Читать книгу VQ: ваше альфа-топливо. Роман-практикум по перепрошивке кода вашего лидерства - - Страница 7

Неделя после разговора со Смирновым стала для Анны адом. Не потому, что работы прибавилось, а потому, что она видела последствия своей ошибки повсюду.

Павел, которого она так легкомысленно бросила на амбразуру операционных отчётов, не справился. На совещании у Смирнова он пытался оправдаться, запинаясь и путаясь. Анна молчала, чувствуя, как жар стыда разливается по её телу. Она подвела его.

Смирнов не смотрел на Павла. Он смотрел на неё. Его взгляд был тяжёлым и безмолвным вопросом: «Ну что, Вишневская? Каков ROI вашего энергетического эксперимента?»

Вечером того дня она вернулась домой полностью разбитой. Глеб встретил её радостной новостью: «Я заключил контракт! Невозможное – возможно! Давай отметим!»

Анна посмотрела на него, на его сияющие глаза, и… ничего не почувствовала. Ни гордости, ни радости. Только густую, вязкую пустоту. Её эмоциональный генератор отключился.

Она машинально пробормотала: «Это прекрасно», – прошла в спальню и села на кровать, уставившись в стену. Мысли путались, в голове стоял оглушительный шум.

Через пару часов, когда первая волна пустоты отступила, она достала блокнот. Дрожащей рукой вывела: «Я инвестирую в проекты с отрицательным ROI, но мой главный актив – отношения с Глебом – стремительно девальвируется. Я экономлю энергию для совещаний с Ольгой Львовной, а вечером у меня не остаётся сил даже на нормальный разговор с самым близким человеком».

Осознание ударило с новой силой. Она не просто подвела команду и разочаровала Смирнова. Она систематически разрушала единственные по-настоящему ценные отношения в своей жизни, тратя лучшую часть себя на корпоративный шум.

Внезапно, её взгляд упал на блокнот, лежащий на прикроватной тумбочке. На раскрытой странице горели слова: «Протокол „Красный код“ (первые 24 часа)».

1. Немедленная эвакуация.

2. Активация «Безопасного режима».

3. Техника «Аварийная стабилизация системы».

Раньше эти пункты казались ей абстрактной теорией. Сейчас они читались как инструкция по выживанию.

С дрожащими руками она достала телефон. Первый раз за много лет она написала Смирнову не рабочее сообщение:

«Арсений Петрович. Активирую протокол „Красный код“. На 24 часа вне зоны доступа. Вишневская».

Она не ждала ответа. Выключила телефон. Отменила все будильники. Зашторила окна. Включила в ванной горячую воду и стояла под душем, пока кожа не покраснела. Она делала все пункты с механической точностью робота. Тепло. Темнота. Тишина.

Потом легла в постель и начала дышать по схеме 4-4-4-4. Четыре секунды вдох. Задержка. Выдох. Пауза. Сначала мысли о работе, о провале, о Глебе продолжали атаковать её. Но она, стиснув зубы, концентрировалась только на счёте. На пятом цикле что-то щёлкнуло. Паника начала отступать, словно отлив.

Она не пыталась анализировать, не корила себя. Она просто дышала. Это и была та самая «аварийная стабилизация».

На следующее утро она проснулась не отдохнувшей, но хотя бы соединённой обратно с реальностью. Первым делом она решила поговорить с Глебом.

– Прости меня за вчера. Я очень устала. Расскажи про свой контракт – я хочу услышать все подробности.

Они сели в гостиной, и Анна, выключив внутреннего критика, просто слушала, как он с воодушевлением рассказывает о своей победе. И понемногу лёд в её груди начал таять.

Затем она включила телефон. Пришло всего одно сообщение от Смирнова. Краткое, как всегда: «Протокол принят к исполнению».

Больше ничего. Ни упрёков, ни вопросов. Он понял. И, что было самым невероятным, – он принял её правила игры.

В течение дня она провела «VQ Board Meeting» наедине с собой, как и было предписано. Ответила на три вопроса письменно.

– Что случилось? – «Я делегировала задачу, не подготовив человека. Я подвела команду и проигнорировала потребности самого близкого человека».

– Что я сейчас чувствую? – «Стыд. Разочарование в себе. Усталость».

– Какие мои базовые потребности были проигнорированы? – «Сон. Личные границы. Признание своих ограничений».

На основе этого она утвердила новый план. Не бросаться исправлять всё сразу. А начать с малого. Создать «систему кибербезопасности» для своего VQ.

Она написала два письма. Первое – Павлу. Не с оправданиями, а с чётким планом поддержки. Она брала на себя часть его нагрузки, чтобы дать ему время научиться. Второе – Ольге Львовне. Вежливое, но не допускающее возражений. Она чётко обозначила свою роль: «стратегический контроль ключевых точек», а не «организатор-универсал».

Индикатором завершения кризиса стало то, что вечером, готовя ужин вместе с Глебом, она поймала себя на том, что напевает. Негромко, несмело. Но это была не машинальная деятельность. Это был момент жизни.

Она не стала суперженщиной за один день. Но она перестала быть разбитым зеркалом, отражающим лишь осколки самой себя. Она собрала себя по кусочкам, используя собственную систему как карту. И впервые поняла, что искусство VQ – не про то, чтобы никогда не ломаться. Это про то, чтобы знать, как починить себя, когда это неизбежно произойдёт.

А завтра предстояло самое трудное – вернуться в офис. Но теперь у неё был план. И, что важнее, – понимание цены, которую она больше не была готова платить.