Читать книгу Чудо для босса. Контракт на Надежду - Группа авторов - Страница 3

Надя.

Едем в машине Морозова. В огромной, пугающей своими размерами машине. Изо всех сил стараюсь не разглядывать салон, и уж тем более не открывать шокировано рот. Не такой уж он ослепительно роскошный!

Ну ладно, он именно такой.

А сам факт того, что Виктор Алексеевич вдруг стал настолько внимательным и милым, что вызвался меня подвезти, выбивает из колеи.

Шесть месяцев я работала у него, и ни разу он даже не предложил мне пораньше уйти домой, когда я приходила с простудой и чихала без перерыва весь рабочий день. А тут – пожалуйста. Стоило согласиться стать его фиктивной невестой, как он сама услужливость.

– Не думайте, Метельская, что это будет приятно и весело. Никакой сказки о Золушке. Никаких радужных пони и прочих глупых соплей. – Вдруг произносит Морозов с видом человека, зачитывающего смертный приговор.

– О, что вы, встретить Новый год в кругу вашей семьи —это и есть предел моих мечтаний, – фыркаю я, но он игнорирует мой сарказм.

– Вы должны знать, к чему готовиться. Мама. Мама у меня очень интересная. Скорей всего к вам отнесётся с негативом и скепсисом. Будет уверять вас, что вы меня не достойны, и лучше бы вам поискать себе жениха у ближайшего алкогольного магазина.

– Блеск…

– Ничего, её можете не бояться. Никакой реальной угрозы она не несёт, но очень любит поднимать шум и раздувать из мухи слона. Папа. Мой отец – серьёзный человек. Бизнесмен. Солидный, собранный. Но когда в его организм попадает хоть капля алкоголя, ему срывает крышу. Он начинает шутить. Глупо, много и безудержно. Потом громко смеётся над собственными шутками, и в конце концов тащит всех танцевать.

– Отлично, ваш папа мне уже нравится.

– Это ещё не всё. Бабушка. Моя бабуля – шикарная женщина, но очень своеобразная. С виду божий одуванчик, но если она заметит хоть одну фальшивую ноту, вцепится в вас, как бульдог. Чтобы ей понравиться, нужно очень постараться.

– Как вдохновляюще, – мой правый глаз подёргивается в нервном тике.

– Ах да, – добавляет он как бы между прочим. – У бабушки есть два любимца.

– Собачки? – Спрашиваю с робкой надеждой хоть на что-нибудь милое.

– Нет. Еноты. Веня и Феня. Хулиганистые, толстые, вредные. Они терроризируют весь дом, так что от них лучше держаться подальше.

– Отлично. А вам не приходило в голову, что всё это следовало рассказать мне до того, как я согласилась на ваше странное предложение?

– Всё будет нормально, Метельская. Вы справитесь. У вас нет выбора. Или вы не получите свои деньги. Помните об этом?

– Помню, – обиженно складываю руки на груди.

Господи, какой Новый год меня ждёт? А ведь как его встретишь, так и проведёшь, да?

Кошмар…

– Кто вообще в здравом уме поверит, что я ваша невеста?

– Отставить. Что за упаднические настроения, Надежда? Что, не так? У вас проблема с самооценкой? А ну-ка, улыбнитесь.

Растерянно, но послушно, натягиваю улыбку.

Виктор Алексеевич на пару мгновений переводит взгляд с дороги на меня, с раздражающей тщательностью разглядывая мои зубы.

– Что вы на меня так уставились? – Тяну через улыбку. Щёки уже трещат от напряжения.

– Стоп, молчать.

Смотрит.

– Зубы девушки, Метельская, это показатель её породы. – Отворачивается на дорогу.

Хочется стукнуть его за беспардонность!

– А вы знаете, что дареному коню в зубы не смотрят?

– Какой же вы дареный конь? – Ухмыляется. – Я за вашу услугу вам гонорара вывалил, как за два года работы. Да, приодеть вас нужно. В этих своих серых водолазках вы выглядите, как бедный узник Аушвица. Грудь у вас какого размера?

– Виктор Алексеевич! – Вспыхиваю, заливаясь краской. – Вы сказали…

– Это Исключительно для дела. Как мужчину, меня не интересуют ни ваши выпуклости, ни впуклости. Но в таком виде вы перед моими родителями не появитесь. Завтра вам доставят новый гардероб. Ваш сын тоже ходит в обносках соседских детишек?

– Мой сын… Мой сын… – Теряю дар речи от возмущения. – Чтоб вы знали, Виктор Алексеевич, я хорошая мать! И всё заработанное честно трачу исключительно на свою семью.

– Чудесно, – закатывает глаза. – Но на будущее, избавьте меня от лишней информации.

Обиженно отворачиваюсь к окну.

Невыносимый!

Козёл!

Козёл на дорогущей тачке!

Вот получу я свой гонорар, и нацарапаю тебе гвоздём на дверце детородный орган, чтобы мир знал своих героев!

Подъезжаем к моему дому.

– Вот туда сворачиваете, – указываю пальцем во двор.

Виктор Алексеевич молча выкручивает руль. Останавливается у подъезда и с явным скепсисом осматривает старенькую панельку.

– Вы действительно здесь живёте?

– Открою вам маленький секрет, но далеко не все могут позволить себе загородные дома.

Открываю дверь машины, вылезаю в снег. Хочется ка-а-ак хлопнуть от души, чтобы у него там в ушах зазвенело… Но он же голову мне потом откусит, да?

Закрываю аккуратненько.

Морозов сидит. Постукивает пальцами по рулю.

Обхожу машину и стучу в его окно.

– А вы чего? Идёмте со мной.

Он кидает брезгливый взгляд на дома.

– Туда? Нет уж, спасибо. Я поеду домой.

– А я говорю, идёмте. Во-первых, вам нужно познакомиться с Максимкой. Во-вторых, вы сами объясните моей маме, почему я не смогу праздновать Новый год с ней.

– Что ж, ладно, – сдаётся. Глушит двигатель. – Но лишь на минуту.

– Разумеется.

Ох, интересная будет встреча!

Ведь моя мама – главная «фанатка» Морозова…