Читать книгу (Не)слуЧАЙная вдова, или Сердце в аренду - - Страница 4

– Батюшки святы! Обварилася! Караул! – завопила Агриппина, пугая и меня и Константина одновременно.

По подолу юбки расползлось горячее, но не обжигающее тёмное пятно.

– Подымайтесь скорее! – скомандовала женщина, и я послушалась.

Агриппина резко рванула ткань юбки. Послышался треск, и простой хлопковый подъюбник упал на пол. Сердобольная помощница задрала мне подол по самое не балуйся и принялась обтирать мои ноги скатертью прямо со стола. Рядом суетилась работница лавки, ахая и охая из-за чашки, которая разбилась, упав на пол.

Только по тому, как густо покраснел Константин, наблюдая за этим балаганом, я поняла, что выставленные на показ женские ножкин (пусть и в допотопных чулках) – не самое частое зрелище в его жизни. А может, дело было в том, что увидел он именно мои лодыжки и колени, обтянутые белой атласной тканью, а не чьи-то ещё.

Для себя отметила, что мне стыдно не было ни капельки, значит, я к такому привычная. Вспомнились короткие летние юбки и любимые кожаные босоножки, которые я заносила настолько, что подошва истёрлась.

– Я… Мне… Прости, Дуняша. Не следовало мне личное послание читать, – спешно отворачиваясь и заслоняя глаза ладонью, затараторил мужчина. – Я в другой раз загляну. Извини за несдержанность, – добавил и практически выбежал прочь из лавки, оставляя меня в полнейшем недоумении.

– Чего это он? – решилась всё-таки спросить.

– Дык знамо чего. Константин Иассоныч же вас с самого отрочества… Ой, – осеклась Агриппина. – Это я виновата, барыня. Не подумала. Не принято ведь у богатеев-то друг перед дружкой подолА задирать. Не обожглись, хоть? Вон как ножки-то зарозовелись, – продолжила женщина.

– Не такой уж он был и горячий, – сказала, а сама почему-то сразу подумала, о том, как двусмысленно это прозвучало, и вспомнила Озерова, при одном только взгляде на которого меня в жар бросало. – Оставь юбку, Агриппина. Подай лучше записку, – попросила, озираясь по сторонам.

Только её и след простыл. Конверт сиротливо лежал на полу, а содержимого его нигде не было видно.

– Неужели с собой забрал? – прошептала я, догадавшись.

Узнать, что именно было написано в послании, теперь не представлялось возможным. Следом за Константином в порванном платье бежать я не собиралась, да меня и не особо интересовало, что именно понадобилось от меня Озерову. Нужно будет, сам придёт. В конце концов, я – его арендодатель. У нас строго деловые отношения. Надеюсь.

Хотя слова про “его ребенка” выбивались из общей картины. Во-первых, не беременна я. А во-вторых, сильно сомневаюсь, что забыла бы ночь с таким мужчиной. Я бы её до конца жизни запомнила. Уж так хорошо этот Озеров сложен, что Аполлон отдыхает. Не то, что Витька мой, бледный худосочный геймер-вечнонекогдайка, у которого на меня времени не было, а на Катюху из соседней квартиры нашлось.

Погодите-ка. Какой Витька? Какая Катюха?

Меня опять повело. Перед глазами запрыгали чёрные точки. Виски заломило так, что я едва не закричала.

– Агриппина, – обратилась к своей помощнице, – можно ли пригласить ко мне врача? Только проверенного, а не какого-то там шарлатана.

– Конечно. Остапа Фомича, который маменьку вашу лечил? Сейчас девку какую-нибудь отправлю, – тут же ответила женщина.

Мне бы запаниковать, но я обрадовалась. Воспоминания вспыхивали какими-то обрывками, оставляя головокружение и горечь во рту. Но они возвращались. Ни с того ни с сего в сознании возник образ худосочного парня, сидящего ко мне спиной в наушниках за компьютером, а затем он же, но уже в постели с девушкой. В моей квартире. На простынях, которые я до этого гладила до посинения и расстилала так, чтобы ни одного залома не было. Хотела сюрприз сделать, провести вместе ночь на радостях. Купила его любимые суши, тортик и открытку с намёком. Счастьем своим поделиться спешила. Вот только что меня так воодушевило?

Что бы это ни было, Вите узнать была не судьба, равно как и мне. Пока что. Но уверенность в том, что я непременно, хоть и постепенно, всё вспомню, крепла с каждой минутой.

Нужно было время. Стало ясно, что есть одну кашу день за днём и ждать, пока на меня снизойдёт озарение, – вариант не из лучших. И раз уж я здесь оказалась, значит на то были причины. Набраться терпения, освоиться и подождать, пока воспоминания сами не вернутся, – вот что казалось мне более логичным.

– И бухгалтера тоже. Того, который приходил с бумагами. Отправь за ним, попроси зайти ко мне завтра. Как раз к тому времени ознакомлюсь с положением дел, – я твёрдо решила если не вылезти из долговой ямы, то по крайней мере понять, насколько она глубока.

Да и о месте этом хорошо было бы разузнать побольше. Неделю тут, а из дома только пару раз нос на улицу высунула.

– Как тебя зовут? – спросила девушку, закончившую собирать осколки с пола.

– Марусей, барыня, – представилась работница.

– Очень приятно, Мария, – улыбнулась я в ответ. – Мне понравилось твоё гостеприимство и радушие. И аккуратность в обращении с товаром и посудой. Спасибо за чай и старание. Непременно загляну к тебе ещё. Где у вас тут отзыв о работе персонала оставляют? – по привычке поинтересовалась я.

Любила ставить отличные оценки за качественный сервис. Знала, что от этого зависит заработная плата сотрудников множества заведений общепита. Может, потому что сама работала в таком?

Девушка непонимающе уставилась на меня.

– Не обращай внимания. Это каверзный вопрос. Ты отлично справилась. Так держать.

Взяла оставленную на диванчике шаль и пошла обратно в дом.

– Платье сменить я могу и сама, – сказала Агриппине, которая засеменила следом. – Будь так добра, позови ко мне управляющего делами фабрики.

Хотелось получить хотя бы общее представление о том, как функционирует производство и благодаря кому оно не пришло в упадок, учитывая, что хозяин умер, а новая владелица целую неделю (а может, и больше) убивалась по почившему супругу.

– Так это… – женщина застыла в нерешительности.

– Что?

– Управляющий-то…

– Что управляющий? – стало не по себе. – Тоже умер?

– Нет. Вы же нового назначили.

– Так в чём проблема? Пригласи нового. Раз назначила, он должен иметь представление о том, как идут дела. Поговорить бы мне с ним.

– Не могу я, барыня. Не по статусу мне.

– Что это? Я же не градоначальника на эту должность наняла или богатея какого-нибудь? – внезапная догадка заставила похолодеть.

– Вспомнили, стало быть? – замялась Агриппина.

– Боже мой, неужели его? – весь мой боевой настрой начал сходить на нет.

– Его, его, окаянного. Николая Ляксеича.

“Ай да Евдокия! Ай да молодец! Что ж ты наделала?” – подумала я, понимая, что кашу заварила она, а расхлёбывать, видимо, придётся мне.