Читать книгу Коза на передержке - - Страница 5

Вот мы с чемоданом стоим в деревне «Дедушкино», рядом с домиком деда Прыткина Фёдора Афанасьевича.

И знаете, что самое смешное? Ни души на территории! Даже никто не встречает, хотя я ему телеграмму отправляла с пометкой «Срочно, любимому деду! Внучки на пороге с чемоданом!»

Скрипучая калитка неохотно поддаётся, и мы входим во двор. Проходим мимо пустой собачьей будки, которая, кажется, давно не видела живого существа.

– Дедушка, ау-у-у! Есть кто живой? – Зина решила позвать деда первой.

Тишина в ответ, только петух на заднем дворе решил проявить инициативу и кукарекнул, словно говоря: «А вот и я! Только я тут, и никого больше нет».

Ну что ж, будем считать, что это приветственный сигнал от местного жителя.

Решаем зайти в дом. Дверь тоже противно скрипит, но мы всё же открываем и заходим внутрь. Пусто. Тишина. Только пылинки танцуют в солнечных лучах, пробивающихся сквозь занавески, а на стене тихо часы постукивают и кукушка вылетает.

– Дед, не смешно уже, выходи давай! – бурчу в пустое пространство вокруг себя.

Осматриваем помещение, здесь всё так же, как и в детстве. На стенах висят старые фотографии в рамках, пожелтевшие от времени. На одной из них – мы с сестрой маленькие, с забавными хвостиками, рядом улыбаются родители. В углу комнаты стоит массивный шкаф, наполненный книгами. На полках аккуратно расставлены фарфоровые статуэтки, каждая из которых напоминает о каком-то событии. На столе кипит начищенный самовар, на печке что-то булькает и шкварчит.

Только я хотела присесть на стул, а Зинка пройти дальше в дом, как вдруг в наши затылки что-то упирается. Ну, конечно, кто же ещё мог это сделать?

– Руки вверх и без фокусов! – велит командным тоном дед, тыча в нас дулом от оружия.

– Дед, ты в своём уме? – шиплю я, пытаясь понять, что происходит.

– Руки подня́ла, говорю! – продолжает дед, не слушая меня. – Я вас, воров, за версту чую!

– Дед, да какие воры? Это же мы, твои внучки, Люда и Зина! – кричит сестра, начиная трястись от страха, что дед окончательно съехал с катушек и даже нас об этом не известил.

В этот момент я поняла, что спорить с дедом бесполезно. Лучше просто поднять руки и надеяться, что он успокоится.

– Тьфу, внучки, говоришь? Да какие же вы мне внучки! Мои внучки как пять лет уж сгинули, и про деда родного забыли напрочь! – дед аж покраснел от обиды и злости.

– Да как же мы забыли, дедушка! – я аж не поверив своим ушам, резко повернулась к нему лицом. – Письма тебе каждую неделю писали, по телефону трещали чуть ли не каждый день!

– Эт поначалу, голубушка, а потом что? Совсем на деда наплевать стало! Москва-то, видать, совсем вас испортила. Нету у меня больше внучек и точка! Разворачивайтесь и пошли прочь отселева, пока оружие в дело не пошло! – дед махнул передо мной дулом, да так грозно, что мы с Зиной одновременно плюхнулись на стулья.

– Да, дедушка! – я вскочила со стула, как ошпаренная, и давай его глазами сверлить. – Мы может, соскучились по тебе, а ты нас, гонишь!

– Тьфу ты, ишь ты, соскучились они! – дед бормочет, опуская средство защиты. – Пять лет ни слуху, ни духу, а теперь, значит, соскучились! Ты эту ересь для Москвы оставь. Чего натворили-то?

Мы с Зиной переглядываемся, сестра начинает нервно теребить край платья.

– Да… – начинаю мямлить, опустив глаза в пол. – Да ничего, просто соскучились… Нельзя что ли?

Пытаюсь хоть как-то не показывать, что у нас проблемы. Если дед узнает, что я бандитам деньги должна… Он меня, этим же оружием первый и укокошит!

– Соскучились они, видите ли! – дед головой качает, усмехается. – Я ж вас с пелёнок знаю. Когда петух в жопец клюнет, так сразу про родственников вспоминаем. – дед недовольно скривился.

– Ну дедушка, ну чего ты! Мы ничего не сделали плохого. – Зинка пытается оправдаться, а сама краснеет, явно от стыда, что приходится деду врать.

– Никто нас не клюёт, не клевал! Просто… Просто соскучились, честно пионерское! – тут же добавляю, надеясь, что он наконец-то смягчится.

– Люська, ты ж мне голову морочишь! Чё за базар-вокзал разводишь! Не гони деду на нервы, а то я тебе, энто, щас! – дед как кулаком по столу стукнет. – Чаго натворили, бесовки!

Мы с Зиной аж вздрогнули от крика. Я, значит, зажмурилась, чтоб не видеть его грозного взгляда, и давай молоть языком, как мельница на ветру:

– Дедуль, беда у меня, у нас! Долг перед бандюгами. Можно мы у тебя временно перекантуемся, пока всё не уляжется?!

Дед аж закряхтел от такого поворота:

– Ты, Люська, совсем из ума выжила? Какие ещё бандиты? Какие долги?

Открываю один глаз, потом другой, и на лбу сразу морщина появляется, как будто я уже знаю, что сейчас услышу что-то эпичное.

– Ты представляешь, мы с Зиной решили открыть салон красоты! Я пошла в банк, а они мне такие: «Ой, нет, не дадим тебе денег!» И тут я такая: «Ну ладно, пойду к местному бизнесмену, может, он поможет». Он, конечно, помог – дал мне денег. Но вот бизнес… Он не пошёл. Теперь я у бизнесмена в долгу, как в капкане.

На моём лице такая умоляющая гримаса, что, кажись, даже дед не смог сдержать улыбки. Я смотрю на него с надеждой, что он не вспомнит про своё оружейное средство. Солью по пятой точке – это, знаете ли, не самое приятное развлечение.

– Дедушка, родненький, миленький наш, – начинает Зина, чуть не плача. – Никто не знает, что мы тут, можно мы поживём у тебя? Может, эти бандиты про нас забудут, и потом мы тихо-мирно свалим отсюда.

Дед задумчиво посмотрел на меня, потом на сестру, потом на одно оружие.

– Люська, влезла в какие-то дела, сестру втянула в это, а теперь к старому деду на шею? – гаркнул дед, глядя на меня, как на полоумную. – Не хватало мне ещё бандюков на хвост ловить!

Я, конечно, попыталась возразить, но дед не дал и слова вставить. От обиды хватаю чемодан и буквально бегу к дверям.

– Пошли Зина, нам тут не рады! В лесу перекантуемся! – хватаю сестру за руку и тяну её за собой, она только хотела рот открыть, что-то ляпнуть, но не успевает.

– Сидите уж, куда вы попрётесь! Тут хоть под присмотром будете, ты прямо как, ваша мамка в молодости.. Тьфу, прости господи, вечно вляпывалась в истории. И тебя в ту же степь тянет!

Тут дед прищурился и добавил с ухмылкой, уже догнав нас на улице:

– Хотя… Если тебя Люська выпороть как следует, может, ума прибавится. А то ишь, в лес подалась, как дикая! Ну-ка марш в дом, пока я вам обоим ремня не всыпал!

Я шмыгнула носом, и резко остановилась, крепко сжимая чемодан, а сестра тем временем шепчет:

– Мила, может уже хватит цирк устраивать. Вдруг у дедушки инфаркт будет, – Зина жалобно покосилась на деда. – Всё равно он нас не выгонит.

– Да тихо ты, нужно добавить немного драматизма. – постояв пару секунд в одном положении, я подхватила чемоданище и мы потопали обратно в хату.

Всё-таки дед у нас хоть и строгий, как старый дуб, но всё равно родной и любимый.

– Дедуль, – обняла я нашего старичка с такой силой, что чуть не сбила его с ног. – Спасибо тебе, родненький, что приютил.

– Люся, учти, – зыркнул он на меня, как орёл на воробья. – жить будете по моим правилам. – он смотрит на сестру и на меня. – Хозяйство теперь на вас. Уборка, готовка, стирка. Коль не нравится, то выход сами знаете где, на околице.

– Да всё ясно, дедуль, – улыбнулась я, чмокнув его в щёчку. – Теперь мы с Зиной деревенские Золушки, только без хрустального башмачка.