Читать книгу Борзый. Раскрою твой секрет - - Страница 5

***

– А давай мы его пристрелим, – предложила мама совершенно спокойно, покручивая в руках бумажный стаканчик, но в нём явно не морс, и внимательно рассматривая Борзого, что стоит возле Илюши и рассказывает ему что-то о новом карте.

– Идея неплохая, но, мам, я ведь только помощник прокурора, – стараюсь говорить серьёзно, но внутри всё звенит от напряжения. – Так что прикрыть такое событие не получится.

– А я Богдашу попрошу, – мама развернулась ко мне, заглядывая внимательно в глаза. – Он вспомнит шальную молодость и поможет моей девочке.

Хочу посмотреть маме в глаза, но не выходит. Приподнимаю уголки губ в нервной улыбке и снова бросаю взгляд на своего сына.

– Мам, пообещай, что ты не влезешь, – тихо прошу у мамули, и сама слышу, как голос дрожит.

– Пф, – фыркает мама. – Ты сама его сожрёшь, а я веник с совком подам, чтобы отходы лишние убрать. – уверенно заявляет она. – Но всё же про Илюшку нужно было сказать. Урод твой Борзов, но даже ваш неблагополучный зачинатель знает, что у него где-то есть дети.

– Мам, – прикрываю глаза и пытаюсь успокоить своих тараканов.

Но мама не продолжает больше, только чмокает в щеку и замолкает.

Аля где-то помогает аниматорам, организовывает всё, а я будто в какой-то прострации. До сих пор помню, как узнала, что беременная. Думала, забудется, но нет. Такое не забывается.

Помню, как записалась на приём к врачу и сидела под дверью кабинета с полной уверенностью, что мне не нужен ребёнок от предателя.

А потом вошла, меня тут же пригласили за ширму, чтобы посмотреть на аппарате УЗИ всё, и я пропала. Ехала домой и тихо рыдала, пряча от пассажиров метро красные глаза.

И оказалось, что не только я с таким сюрпризом. Как мы тогда все справились, не представляю. Хотя представляю. Мама, Аля, Ден и дядя Дан, дедуля. И самый короткий и ёмкий разговор за всю нашу жизнь.

Если на Алю с Деном они смотрели строго, но ничего уже невозможно было поделать, то на меня взгляд был направлен другой.

– А может… – только заикнулась тогда мама, но дедушка как отрезал.

– Не может!

– А если… – мама решилась вставить ещё раз.

– Нет, Ярослава!

И всё. На этом весь разговор закончился.

– О чём думаешь, дочь? – спросила мама тихо, когда наше молчание затянулось.

– Дедулю вспомнила, – ответила я, слыша, что мой голос сел.

Мама напряглась, но сдержалась. Когда дедушки не стало, это оказалось ударом для всех. И ведь он даже не жаловался ни на что. Он просто лёг отдохнуть в обед, перед этим весело поиграв с правнуками, и больше не проснулся.

Все те дни прошли для нас как будто в каком-то вакууме. Даже мальчики не шалили. Дом был наполнен такой давящей тишиной, что всё сворачивалось в узел.

– Он гордится вами, – уверенно сказала мама, разворачиваясь к столу, что-то выискивая глазами.

– Мам, что ты ищешь? – спрашиваю я, понимая, что мама чего-то не видит.

– Да хотела себе ещё коктейль смешать, а то не выдержит моя престарелая нервная система всех сегодняшних событий, и точно кто-то пострадает, – бубнит мама тихо. – Но кто-то возомнил себя явно бессмертным и унёс куда-то тару.

– Давай свой конспиративный стаканчик, – тихо смеюсь я. – Сама тебе смешаю. Но ты только никого не убей, – добавляю я, улыбаясь, а мама уверенно кивает мне, вот только один глаз косит в сторону Дениса и Борзого.

Хотя, может, и можно кого-то покалечить. Да толку. После драки кулаками не машут. А у нас и драки-то не было. Так, всего лишь постоянные боевые действия.

Мы же даже переспали с Борзым на спор. Он меня достал своими приколами, а я сказала, что такие, как он, не умеют даже девушку возбуждать. Вот он и доказал обратное.

Вхожу в дом, и кожа покрывается мурашками. Здесь просто кондиционер работает и слишком яркий контраст с улицей. Но если себя можно обмануть, то тело, как оказалось, не обманешь. Зачем только вспомнила всё?

Вхожу на кухню и нахожу мамину бутылку в холодильнике. Улыбаюсь, потому что догадываюсь, что это дядя Дан унёс её. В этом весь Стальнов. Да и Ден такой же.

Достаю сок, лёд и смешиваю всё в стакане, пытаясь переключить внимание на всё что угодно, но только не на Борзова.

Рядом со мной на столешницу ложится мужская рука, а тихий низкий голос с хрипотцой произносит у самого уха:

– Скажи, ты своего мужа съела?

Не разворачиваюсь к Борзому, стискиваю зубы и хочу послать, пока мне не доходит смысл его слов.

– Кого? – разворачиваю голову в его сторону и замираю в нескольких миллиметрах от его губ, задыхаясь от его запаха, который отравляет сознание.

Смотрю в его глаза и заставляю себя отойти на шаг. Борзый напрягается, но ничего не делает больше.

– Мужа, – повторяет он с запозданием.

– Борзов, ты видишь здесь какого-то левого мужика? – спрашиваю щурясь, стараясь говорить зло и не выдавать дрожь в голосе.

– Ну Илюху же ты родила от кого-то, – хмыкает он и разворачивается так, что опирается задницей о столешницу.

Молчу. Я даже не могу заставить себя открыть рот и сказать, что не замужем и никогда не была. Да и не собираюсь я туда. Не всем везёт, как Але или маме. И я приняла всё, что происходит со мной.

– Не расскажешь, как жила здесь? – спрашивает Борзый, а я вскидываю бровь от резкой смены темы.

– Ты мне кто? – спрашиваю серьёзно и ставлю на кухонный остров мамин стакан. А то, боюсь, его содержимое до мамули не дойдёт. – Друг, брат, муж? – перечисляю я. – Вот именно – никто! – выделяю последнее слово. – И ты мне мешаешь.

– И чем же? – снова вопрос. – Бухать в одиночку? – он кивает на стаканчик. – Могу предложить свою компанию, – и его губы растягиваются в слишком знакомой улыбке.

У меня такое ощущение, что ему всё равно на все мои колкости и замечания. Его поза не меняется, только взгляд становится более пронизывающим. И от этого по коже бегут те самые противные мурашки-предатели.