Читать книгу Просто камень - - Страница 9

Ресурсы были второй валютой договора. Они тоже соответствовали признакам – но работали иначе. Понимание этого различия важно для понимания всей системы.

Ресурсы не покупали тепло напрямую. Если бы покупали – это была бы торговля телом. Она существовала всегда, параллельно договору. Но это была другая сделка. Простая. Деньги – услуга. Услуга оказана – сделка закрыта. Никаких дальнейших обязательств. Никакого тепла – потому что тепло не продаётся поштучно.

Договор был сложнее. Ресурсы покупали не тепло, а доступ. Возможность. Шанс. Они были входным билетом, а не оплатой товара. Различие существенное.

Билет в театр не гарантирует, что представление понравится. Он гарантирует право войти и смотреть. Что произойдёт после входа – зависит от представления и от зрителя. Ресурсы работали так же. Мужчина, показывающий ресурсы, не покупал тепло. Он покупал право на внимание. На время. На возможность показать себя. Дальше – зависело от него.

Это важное уточнение. Ресурсы не были гарантией. Богатый мужчина мог получить доступ – и потерять его, потому что оказался скучным, грубым, неприятным. Бедный мужчина мог не получить доступа вообще – и так никогда не показать, каким он мог бы быть. Ресурсы отсекали и допускали. Но не предрешали.

Показ ресурсов выполнял роль знака. Знак сообщал: этот мужчина может обеспечить. Не «хочет» – может. Способность важнее намерения. Намерение можно изобразить. Способность – только показать. Если он добыл это сейчас – вероятно, добудет и потом. Это был указатель качества, направленный в будущее.

Смысл был в развитии вида. Женщина выбирала спутника не для сегодня – для жизни. Сегодняшние ресурсы значили мало, если завтра их не будет. Важна была способность добывать. Ресурсы были доказательством этой способности. Не единственным – но весомым.

Развитие вида сформировало женщин для считывания этих знаков. Не сознательно – на уровне откликов. Мужчина, показывающий способность обеспечить, вызывал интерес. Не потому что женщина думала: «он богат, надо его захватить». Мысль могла быть совсем другой. Или не быть вообще. Но устройство, сложившееся тысячелетиями, сообщало: этот самец перспективен. Этот достоин внимания. Этого стоит рассмотреть.

Это работало до появления денег. Охотник, принёсший много мяса. Воин, захвативший добычу. Вождь, имеющий власть над другими. Всё это было «ресурсом» – показом способности обеспечить. Работало с появлением денег. Торговец с товаром. Землевладелец с землёй. Чиновник с должностью. Формы менялись – назначение нет. Работало независимо от сознательного понимания. Женщина не разбирала. Она чувствовала. Устройство работало само.

Формы ресурса менялись, но назначение оставалось. В одну эпоху ресурсом было мясо. Добытчик мяса был ценен. В другую – земля. Владелец земли был ценен. В третью – золото. Обладатель золота был ценен. В четвёртую – деньги. Тот, кто зарабатывал, был ценен. В пятую – положение, влияние, связи. Тот, кто имел их, был ценен. Форма зависела от того, что было редким и ценным в данном обществе. Назначение не менялось никогда: показать способность обеспечить будущее.

Положение заслуживает отдельного упоминания. Положение – ресурс особого рода. Он не является вещественным – его нельзя положить в карман, нельзя потрогать. Но он превращается в вещественное с высокой надёжностью.

Вождь племени не платил мясом за внимание женщин. Он платил положением. Положение означало: у меня есть доступ к ресурсам. Любым ресурсам, которые есть у племени. У меня есть власть. Моё слово – закон. У меня есть защита. Никто не тронет того, кто со мной.

Женщина, выбирающая вождя, выбирала не конкретного мамонта. Она выбирала поток мамонтов. Не разовую удачу – постоянный доступ. Не случайность – закономерность. Положение было лучшей гарантией будущего, чем любое количество текущих ресурсов.

То же работало в более сложных обществах. Дворянин не показывал деньги – он показывал принадлежность к сословию. Деньги могли кончиться. Сословие – нет. Принадлежность означала: ресурсы придут. Не от меня – от устройства, частью которого я являюсь. Земли, доход, наследство, связи – всё это было встроено в принадлежность.

Учёный не был богат. Учёное жалованье редко было значительным. Но его положение означало устойчивость. Уважение окружающих. Перспективы для детей. Принадлежность к мыслящей верхушке. Это было ресурсом – другого рода, но ресурсом.

Музыкант, лицедей, человек известный не показывал счёт в хранилище. Но его известность превращалась в доступ к ресурсам любого рода. Двери открывались. Возможности появлялись. Люди хотели быть рядом. Это тоже был ресурс.

Ресурсы как валюта обладали своими свойствами. Ограниченность: не каждый мужчина мог показывать значительные ресурсы. Требовались усилия – годы работы, риска, накопления. Требовались способности – не каждый умел добывать. Требовалась удача – мир несправедлив, и равные усилия давали неравные результаты. Это создавало нехватку успешных мужчин. Нехватка создавала ценность.

Признаваемая ценность: обе стороны признавали, что ресурсы – это что-то. Мужчина знал, что его усилия имеют меновую ценность. Он не просто работал – он создавал нечто, что можно обменять. Женщина знала, что ресурсы – плата за её внимание. Она не просто принимала – она получала нечто взамен того, что давала. Взаимное признание делало обмен возможным.

Проверяемость: ресурсы было легко проверить. Деньги можно было увидеть. Потратить. Убедиться, что они настоящие. Положение можно было подтвердить. Спросить других. Увидеть отношение окружающих. В отличие от тепла, ресурсы было трудно подделать надолго. Притворяться богатым – дорого. Нужно тратить, чтобы казаться. Рано или поздно деньги кончатся, и подделка раскроется. Притворяться влиятельным – рискованно. Проверка покажет, что влияния нет. Это создавало доверие: ресурсы, скорее всего, настоящие.

Неравенство проверки между двумя валютами интересно. Тепло трудно подделать – устройства распознавания работали тысячелетиями. Но ещё труднее проверить заранее. Нельзя узнать, настоящее ли тепло, пока не прошло время. Пока не увидел, как оно проявляется в разных положениях. Пока не проверил его постоянство.

Ресурсы легче проверить – они видимы, измеримы, подтверждаемы. Но их наличие сейчас не гарантирует наличия потом. Богатый сегодня может разориться завтра. Влиятельный сегодня может потерять влияние. Положение может рухнуть. Ресурсы показывали прошлое и настоящее, но не гарантировали будущее.

Это неравенство создавало опасности для обеих сторон. Мужчина мог вложить ресурсы и не получить настоящего тепла. Женщина оказывалась подделкой – или тепло оказывалось временным, расчётливым, условным. Женщина могла дать тепло и обнаружить, что ресурсы исчезли. Мужчина разорился, потерял работу, оказался не тем, кем казался. Договор работал, потому что обе опасности были управляемы. Не устранимы – но управляемы. Достаточно управляемы, чтобы рисковать.

Ресурсы выполняли ещё одно назначение: они отсекали. Не каждый мужчина мог показывать достаточно. Это создавало естественное сито. Женщина не должна была оценивать всех. Только тех, кто прошёл порог. Тех, кто показал достаточно. Остальные отсеивались сами.

Порог был разным в разных обществах. В бедном обществе достаточно было немногого – крыша над головой, способность прокормить. В богатом обществе порог поднимался – нужно было больше, чтобы считаться достаточным. Порог был разным для разных женщин. Одна требовала много. Другая – меньше. Одна ценила положение. Другая – устойчивость. Но порог существовал у всех. Ресурсы были пропуском через этот порог.

Пропуск не гарантировал ничего, кроме допуска. После прохождения порога начиналась другая игра. Там уже важны были личные качества. Совместимость характеров. Взаимный интерес. Способность дать тепло и принять тепло. Ресурсы открывали дверь. За дверью начиналась другая история.

Но без прохождения порога – игра не начиналась. Дверь оставалась закрытой. Мужчина мог быть замечательным – но невидимым. Ресурсы были необходимым условием. Не достаточным – но необходимым.

Две валюты существовали рядом. Тепло и ресурсы. Невещественное и вещественное. Трудно подделываемое, но трудно проверяемое – и легко проверяемое, но не гарантирующее будущего. Договор соединял их в порядок обмена. Каждая сторона давала то, что имела. Каждая получала то, чего не имела. Обмен работал.