Читать книгу Канитель: первый уровень - - Страница 3

К вечеру бабушка Вера поняла: одна не сдюжит. Она пыталась заштопать прореху в защитном куполе над Канителью, но игла дрожала, а нить – та самая, золотая, судьбоносная – выскальзывала из ослабевших пальцев. Гниль была слишком чужеродной, слишком… неживой. Её нельзя было заштопать, как простую дыру, или переплести, как порванную прядь. Она просто стирала сам узор, рассыпала его в пыль, и Вера чувствовала, как вместе с нитями рассыпается её собственная сила, её вековая мудрость.

– Стара я стала, – прошептала Вера, глядя на свои руки. – Глаз замылился. Тут нужен не просто опыт, тут нужна искра. Ярость молодая.

Вера подошла к зеркалу. Из зазеркалья на неё смотрела не просто старушка, а уставший генерал проигранной битвы. В голове крутилась тяжёлая мысль, которую она гнала от себя годами: «Передача Дара». Это не подарок на именины. Это бремя. Бремя, которое может сломить, если носитель не готов. Но и нести его она больше не могла. Кому отдать напёрсток? Гале с почты? Та добрая, но пустая, как барабан. Ленке-фельдшеру? У той рука твёрдая, но веры в чудо – на грош.

– Нужна та, в ком кровь кипит, но совесть не молчит, – вслух рассудила Вера. – Та, что не побоится бросить вызов Пустоте. Та, что сможет сшить то, что рассыпается. Но таких в наших краях уже лет двадцать не рождалось. Все в город утекли.

Она подошла к русской печи. Это был не просто отопительный прибор, а терминал связи Хранительниц. Вера открыла заслонку, бросила в жерло щепоть сушёного дурмана и постучала кочергой по чугунной вьюшке: три коротких, два длинных.

– Вызываю «Заставу». Ядвига, приём. Код красный.

Дымоход гулко отозвался, и через минуту двор огласил рёв, напоминающий звук турбины реактивного самолёта, в которую попал мешок с гравием. На огород, безжалостно примяв тыквы, приземлилась Ступа «Мокошь-МК 2». Шедевр магической инженерии с корпусом из морёного дуба, усиленным титановыми обручами, соплами маневровых метёлок по бокам и встроенной системой навигации по звёздам. Движок работал на чистой тяге лесной силы, с выхлопом аромата сосновой смолы.

Дверь-люк откинулась, и на пороге возникла Яга. Забудьте сказки про костяную ногу и крючковатый нос. Это была вражеская пропаганда. Перед Верой стояла женщина – огонь, женщина – цунами. Лет сорока с хвостиком, в самом соку. Пышная, статная, с грудью, на которой можно разместить поднос с самоваром, и она даже не пошатнётся. Чёрная коса толщиной с руку была уложена короной, а зелёные глаза горели недобрым, но весёлым огнём. Ядвига Петровна была Хранительницей Границы. Той самой, кто стоит между Явью и Навью с дубиной и разворачивает нелегальных иммигрантов из потустороннего мира.

– Ну здравствуй, подруга дней моих суровых! – гаркнула Яга так, что с полки упал горшок с геранью. Она была одета в современный камуфлированный сарафан и берцы, а на шее висели монисто из клыков волков и флешек с данными. – Я, может, как раз ванну из молодильных яблок принимала! А ты «красный код»! Что, опять леший вайфай кабель перегрыз?

– Хуже, Ядвига, – Вера жестом пригласила её за стол. – Чернобог проснулся. Или кто-то из его свиты.

Яга моментально посерьёзнела. Вся весёлость слетела, как шелуха. Её рука скользнула к берцу, проверив, на месте ли заговорённый нож.

– Я чувствовала, – тихо сказала она, её зелёные глаза сузились, как у хищника. – На Границе неспокойно. Тени густеют. Вчера мне пришлось загонять обратно в болото трёх кикимор. Они были напуганы, Вера. Бежали от чего-то чёрного, что ползёт с Севера. А ещё… мои ученицы.

– Что с ними? – Вера разливала чай.

– Сбежали. Обе. Не выдержали инициации, – Яга с досадой стукнула кулаком по столу. – Нынешние ведьмы… Слабые. Им подавай магию по клику мышки. «Окей, гугл, как засушить жабью лапку». А как надо в ледяной ручей зайти или ночь на перекрёстке отстоять – так у них «паническая атака». Нету в них стержня.

Вера кивнула. Вот оно. – Потому и звала. Мне, Яга, помирать скоро не помирать, а на покой пора. Руки дрожат. Узор плывёт. А Гниль – она уже здесь, в деревне. Техника с ума сходит, нити рвутся. Нам нужна Наследница. Истинная.

Яга прищурилась, откусывая сразу половину пряника: – И где ж мы её искать будем? В Тик-Токе?

– Гадать будем. Доставай Блюдце.

Ядвига извлекла из необъятной сумки серебряное блюдце и наливное яблочко. Раскрутила фрукт. По воде пошла рябь, сменившаяся изображением. Оно было мутным, но сквозь помехи проступали очертания огромного города, мигающих огней, потоков машин. И где-то там, в центре каменного муравейника, пульсировала тонкая, едва заметная золотая точка.

– В городе она, – вынесла вердикт Вера. – В самом пекле. Там, где железо и бетон глушат голос крови. Если не вытащим сейчас – погаснет искра. Или Чернобог её первой найдёт. А если он её силу получит…

– То нам всем крышка, – закончила Яга. – Гробовая. Она встала, поправляя пояс. В её глазах снова зажёгся азарт. Старая воительница почуяла битву.

– Ну что ж, Вера Игнатьевна. Собирайся. В город так в город. Давно я «москвичей» не пугала. Только чур, метлой не махать – заберут за нарушение воздушного пространства.

– А ступа?

– Ступу замаскируем. Накину морок – будет выглядеть как элитный внедорожник. Или как бетономешалка, тут уж как карта ляжет.

Сборы были короткими, но основательными. Вера укладывала в старый саквояж не только сменное бельё, но и пучки зверобоя, мешочки с четверговой солью и моток красной шерстяной нити. Яга же проверяла вооружение: смазывала петли ступы жиром медведя, заряжала обереги убойной силой и читала мантру на невидимость.

– Идём в пасть к зверю, – пробормотала Вера, запирая избу на заговор-замок. – В мир, где в магию не верят.

– Ой, да брось ты, – хохотнула Яга, залезая в кабину ступы. – Они там верят в крипто валюту и гороскопы. Это ещё хлеще нашей магии! Садись, подруга. Прокачу с ветерком, да так, что ГИБДД перекрестится!

Двигатель взревел, ступа оторвалась от земли, подняв вихрь из опавших листьев и перепуганных кур, и взяла курс на зарево большого города, что светилось на горизонте, как глаз хищника.