начали лихорадочно вставать со своих мест и тянуться за ручной кладью, находящейся на верхних полках над креслами. Кто-то уже вышел в коридор, приставленный к самолету и ведущий в зал ожидания с принимающими гостями, знакомыми и родственниками.

Иксо привстал с места, взял в руки чемоданчик, в который напихал книги, подаренные мисс Питч, а также пару камушков, взятых с полей, где он пас коров. Также в чемодан родственники клали гостиницы для родных. Выйдя в зал аэропорта, Иксо сразу заметил отца в толпе и подошел неуверенно и медленно к нему. Когда подошел, и отец потянулся к нему, он слегка пододвинул щеку к его щеке, проявив жест приветствия, и молча направились оба на выход из аэропорта.

Открыв двери и оказавшись на улице, у Иксо как будто перехватило дыхание. Это был иной, острый воздух, он пропустил его через нос и рот в легкие, это был морозный воздух осеннего утра. Это была чужая, другая земля для Иксо. Он осматривался вокруг, все иное: люди, машины, поток шума от автомобилей, несущихся по трассе на огромной для него скорости, глаза их не улавливали. Порой все сразу чувства у него были непонятные, неопределенные и смешанные. Оглядевшись вокруг, как нововылупленный птенец, он спросил отца:

– Мы кого-то ждем?

– Нет, вон там машина с водителем. Пошли.

Они направились к маленькому красному автомобилю. Открыв заднюю дверь, Икср уселся на заднем сиденье. Отец рядом с водителем спереди. Водитель с доброй и жизнерадостной улыбкой поприветствовал Иксо.

– Привет, красавчик! Ну что, нравится тебе наша страна?

Иксо в ответ улыбнулся только.

С тех пор прошла пара месяцев, и вот Иксо идет на школьную линейку в абсолютно незнакомую ему школу, где абсолютно незнакомые ему иностранцы. Все, что Иксо знал о языке этих иностранцев, – это их письменность, немного грамматики и чтение. Полное понимание разговорной речи к нему пришло чуть позже.

Итог: Иксо заговорил и сделал успехи в языке и литературе. Он также хорошо себя зарекомендовал в математике. И каждый раз, когда он направлялся к доске и брал мел в свои руки, тут же у него в голове говорила мисс Питч. Он связывал свое превосходство в арифметике с любовью к мисс Питч.

Немного спустя и мать Иксо прилетела, и они начали вместе с отцом жить в поселении, находящемся неподалеку от города и школы Иксо. Первые несколько месяцев Иксо и его мать душила огромная тоска по родине. Масла в огонь добавляли низкие социальные и бытовые возможности, на которые они отчаянно соглашались каждый день.

Шли месяцы, и от школьного буллинга вместе с тяжелой атмосферой оставались лишь воспоминания. Тоска постепенно отступала от семьи. Мать Иксо начинала строить грандиозные планы на сына. Она уже, как на ладони, видела, кем станет Иксо, чем будет заниматься и так далее. Но ключевой финишной линией для нее в вопросе будущего Иксо являлось его обогащение, огромное богатство, которое компенсировало бы все их потери и внутренние терзания.

Живя в такой обстановке, Иксо быстро утвердил свои основные цели и амбиции – деньги любой ценой. Только в их огромном количестве он видел возможность кардинально изменить свою жизнь и жизнь семьи, только они дали бы ему возможность воплотить все свои ценности и высокие мечты в жизнь. Он засыпал и просыпался с мыслями и четкой картиной в голове о его будущей жизни, о богатой, реализованной жизни. И всегда в этих картинах был один только итог, никакого процесса, ведь цель, засеянная ему в голову, была определена задолго. Просто деньги любой ценой. Иксо, наверное, не понимал тогда, каким же образом работает вселенная богатства и через какие уступки открываются двери в богатый мир.

Близились последние летние каникулы перед выпускным годом из школы. К тому времени Иксо в совершенстве освоил языковую программу и всю необходимую школьную программу для успешного прохождения аттестации и получения высоких баллов, зачитывающихся при поступлении в высшее учебное заведение в дальнейшем после окончания школы. Иксо упорно и с усердием принимал участие во всех дополнительных кружках и занятиях, дабы перестраховаться перед грядущим экзаменом, который он по итогу успешно сдал.