Читать книгу Мамино счастье - - Страница 5

После того ужасного вечера я два дня пролежала в постели. Чувствовала себя при этом ужасно. Меня тошнило и рвало. Коля даже вызвал врача.

Придя, седой толстый дяденька в халате осмотрел меня и вынес вердикт, что я очень сильно переволновалась. Выписал мне успокоительных и ушел.

– Из-за чего ты так сильно переволновалась? Всё из-за того ужина, да?

Коля смотрел на меня с большим беспокойством, которое отражалось в его очень красивых, больших серых глазах. В тот момент я аж залюбовалась ими и подумала о том, что у меня такие же красивые, только серо-зелёного оттенка. Это была первая мысль, которая порадовала меня после визита Лёши и его матери.

– Нет, Коль, правда, не нужно так волноваться за меня. – Я протянула руку и потрепала брата по мягким русым волосам. – Завтра у меня просто первый учебный день в институте. Новое заведение, новый коллектив, в общем переживаю немного, да и всё.

Конечно, я соврала. Ни новое заведение, ни новый коллектив меня не волновали. К заведению я испытывала даже какую-то неприязнь, ведь меня прямо-таки заставили туда поступить. А я вообще-то хотела стать актрисой. Что касается коллектива, так на мнение общества мне всегда было плевать. Буду я ещё переживать о том, что обо мне подумают, глупости.

Коля знает мой характер, а потому наверняка мне не поверил. Это было заметно по тому, как он глубоко вздохнул и, наклонившись, крепко обнял меня.

– Верочка, ты самое дорогое, что у меня есть, знаешь об этом? Я сделаю все возможное для твоего счастья. – Брат поцеловал меня в лоб и пошёл к двери. – Пойду принесу тебе воды.

…

Я ещё не до конца выздоровела и в универ идти совершенно не хотелось. Но мама сказала, что пропускать занятия, особенно в первый день, категорически нельзя.

На руках ещё виднелись не до конца зажившие ранки от моих истеричных ударов в стену. Я не давала им возможности принять здоровый облик, постоянно сдирая с них запёкшийся слой. Меня это успокаивает почему-то. Я специально постоянно ношу перчатки, кожаные и декоративные: они прикрывают пальцы не полностью, а только часть, мне как раз так и нужно. Это уже моя своеобразная мода, самовыражение, так сказать. Никто и не видит, что с моими руками.

Понимаю, что так выражать гнев, – ужасная привычка, но поделать ничего пока не могу.

И теперь я, вся бледная и уставшая, стою около учебного заведения. От шума и выкриков поздравлений разболелась голова. Я уже думала повернуть и уйти домой, – точнее не домой, ведь там мама, – а в какое-нибудь ближайшее кафе или к Кате переждать.

Но вдруг кто-то робко со мной поздоровался. Обернувшись, я увидела ту милейшую девушку из больницы. Она неуверенно мне улыбалась и от волнения теребила лямки нежно-оранжевого портфеля.

– Ну здравствуй, одуванчик. Какое счастье тебя встретить, я уж хотела идти в больницу к твоей маме, спрашивать, как можно с тобой познакомиться. – Подойдя поближе, я ощутила тот самый обворожительный цветочный аромат и расплылась в блаженной улыбке.

– Вот и искать не понадобилось, я сама тебя нашла. Меня, кстати, Арина зовут.

– Прекрасно, Ариночка-одуванчик. А я Вера.

– Ты здесь учишься? Я на первый курс поступаю.

– Да, я тоже на первый курс, русско-литературный факультет.

– Вау! Так я тоже.

Арина аж начала немного подпрыгивать от счастья и хлопать в ладоши. От такой милой картины во мне проснулась необычайная нежность. Я схватила Арину за руки, и мы вместе начали кружиться, смеясь от счастья.

– Мне уж думалось, что общаться не с кем будет. А тут такой прелестный одуванчик.

– Ой, мы уже на пять минут как опаздываем, – произнесла она, пряча глаза от смущения.

– Да, точно, пошли скорей.

Мы вместе побежали по лестнице, улыбаясь и посмеиваясь. Я уже не чувствовала ни усталости, ни головной боли.

Минуя пустые коридоры, мы с Ариной приблизились к нужной нам аудитории. Я без промедления постучалась и открыла дверь.

Помещение было довольно большое. За партами сидели человек тридцать юношей и девушек. А у доски стояла низенькая короткостриженная женщина лет пятидесяти. Как только мы вошли, студенты начали перешёптываться.

– Ты уже можешь меня отпустить.

– Что? – Только сейчас я поняла, что до сих пор держу Арину за руку. – А, да, конечно.

Дама, стоявшая у доски, откашлялась и указала нам рукой на ряды парт.

– Вы можете присесть. Я только начала вводить группу в курс дела.

Мы прошли на свободные места в третьем ряду. Блондинка в сиреневой блузочке, сидевшая позади нас, приветливо улыбнулась и начала шептать что-то сидящей рядом подруге.

Я привыкла к таким перешептываниям. Нередко меня осуждали за мой образ. Моя любовь к тёмным цветам в одежде и макияже заставляет многие недалёкие умы думать, что я что-то наподобие гота.

На самом деле мне просто кажется совершенно глупым сочетание моих чёрных волос с какими-либо светлыми тонами. А так я не увлекаюсь ни темой смерти, ни готикой в целом. Честно говоря, мне совершенно плевать на мнение не импонирующих, да к тому же даже незнакомых мне людей.

Я попыталась вслушаться в то, что вещала маленькая женщина у доски. Но от её болтовни по поводу обязательного посещения занятий я заскучала и отвернулась к окну.

Свет из окна очень красиво освещал волосы Арины. Густые кудряшки казались золотыми. Я невольно приняла решение до конца лекции сосредоточить свой взгляд именно на этом прекрасном зрелище. Арина же внимательно слушала преподавателя.

Так я просидела до конца речи. Очнулась только тогда, когда все вокруг начали собираться. Сегодня у нас как таковых занятий не было, только этот вступительный разговор. Это очень радовало, ведь я до сих пор не очень хорошо себя чувствовала и сконцентрироваться было сложно.

Мы с Ариной вышли из университета. Мне стало грустно, как только я подумала о том, что уже пора прощаться с этой милой девушкой. Но, будто бы прочитав мои мысли, Арина вдруг повернулась ко мне и с улыбкой сказала:

– Слушай, может, у тебя есть немного времени? Мы бы могли сходить выпить кофе в ближайшую кофейню.

– Да, конечно, пойдём. Как я только сама не додумалась предложить.

Мы посмотрели друг другу в глаза и опять засмеялись. Наверняка студенты, проходившие вокруг, уже приняли нас за сумасшедших или пьяных.

Неожиданно Арина взяла меня за руку и повела через дорогу в маленькую кофейню с чёрно-белой вывеской. Заказав по напитку, мы присели за небольшой круглый столик у окна.

– Так, я чуть не забыла взять у тебя номер телефона. Если ты, конечно, не против. Будем на связи.

– Нет, конечно не против, записывай. – Арина достала свой телефон и начала диктовать номер.

– Да мой же ты одуванчик. Ещё и фотография с цветами, прям твоя стихия, – сказала я, с умилением рассматривая её аватарку.

– Цветы и впрямь моя стихия. Я часто летом ездила к бабушке в деревню на дачу. А там-то у неё огромный сад, куча красивейших цветов.

Она заговорила так мечтательно, что мне сразу представился этот сад и куча цветов. У нас вокруг дома имелся небольшой дворик, но цветы там никто никогда не высаживал. Мама работает, папе этого не надо, а нам с Колей даже в голову не приходило посадить на этом мрачном пустыре цветы. Но когда Арина рассказала про то, как она их любит, мне сразу захотелось высадить целую клумбу и любоваться ей вместе с новой подругой.

Так незаметно за разговорами с Ариной пролетело больше часа. Она оказалась очень приятной и весёлой девушкой.

– Ой, Вер, давай ещё вечером созвонимся. Не то мне уже пора, я обещала маме ещё сегодня помочь, – смущённо сказала Арина, как будто стесняясь меня оставить.

– Конечно, созвонимся. Я тоже совсем забыла, мне ещё к тёте надо сегодня заглянуть. Спасибо, что пригласила меня в кафе, мне кажется, мы замечательно провели время.

Выйдя из кафе, Арина быстро меня обняла, мы попрощались и разошлись в разные стороны. По дороге в больницу я думала о том, что, по всей видимости, учиться в этом университете будет не так уж скучно. И невольно начала улыбаться сама себе.

Подходя к лавочке во дворе клиники, на которой обычно ждала меня по понедельникам в это время тётя Маша, я увидела там не только её, но и Колю, который, по всей видимости, тоже только что пришёл и приветствовал тётю объятиями.

– Добрый день, мои любимые! – с радостным возгласом воскликнула я, подкравшись к лавочке, и начала обнимать брата и тётю.

– А кто это тут у нас такой счастливый? Смотрю-ка, первый день в университете прошёл на славу. – Коля лукаво мне улыбнулся и подмигнул.

– Да, Верунчик, ты прямо светишься. Смотреть на тебя одно удовольствие.

– Ну так конечно, у меня занятий сегодня почти не было, вот и радуюсь тому, что недолго задержалась в этой пытке.

Брат и тётя Маша хором захохотали.

– Ну давай, рассказывай скорее, что у тебя там за пытка. Не то я лежу здесь как в тюрьме, ей-богу. Даже сплетен свежих нет, никто новый на этой неделе не поступил. – Тётя Маша усадила меня на лавочку и приготовилась слушать.

– Так, подождите-ка, сначала я расскажу предысторию, что с нами произошло два дня назад. Какой прекрасный вечер нам мама устроила. – Коля уже начал говорить с возмущением, которое говорило тёте Маше о том, что произошло что-то поистине интересное. А я лишь закатила глаза – не хотелось опять вспоминать эту историю.

Брат поведал тёте всё с самого начала о Лёше и его матери. Не забыл даже рассказать то, как обошёлся Лёша с ним пять лет назад. Слушая о том, как мама ставит невыносимого Лёшеньку в пример и считает его идеалом рода человеческого, я кивала и подтверждала слова брата.

Поначалу тётя Маша восприняла это просто как очередные новости из нашей жизни, с интересом и возмущением, без особого огорчения. Но как только Коля рассказал ей о том, что после этого злополучного ужина я лежала в постели два дня и чувствовала себя ужасно, Маша нахмурилась и с беспокойством посмотрела на меня. Я же, поймав на себе её взгляд, уставилась себе под ноги, давая понять, что говорить об этом мне не хочется. К счастью, она решила, что не стоит меня сильно допрашивать по нежеланной теме.

– Ладно, Вер, давай рассказывай, я же вижу, тебя так и распирает посвятить нас в обстоятельства твоего первого учебного дня. – Тётя заботливо убрала выбившуюся прядь моих волос за ухо.

– Конечно, хочу! Вы не представляете, – обрадовавшись возможности поделиться, я начала рассказывать о своем счастливом знакомстве. Правда решила утаить то, что познакомились мы в больнице при не очень приятных обстоятельствах. – Представляете, мне так не хотелось туда идти, уже подумывала прогулять первый день. Как вдруг встретила Арину. Она такая милая, прям девочка-одуванчик. Волосы такие густые кудрявые, русые, да ещё и цветами пахнет. В общем, знакомство оказалось на славу. Мы так заболтались, что аж опоздали на знакомство с преподавателем.

Минут пятнадцать я рассказывала о том, какая Арина замечательная и как весело и приятно мы провели с ней время.

– Я так рада, что ты нашла человека себе по душе. Надеюсь, первое впечатление не обманчиво.

– Милая скромница, говоришь? Прям твоя противоположность. Как ты со своими привычками ещё её не спугнула? – засмеялся Коля и важно покачал головой.

– Ой, заткнись ты, сам-то такой общительный, мама не горюй. – Ударив брата в плечо, я посмотрела на часы и поняла, что мне пора домой, на работу собираться: я сегодня в вечернюю смену. – Всё, тёть Маш, мне пора, не то на работу опоздаю.

Мы попрощались с тётей и направились к автобусу. Брат лукаво на меня подглядывал и хихикал себе под нос. Вот дурачок, ей-богу, сам себе смеётся. Я закатила глаза.

Первый рабочий день, а точнее вечер, начинался вполне спокойно. Быстро вспомнив былой опыт, я втянулась в работу, принимала заказы и отдавала. В общем-то, ничего сложного. От усталости и плохого самочувствия, которое до сих пор давало о себе знать, в голове царила тишина.

В семь у меня по расписанию получасовой перерыв, о чем я заранее предупредила Катю, чтобы она зашла поболтать.

Подруга пришла раньше и сказала, что подождёт. Я решила её чем-то занять и принесла ей десерт с кофе.

– Девушка, вы такая красивая. Я решила предоставить вам комплимент, от чистого сердца. Примите же это скромное угощение. Только, прошу вас, оставьте половинку тортика, знаете ведь, как я их люблю.

– Благодарю, благодарю, – еле проговорила Катя сквозь смех. – Постараюсь тебе немного оставить.

Тут от разговора меня прервала напарница Настя.

– Вера, отвлекись, пожалуйста. Там тебе срочно заказ надо принять.

– В смысле срочно? – Я начала раздражаться: с чего это Настя возомнила себя командиршей.

– Какой-то парень с товарищами. Просит, чтобы именно ты приняла у него заказ.

– Это ещё что за новости. Кого ты там в первый же день в универе смогла найти? – Катя шутливо поиграла бровями.

– Никаких парней не находила. В любом случае щас узнаю.

Я повернулась к столику, на который указывала Настя, и с ужасом узнала в одном из парней Лёшу. Он сидел в компании двух товарищей и смотрел в мою сторону с мерзкой улыбочкой.

– Капец, этого мне ещё не хватало. Что он тут забыл? – Моё раздражение уже переходило в гнев. Скрестив руки на груди, я сделала глубокий вдох.

– Так-так-так, а это у нас кто такой?

– Кать, давай я щас узнаю, что он здесь забыл, и всё тебе объясню. – С этими словами я направилась к столику.

При виде меня Лёшины товарищи дружно захихикали. Насколько же глупая сцена. Хорошо, что на столе ничего не стояло из еды, я бы сразу высыпала всё им на голову.

– Ну здравствуй, любимая. Соскучилась? – Лёша говорил вполне серьёзно, и это возмутило меня ещё больше.

Я обернулась по сторонам, делая вид, будто ищу девушку, к которой он обращается.

– Молодой человек, вы, видимо, ошиблись. Эскорт чуть дальше по улице. Там табличка неоновая, сразу увидите.

– Да брось выделываться. Я вот скучал.

– Поздравляю. Что за цирк ты тут устроил? Заказывайте, что хотели, или я ухожу.

– А приват на двоих можно? – попытался сострить один из парней, накаченный, загорелый и подстиженный под ноль.

– Извиняюсь, комнат нет. Но вы, мальчики, хоть втроём можете в туалете уединиться.

Я просияла как можно более добродушной улыбкой. Лёшин товарищ несколько секунд обдумывал мою фразу, потирая свою лысую голову, а как только до него дошло, о чем я говорю, помрачнел и отвернулся к окну. Я почувствовала удовлетворение, унизив его, и настроение моё улучшилось.

Лёша, видимо, увидев плачевность положения, поспешил заказать им по чашке кофе. Любезно приняв заказ, я направилась к Кате, которая сидела неподалёку и слышала мой разговор.

– Ну молодчина, круто на место их поставила. Что это вообще за свиньи? Неужто тебе первый день в университете такие знакомства принёс? Если да, то тебе точно оттудова бежать пора, это знак, не иначе.

– Да какой уж там универ! Матушка такой подгончик обеспечила.

– Да ну. Серьёзно, что ли? – Катя с отвращением взглянула в сторону Лёши. – Видимо, совсем что-то не так пошло.

– Прикинь, он сын маминой подруги. Причём я даже не знаю, кто хуже: мать или сын. – Откусив десерта, я продолжила: – Мама их к нам на ужин два дня назад пригласила. Капец, я их еле вытерпела. Эта тётя Света весь вечер только и делала, что нахваливала своего Лёшеньку, да их прекрасную жизнь. А этому Леше 27, почти тридцатник так-то, а он с мамочкой живёт и не работает. Я посмеялась над ним, так мама мне ещё за это предъявила потом.

– Капец, серьёзно, что ли? Вот идиот, ей-богу. – Подруга как могла себя сдерживала, чтобы не засмеяться на всю закусочную. А мне вот было абсолютно не до смеха. Кто знает, чего ему теперь от меня надо? – С чего это он припёрся сюда, влюбился в тебя, что ли?

– Не знаю я, но, надеюсь, пронесёт. Они ещё нас с мамой пригласили к себе в гости на днях. Так мама мне сказала, что я ну просто обязана туда пойти.

– Всё, вот и приплыли. Видимо, она решила брать твою судьбу в свои руки. Женишка тебе подобрала.

– Ты все смеёшься, а мне уже чудится, что и вправду она нас свести хочет. Мне уже страшно, между прочим. – Я сделала вид, будто собираюсь плакать. А Катя уже не могла сдерживать смех.

– Ой, не могу, Вер. У тебя что ни день, то новое приключение. Но слушай, уже полвосьмого, пойду я – мне ещё к универу подготовиться нужно на завтра.

– Да беги-беги, созвонимся завтра.

Мы попрощались, и подруга вышла из кафе, оставив меня в размышлениях о том, не затеяла ли правда мама мою свадьбу. От одной мысли, что придётся иметь какие-то отношения с Лёшей, меня аж тошнить начало. Да ну нет, не может мама так со мной поступить, он же старше меня почти на десять лет.

– Девушка, подойдите, пожалуйста. Я бы хотел оплатить счёт. – Лёша махал мне рукой со своего столика. Глубоко вдохнув, я обрадовалась, что эта прекрасная компания наконец-таки оставит меня.

Он расплатился, и я уже хотела уйти, как вдруг Лёша меня остановил, схватив за руку. Сказать, что я была в шоке, это ничего не сказать. По какому праву он вообще меня трогает? Но вдруг, видимо совсем охренев, Лёша подвинул меня к себе и начал засовывать мне в штаны пятитысячную купюру со словами:

– Это тебе на чай.

Первое, что пришло мне в голову, – это замахнуться и со всей силы ударить ему пощечину.

– Совсем офигел, руки от меня убрал быстро.

– Тише-тише, не кипятись. Это всего-то чаевые.

– Пошли вон отсюда, дебилы. – Я развернулась и пошла в туалет, отдышаться и привести себя в порядок.

Ещё минут десять, пока за мной не пошла администратор, я просидела в туалете. От злости хотелось разнести все вокруг. Я ему что, товар какой-то? Как они вообще смеют со мной так обращаться? Я начала колотить стены и двери кабинок. Гости, заходившие в туалет, пугались и сразу выходили.

Люда, наш администратор, постаралась меня успокоить. Обработала мои окровавленные костяшки рук и дала успокоительного.

– Не волнуйся, милая, все уже хорошо, они ушли, – говорила Люда, но ещё долго у меня не получалось успокоиться.

Только через полчаса я вновь приступила к работе. Все время я думала о случившемся, о том, какая это мерзость.

Вернувшись домой после рабочей смены уже в первом часу ночи, я старалась входить в дом как можно тише, чтобы не разбудить родных. А потом заметила, что на кухне горит свет, и поспешила туда. Было тихо, как будто свет просто забыли выключить.

Но, войдя на кухню, я ужаснулась царившей там обстановке. Повсюду были разбросаны бутылки водки, некоторые разбиты. Остатки еды небрежно лежали на столе. Было видно, что сегодня здесь проходила пьянка.

Скрючившись над столом сидела мама. Когда я вошла, она даже не подняла взгляд.

– Мам, всё хорошо?

– Издеваешься?! – Она почти прокричала это, подняв голову. Я заметила синяки и кровавые подтёки на её лице и руках.

Всё сразу стало ясно. Отец опять приглашал приятелей выпить. А напившись, разгромил всё и избил маму.

Такое нередко случалось, но мама всегда предпочитала замалчивать это, терпеть всё.

Меня очень злило такое поведение отца. Мы с Колей старались защищать маму как могли, хотя она постоянно говорила, чтобы мы не лезли не в своё дело.

– Пошла вон отсюда, тварь малолетняя! – Она схватила со стола стакан и запустила его в меня.

Я увернулась, а стакан разбился об пол. По маминому голосу было понятно, что она сама далеко не в трезвом состоянии, и разговаривать с ней, по крайней мере сейчас, бесполезно.

– Ненавижу! Всех вас ненавижу! – кричала мама пьяным осипшим голосом. Она сидела полуголая, а по лицу была размазана тушь, которую она, видимо, не смыла после работы. – Вот вздёрнусь, тогда довольна будешь? Оставлю всех вас, надоело мне всё.

Картина эта довольно страшная и отнюдь неприятная – видеть маму в таком состоянии. Скорее всего, она опять просидит тут всю ночь, время от времени выкрикивая оскорбления. Так что я поспешила поскорее удалиться из кухни.

Войдя в комнату, я застала брата сидящим на кровати.

– Ну, что думаешь? Я когда пришёл, так и застал её в таком состоянии.

– Думаю, это ужасно. Такими темпами отец нас всех убить может. Но сейчас бесполезно что-либо говорить.