Читать книгу Борзый. Раскрою твой секрет - - Страница 8

***

Голова болит, но мозг как никогда работает чётко. Утро после наших разговоров со Скифом начинается с неожиданного визита.

И как же хорошо, что я всё-таки решил поехать в офис, а не остаться дома. Воскресенье – самый лучший день, чтобы проверить всё без снующих везде недовольных рожь.

Сижу за ноутом и пытаюсь сообразить, как же так вышло, что у отца здесь полный бардак. Перебираю списки сотрудников и нахожу в них не только мачеху, но и её урода-сыночка.

Вот только я совсем не ожидал, что кто-то ещё, помимо меня, может прийти в воскресенье сюда. За дверью послышались шаги, а за ними мат и шуршание на столе секретарши. Впрочем, ничего удивительного – я подхожу к двери и, открыв её, наблюдаю того самого Тимошу.

– Нашёл, что искал? – спрашиваю, опираясь о косяк двери, и даже немного расстроен, что это чмо не завизжало.

Хотя дёрнулся он знатно и даже снёс кресло секретарши. Всё имя как-то её не запомню.

– Какие люди, – Тим быстро берёт себя в руки и смотрит на меня уже привычным взглядом. – И что же ты здесь делаешь? Да ещё и в выходной. Тёлок не таскаешь. Даже не верится. Хотя, судя по твоей побитой роже, приключения ты уже нашёл.

– Ты знаешь, мне тоже интересно, что ты здесь делаешь? – спрашиваю я, игнорируя его выпад.

– Пришёл забрать свои документы, – хмыкает Тим, а я вот даже не знаю, что мне сделать. Послать его словами или сделать так, как Скиф вчера?

– А здесь есть что-то твоё? Сомневаюсь, – спрашиваю и сразу отвечаю.

– Так и твоего нет, – скалится Тим, складывая руки на груди.

Смотрю на него и понимаю, что я был такой же. Слишком дерзкий, свободолюбивый, отбитый. Старался красоваться и выёживаться. И к чему меня это привело?

– Я тебя расстрою, братец, – вскидываю бровь и смотрю на него внимательно. – Но здесь теперь всё моё. Так что ты можешь не напрягаться. Завтра ни тебя, ни твоей мамаши здесь не будет.

– Ненадолго, – отвечает Тим и быстро идёт на выход.

Молчу. Не вижу смысла что-то спрашивать, да и говорить нет желания. Предчувствие паршивое, особенно после фразы братца, но я справлюсь.

Возвращаюсь в кабинет и набираю охрану:

– Если я ещё раз узнаю, что вы пропустили в офис кого-то чужого, все пойдут искать себе работу на бирже труда.

Не дожидаясь ответа, отключаюсь. И так башка туго соображает, пытаясь систематизировать всё, что происходит в последние дни, так ещё и эти родственнички подкидывают проблем.

А чего я ожидал? Явно же не тёплой встречи. Бросаю взгляд на ноут и, быстро набросав приказы на увольнение, отправляю их в отдел кадров и себе оставляю.

Я эту тварь с её сынком на дух не переношу. И ведь действительно никто ничего не знает, потому что я струсил, не рассказал, но сын Виолы тоже сыграл не последнюю роль в моём отъезде. Семейка пиявок, что присосалась и не отодрать.

А ещё я готов всё бросить. Пусть оно катится ко всем лешим, но что-то останавливает.

Но сначала нужно всё закончить, пока мысли снова не ускакали в то русло, где я буду грызть себя и обвинять её. Хотя Скиф так и не ответил на мой вопрос, а ведь я ждал, что хотя бы друг меня разубедит в моих догадках.

День заканчивается слишком напряжённо, да и понедельник начинается не лучше. Но стоить мне подъехать в ресторанчик недалеко от работы, как мою компанию нарушают.

– Саня, приветствую. Как ты? Отошёл от детского праздника? – от голоса дяди Дана, он же Богдан Сергеевич Стальнов, становится не по себе.

– Здравствуйте, Богдан Сергеевич, – откладываю быстро мобильный и поднимаюсь, чтобы пожать руку.

Смотрю на этого поседевшего мужика и пытаюсь понять, вот как так вышло, что он весь цветет и полон сил, а мой отец уже наполовину в могиле?

– Отошёл, – улыбаюсь ему. – Не так страшно оказалось.

– Ну это только начало, – хмыкает он, присаживаясь напротив. – Вот был случай, внуки добрались до моего сейфа. Благо, у меня там всё разряжено и стоит отдельно. Но влетело мне по полной и от Ягодки, и от девочек. Зато теперь парни увлеклись не только тачками, но и стволами.

Немного закашливаюсь и даже удивляюсь тому, как спокойно говорит об этом Стальнов. А вот воображение быстро подкинуло мне лица супруги Богдана Сергеевича и рыжих. Даже боюсь представить, что это торнадо могло учудить.

– А Вы какими судьбами здесь? – спрашиваю я, стараясь понять, как он оказался напротив меня.

И ведь по взгляду видно, что не просто вежливость. И это тоже приходит с годами: умение видеть то, что люди усиленно стараются спрятать под маской.

– Любаша здесь недалеко на занятиях, а я решил подождать её, – улыбается Богдан Сергеевич и становится даже моложе, когда говорит о своей младшей дочери.

– Она так выросла, – киваю я.

– Да, – подтверждает Стальнов, бросая взгляд в окно, но быстро возвращает назад. – Время вообще быстротечно. Не успеешь оглянуться, как жизнь прожита, а за плечами только горы ошибок и никакого просвета.

– Ну я бы не сказал, что у Вас за плечами гора ошибок, – отвечаю я, но мозг усиленно начинает соображать, к чему всё это.

Мне приносят заказ и, на удивление, Богдану Сергеевичу тоже приносят салат и кофе.

– За фигурой слежу, – улыбается он, замечая мой удивлённый взгляд. – Яся слишком строга в этом плане, – он тепло отзывается о своей супруге, маме Лики и Али, а я завидую. – А по поводу ошибок, – неожиданно добавляет Стальнов. – Кто сказал, что я говорю о своих?

– Не понял, – хмурюсь я.

– Вот вы с Деном росли вместе. С определённого возраста, – улыбаясь, добавляет. – Но вот мозгами природа вас явно обделила. Но, хочу заметить, на Дена занятия боксом хорошо сработали.

Я бы закашлялся, но сдержал себя, вспоминая разрисованную харю Скифа после последних спаррингов с его отцом и Иваном, начальником охраны Стальнова.

– А вот тебе явно меньше в жизни доставалось, – хмыкает он и начинает есть.

И мне бы согласиться, но нет. Зачем я буду открывать свою тёмную душонку человеку, который сюда пришёл явно не просто так. Я подожду. Но мы едим, перебрасываемся незначительными фразами и просто обедаем.

На мобильный Стальнова приходит сообщение, он быстро читает его и улыбается. Даже дико смотреть на мужика, который когда-то держал в страхе не только наш город, а теперь улыбается смс-ке.

– Любаша освободилась, – отвечает он, бросая на меня взгляд. – Ну и к делу тогда, – а вот теперь он становится серьёзным.

Вся напускная вежливость исчезает, будто и не было.

– Проблемы у тебя, смотрю, незавидные. Что делать думаешь? – спрашивает он, а я напрягаюсь.

– Не соображу пока, к чему всё, – спрашиваю я.

– Иногда нужно попросить помощь, Сашка. Прийти к человеку, даже если он тебе враг, и попросить помощи. Настоящий враг поможет и в спину не ударит, в отличие от тех, кто живёт с тобой под одной крышей, – ох уж эти поучительные речи Стальнова. – Так что делать собираешься?

– Не знаю, – отвечаю честно, вероятно впервые за много времени, и так паршиво внутри.

– А если подумать, – щурится Богдан Сергеевич.

– Уволил бы нахер всех и набрал новых. Но я даже не знаю, с какой стороны подступить, – рычу я, понимая, что здесь, в холдинге бати, я слаб и слеп. И это раздражает до ярости.

– Вариант хороший, – кивает Стальнов. – Так что, помочь тебе, Сань?

– Зачем? – спрашиваю я, не в силах ответить согласием.

– Потому что так поступают друзья, – уверенно заявляет Стальнов. – Врагами мы можем в любой момент стать, но, думаю, девочки мои не простят, – и снова эта улыбка.

– Вероятно, я что-то не понимаю, Богдан Сергеевич, – хмурюсь ещё сильнее.

– Даже больше, чем можешь представить. Но всё же помощь я тебе предлагаю. И даже несколько вариантов есть, как всё провернуть быстро и без потерь, – спокойно говорит Стальнов. – Когда начинаешь работать «в белую», нужно уметь вертеться ещё круче, чем «втемную», ты знал? – но ответа он не ждёт. – Давай так. В выходные все съедутся к нам. Ждём тебя в гости. Да и Илюха расстроился, когда ты уехал со дня рождения не попрощавшись. Не обижай моего внука, – и столько всего в словах Богдана Сергеевича, что не вмещается всё в мою черепушку. – Я поехал, а то моя малышка ускачет куда-нибудь, а я буду злиться. Девочки не парни. За ними глаз да глаз нужен, – он подмигивает и уходит.

А я всё так же сижу с недоеденным стейком и пытаюсь понять, что это было.

И какого хера у меня ощущение, что все чего-то не договаривают?

После обеда в офис не возвращаюсь. Еду в зал. Но при каждом подходе мозг вроде и выветривается от одних мыслей, заполняя всё пространство Ликой и Ильёй.

«Она никогда не была замужем, Борзый», – слова Скифа бегущей строкой бегут в мозгу.

«Илюха расстроился, когда ты уехал со дня рождения не попрощавшись», – следом мелькают слова Стальнова-старшего.

– Да блядь! – рычу я, впечатывая кулак в боксёрскую грушу так, что боль пронизывает руку. – Она бы сказала! – говорю сам себе, но тут же получаю ответ: – Хрен бы она сказала.

Ночь на улице. И я понимаю, что они могут уже спать, но всё равно сижу в тачке напротив подъезда Лики и смотрю на её окна. Вижу, как в них мелькает тень, и тихо рычу.

Я заехал в детский магазин. Снова. И купил какую-то крутую винтовку Илье. Снова букет взял, только в этот раз пионы. Выхожу из тачки, и как же вовремя из подъезда выходит милая старушка.

Ныряю в открывшуюся дверь и уже стою у квартиры Лики. Нажимаю на звонок и жду. Мне бы остановить себя, но если не получу ответ, то сейчас станет совсем невмоготу.

А ещё я чувствую её. Даже сквозь дверь ощущаю её тепло и дикий взгляд. Ох, Лика, я пришёл за ответами.