Читать книгу Моя драгоценная Аврора - - Страница 4

После моих слов между мной и Лией повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь шумом кафетерия вокруг нас. Какое-то время она просто молча смотрела на меня, стараясь переварить услышанное. Привычный оптимизм и жизнерадостность сменились стыдливой неловкостью и растерянностью. То, что я сказала, ранило её – боль так явно отразилась на её лице. Возможно, где-то глубоко внутри я надеялась, что после моей выходки я почувствую облегчение, но вместо этого стало ещё хуже. «Прости» – единственное слово, которое я должна была сказать, чтобы попытаться всё исправить. Но вместо искренности она услышала только стук моих пальцев, отбивающих медленный ритм по деревянной столешнице в ожидании её ответа. Ей было трудно выносить мой пронзительный взгляд, поэтому она первая прервала зрительный контакт, стараясь смотреть куда угодно, только не на меня.

– Я… – наконец дрожащим, приглушённым голосом произнесла Лия. Она нервничала, пытаясь подобрать слова, не понимая, что правильного ответа просто нет. Мне нужно было вмешаться, я знала – подарить ей искреннюю, обнадёживающую улыбку, нежно ущипнуть за щеку, чтобы вернуть прежнюю беззаботность. Но я упустила ещё один шанс сделать правильный шаг. Я беспристрастно наблюдала, как её маленькое тело сжалось, словно котёнок, попавший под дождь. Было тяжело смотреть на разворачивающуюся сцену, но вместе с тем я упивалась собственной жестокостью, болью, которую испытывала, и тем, что кто-то разделял это бремя вместе со мной. Доброта, снисходительность, милосердие… Я бы хотела обладать этими качествами, но как, если сама так редко ощущала их на себе? Ко мне всегда предъявлялись жёсткие требования, существовали высокие стандарты, которым я должна была соответствовать с раннего детства.

– Я не думаю, что это возможно. Феликс… он живёт в общежитии, поэтому вряд ли я смогу помочь ему с садом. Но совсем скоро в школе пройдёт конкурс академического искусства. Если бы я умела рисовать – обязательно помогла бы ему. С каждым днём синяки под его глазами становятся ярче, кажется, он провёл несколько бессонных ночей, чтобы подготовиться как следует, – сказала Лия мягко, пытаясь сдержать дрожь в голосе, потом вновь улыбнулась и подняла взгляд. Это была натянутая, неловкая улыбка, скрывающая её чувства в тот момент. «Хватит, Аврора. Остановись», – подумала я, замедлив, а затем и вовсе прекратив стучать пальцами. Я бесшумно вздохнула, закрыла глаза, а когда открыла – мои губы сложились в знакомую улыбку. Я снова надела привычную маску.

– Понятно, – коротко сказала я, окинув её непринуждённым взглядом. Я вернула ей ту Аврору, которую она знала, снова пряча настоящую себя где-то в тёмном углу, где никто не увидит эту пакость.

– Извини, не хотела тебя обидеть. Наверное, просто плохо спала этой ночью, – добавила я с лёгкой ухмылкой, потянулась, чтобы ущипнуть Лию за щеку, а затем плавно встала со скамьи. Потребовалось немного времени, чтобы она осознала перемену в моём настроении, но, похоже, моё оправдание прозвучало правдоподобно. Недосып – простая и распространённая причина раздражительности. Напряжение постепенно покинуло её тело, она выдохнула и расслабилась. Улыбка на губах больше не была натянутой, а искренней, хоть и с оттенком грусти.

– Ничего страшного, все иногда бывают не в духе. Я не обижаюсь, правда. В конце концов… ты ведь дала мне свой собственный совет, да? Я всё ещё считаю, что он хороший, просто для меня он не сработает. Но… я бы хотела, чтобы сегодня ты легла спать пораньше, хорошо? – сказала Лия со сдержанной улыбкой, аккуратно схватив поднос с остатками еды и встала следом за мной. Я взглянула на часы на запястье. Этот час пролетел так быстро, как бы я хотела, чтобы время на уроках летело так же незаметно, как обеденный перерыв. Пора возвращаться в класс.

– Так значит… Феликс живёт в общежитии? Я этого не знала. Может, расскажешь о нём что-нибудь ещё? – лукаво улыбнувшись и с озорным блеском в глазах, я закинула руку ей на плечо, пока мы шли к выходу из кафетерия. Несмотря на ухмылку, моё удивление было искренним. Я знала, что Феликс поступил сюда благодаря таланту в изобразительном искусстве и что он лучший друг Кая, но не более того. В его соцсетях – только фото его работ, никаких личных данных. Впрочем, я и не пыталась заглянуть за эту ширму.

– Я подумаю, что могу тебе рассказать, и обязательно скажу позже! – быстро пробормотала Лия, возвращая пустой поднос. При упоминании Феликса её лицо вспыхнуло, покраснела даже её шея. Я не преследовала этой цели, но, кажется, мой вопрос застал её врасплох. Судя по реакции Лии, она знает о нём гораздо больше, чем хочет показать. Я с интересом рассматривала её розовую щёку, но как только мой рот разомкнулся для следующего вопроса – Лия ловко скинула мою руку со своих плеч и поспешила к двери, чтобы скрыться в коридоре. Её короткие ножки стремительно преодолевали путь, пытаясь избежать незапланированного допроса. Впервые за долгое время из меня вырвался тихий, искренний смех.

Я не стала её догонять, позволив скрыться за массивной дверью. До следующего урока оставалось пару минут, но на этот раз я не стала спешить. В голове крутились мысли о случившемся за последний час: возвращение Кая после недели отсутствия, его разговор с Феликсом и этот напряжённый диалог с Лией. Я почти пересекла черту, почти показала ей то, что она видеть не должна была. Нужно быть осторожнее, лучше контролировать себя. Как всегда, чувствуя себя просто паршиво. Может, когда-нибудь будет лучше – я на это надеюсь.

Я медленно шла, безразлично наблюдая, как ученики бегут по просторному школьному коридору. Когда моя рука схватила ручку двери классной комнаты, урок уже начался. Меня встретил усталый взгляд седовласого учителя. Но вместо упрёка или вопроса, почему я опоздала, он продолжил лекцию.

– Запомните, дети: важно знать основные концепции мировых религий – христианства, ислама, буддизма и иудаизма. Даже если вы не верите в Бога и сторонники эволюции Дарвина, вы должны уважать каждую конфессию. Возможно, кто-то из вас станет дипломатом, кто-то – мировой знаменитостью. В конце концов, семьи многих учеников занимаются бизнесом с зарубежными партнёрами… – монотонно говорил учитель, глядя на меня. Я стояла в дверном проёме как преступник, пойманный на месте преступления. Я не знала, могу ли войти внутрь или нет. Наконец он тяжело вздохнул и махнул рукой в сторону моей парты, разрешая сесть. Но облегчение длилось недолго – как только я села, он опять посмотрел на меня.

– Уважение – основа всего, не так ли? Надеюсь, все согласны. Важно уважать чужое мнение, религию, собственность… и, конечно, чужое время. Скажите, я прав, мисс…? – спросил он, приподнимая бровь. Его голос оставался спокойным, но укор в тоне нельзя было не заметить.

– Аврора… Меня зовут Аврора. И да, вы правы, – выдавила я, с трудом сохраняя зрительный контакт. Я сидела неподвижно, словно робот. Внутри меня разгорелось парализующее беспокойство, словно если я двинусь, этот седой человек стукнет кулаком по столу и вынесет мне смертный приговор. Я чувствовала на себе взгляды одноклассников: кто-то смотрел на меня с любопытством, кто-то с насмешкой, кто-то с сочувствием. Я так хотела сбежать, но не могла. «Терпи, Аврора. Скоро всё закончится», – мысленно поддерживала себя я, сжимая бёдра.

– Аврора? Отлично. Я запомню это имя, – сказал учитель с улыбкой, но эта улыбка была лишена радости и тепла – скорее это предупреждение, дурное предзнаменование. В этот момент я поняла простую истину – магия моего уединённого места закончилась. Мне больше не удастся быть невидимой.

– Вы опоздали… проявили неуважение ко мне, одноклассникам и тому, что я говорю. Обеденный перерыв заканчивается в одно и то же время каждый день, не так ли? Вы могли поторопиться, чтобы прийти вовремя. Но вместо этого вы неспешно вошли, словно всё в порядке. Это был ваш выбор, и теперь пришла пора ответить за последствия своего решения. Я жду от вас презентацию о буддизме к следующему уроку – публичное выступление перед всеми одноклассниками. Моё время – в обмен на ваше, всё честно, – закончил он, хлопнув по столу. Мой приговор был прост и ясен. Я хотела извиниться, возразить, но знала – сделаю только хуже. Выбор… и его последствия.