Читать книгу Не бойтесь! - - Страница 2

Врач задумчиво посмотрел на показания аппаратуры, нахмурился, а затем повернулся к пациенту. Его взгляд выражал неподдельное удивление, смягчённое фирменной улыбкой коммерческого врачевателя.

– Очень интересный случай, очень… Вы правда сейчас чувствуете себя хорошо?

Лежащий на койке мужчина средних лет заметно смутился. Его лицо с трёхдневной щетиной как будто сморщилось, искажённое подобием улыбки. После небольшой паузы он ответил врачу:

– Да. Мне просто стало плоховато как-то, доктор… И это уже не впервые. Вот, заставили родные обследование пройти… Ваша клиника хоть и частная, но с хорошей репутацией. Государственные врачи на меня, откровенно говоря, наплевали: сказали, что выдумываю всё. Вон, дескать, здоровый какой!.. Что со мной, доктор?

– Это очень непростой вопрос… Подождите, не нервничайте. Просто мне кажется, что есть некоторые сопутствующие заболевания, которые мы могли упустить, поскольку они не входят в программу обследования. Вы же сегодня уже выписываетесь?

– Да! – ответил пациент. – И очень надеюсь, что причины такого моего состояния прояснятся. Впрочем, не так это и важно. Я в норме и надеюсь, что больше такого не повторится! Выписывайте!

Врач ненадолго задумался. Видно было, что отвечать не хочется, но нужно. Ещё через пару секунд он произнёс:

– Я очень прошу вас задержаться у нас на три дня. Это ваше пребывание оплатит клиника. А у вас будет дополнительная гарантия, что всё в порядке. Хорошо?

Получив, хоть и не сразу, утвердительный ответ, врач быстрым шагом вышел из его палаты.

* * *

Главврач был озадачен. Укоризненно посмотрев на своего подчинённого, он спросил:

– Иван Петрович, ну что за ерунда? Зачем вы на три дня оставили пациента, причём совершенно бесплатно? Я понимаю, что вы – врач, но и об экономике нашей деятельности надо думать. Что случилось?

Врач высшей категории Иван Петрович Мединский, полчаса назад осмотревший странного пациента, положил на стол главврача несколько бумажек и немедля ответил:

– Антон Андреевич, посмотрите результаты его обследования. Как вам его сердце? Ничего не смущает?

Несколько секунд главврач смотрел на непонятные простому человеку значки и графики, после чего поднял глаза на Ивана Петровича и спросил:

– Пациент в коме, я полагаю? Живёт на искусственной поддержке?

– В том-то и дело, что нет! – ответил врач. – Он жив, чувствует себя здоровым. Говорит, что «поплохело», а сейчас – нормально всё!

– Но это невозможно! Его сердце не может прокачать кровь, оно не справляется! Даже при стечении самых невероятных обстоятельств и особенностей организма – невозможно!

На лице главврача читалось искреннее недоумение. Он растерянно смотрел на Ивана Петровича и было видно, что вопрос уже не в затратах клиники на лишнего пациента. В коммерчески настроенном руководителе проснулся настоящий врач, полжизни потративший на обучение и работу в государственных больницах – не за деньги, а за совесть. Антон Андреевич Стравенков недоумевал, но понимал, что в их руках – нечто совершенно необычное.

– Это что вообще?.. – только и выдавил он. – Как он может быть жив при этих показателях?

– Да вот, как-то жив. Такое ощущение, что кровь сама течёт по артериям и венам, без участия сердца! Теперь вы согласны оставить его в клинике ещё на три дня?

* * *

Утро принесло ещё один сюрприз. Сердце пациента почти перестало биться, но он был жив – кровь по-прежнему текла по сосудам, но как – не понятно. Иван Петрович и Антон Андреевич стояли возле палаты пациента и смотрели на него через стекло. Показания приборов были хорошо видны и снаружи.

– Иван Петрович, вы видите то же, что и я? – спросил главврач. – Он же не может жить!

– Да, вижу. Но он живёт, – ответил врач. – Можете пойти и проверить.

– Кровь как будто сама течёт… Сокращениями каких мышц? Как? Сердце сейчас – просто проводник. Делает то, что надо. Выполняет функцию не «мотора», а просто… Даже не знаю, как назвать это! Нет, так не бывает.

– Но он жив, – повторил Иван Петрович. – Жив и очень даже бодр.

Сквозь стекло было видно, что пациент улыбается, читая какой-то журнал. Настроение его было вполне позитивным.

Антон Андреевич ничего не понимал, и его это пугало. Имея огромнейший стаж работы, он видел всякое. Но такого, как сейчас – ни разу. Не понимая, что делать и что сказать, главврач покачал головой и, развернувшись, пошёл прочь. Оглянувшись на своего коллегу, он бегло произнёс:

– Держите в курсе, Иван Петрович. Интересный случай…

Доктор Мединский стоял у палаты пациента ещё около получаса и уже хотел уходить, как приборы показали новые данные: отказали лёгкие.

* * *

Иван Петрович сидел возле пациента и не знал, как начать разговор. Подумав ещё немного, он произнёс:

– Скажите, как вы себя чувствуете?

Вдох. Ответ:

– Неплохо, доктор! Я же говорил, что меня надо выписывать! Я в норме!

– И ничего не беспокоит? Нигде не болит, нет неприятных ощущений?

Вдох. Ответ:

– Да всё в порядке. Ну что же вы? Что со мной не так?!

Бросаясь, как в омут, в совершенно иную ветвь разговора, Иван Петрович спросил:

– А вы не отдаёте себе отчёт в том, что не дышите?

Озадаченный пациент шумно вздохнул, потом просто задумался, и через минуту ответил:

– Странно, доктор. Но такое ощущение, что дышать мне не нужно. Только, чтобы говорить. Это нормально?

Не менее озадаченный доктор, обрадованный готовностью пациента к конструктивному диалогу, ответил:

– Да нет, не нормально. Но вы не чувствуете ничего непонятного, неприятного для себя?

На секунду задумавшись и снова вдохнув, пациент ответил:

– Не чувствую. Просто мне не нужно дышать. Удивительное ощущение!..

Иван Петрович понял, что если пациент готов к диалогу и спокойно воспринимает то, что он сам, как врач, видит с ужасом – надо говорить открыто.

– Увы, проблема не только в этом. Ваше сердце не бьётся.

Пациент удивлённо посмотрел на доктора, приложил руку к груди и через несколько секунд сдавленно произнёс:

– Я что-то чувствую… Но очень слабо. Это как?

– Да, ваше сердце прокачивает кровь через себя. Но сокращения сердечной мышцы – лишь следствие прохождения крови. Не оно качает, а что-то иное… Вены, артерии…. Мы не знаем, как это может быть.

– По сути, я уже должен быть мёртв, доктор?

Спокойно отвечать на этот вопрос Иван Петрович так и не научился. Но в этом случае он нахмурил брови и ответил:

– По сути – да. Но вы живы. И, видимо, можете всё, чего только не захотите. Ваш организм не поддаётся современным представлениям о медицине, анатомии, да и простейшей физике!

– Я ничего не понимаю… Но я чувствую, что не нужно дышать, что сердце почти не бьётся… Оставьте меня, доктор. Мне надо подумать…

Иван Петрович кивнул пациенту и покинул палату. Он хотел это сделать уже давно, столь странный пациент никак не вписывался в его картину мира. Долг врача требовал помочь, дух учёного – изучить, а простая человеческая сущность боялась незнакомого и неизведанного.

Ушёл из палаты он с чувством облегчения. Продолжить разбираться со странным пациентом можно и завтра. Тем более, что врачу предстояло ночное дежурство – и проходило оно в любом случае рядом с пациентом.

* * *

Врача разбудил встревоженный голос старшей медсестры, которая вдобавок трясла его за плечо:

– Проснитесь, Иван Петрович! Беда! Я не знаю, что делать!

Зная, что старшая медсестра обладает серьёзным опытом и не стала бы будить его попусту, Иван Петрович вскочил с кровати и побежал вслед за ней. По пути медсестра пыталась что-то ему объяснить:

– Он висит, понимаете? Не лежит, не стоит – висит! Над кроватью! Да что же это…

Вбежавший в палату врач увидел странную картину: пациент завис над кроватью сантиметрах в пятидесяти, и спокойно лежал в воздухе, словно на перине. На лице его играла улыбка, он не спал.

– Что с вами? – спросил Иван Петрович. – Вы… в несколько странном положении… Не находите?

Пациент повернул голову к врачу, и улыбка стала ещё шире.

– Всё в порядке, доктор… Я задумался над вашими словами – о том, что показываю своими действиями невозможное. Подумал немного, и всё понял. Спасибо вам, что открыли мне мою сущность!

– О чём вы? – растерянно спросил Иван Петрович.

– Да обо всём! – рассмеялся пациент. – Теперь я знаю, что могу всё, что захочу. Не только тело, но и мозг работает совсем иначе, поэтому я понял и причину, по которой всё произошло. Но вам этого знать не нужно. Не соответствуете некоторым критериям развития, уж простите. Возможно, поймёте принцип, но не уловите смысла – что важнее. Я вынужден попрощаться.

– Как это – попрощаться? Куда же вы пойдёте? – недоумённо воскликнул доктор.

– Боюсь, что и это уже совсем не важно. Спасибо вам! Когда-нибудь, через много-много лет, вы меня вспомните. Тогда таких, как я, будет много. Мы – новая раса. Удачи вам!

…Лениво перевернувшись на бок и подложив под голову руку, пациент прямо по воздуху доплыл до окна, улыбнулся, и пролетел сквозь него на улицу, оставив стекло целым. Больше его не видели. А Иван Петрович и Антон Андреевич получили привычку ночами стоять у окна и мечтательно смотреть вдаль, словно что-то высматривали в тёмной и мрачной пустоте.