Читать книгу Имя, запечатанное во тьме - - Страница 2

Холодный осенний ветер бился в оконное стекло, словно пытаясь прорваться внутрь и сорвать с Лилианы последние остатки теплого одеяла. Ей снилось, что она бежит по бескрайнему полю под солнцем, таким ярким, что оно заливало светом все вокруг. Но этот свет был обманчивым.

– Лилиана, пора вставать! – Голос Агаты, как всегда, прозвучал вовремя и некстати, безжалостно разрывая сладкие объятия Морфея. – Ты же не хочешь опоздать в первый же день?

Лилиана лишь глубже зарылась в подушку, натянув одеяло на голову, пытаясь удержать обрывки сна. Ранние подъемы были для нее наказанием, а сегодняшний – настоящей пыткой. Сегодня все начиналось. Или заканчивалось.

– Еще пять минуточек… – пробормотала она, голос был густым и хриплым от сна.

– Никаких пяти минуточек! – из кухни донесся ответ, после которого послышались решительные, быстрые шаги. Дверь в комнату распахнулась с таким звуком, будто ее вышибли тараном. – Я знаю твои «пять минут». Они растягиваются на час, а потом начинается паника, крики и летающие по комнате носки. Вставай!

Лилиана демонстративно повернулась к стене, сделавшись маленьким, несгибаемым комом под одеялом. «Не сдамся. Не сдамся».

Агата вздохнула – долгим, театральным вздохом человека, который исчерпал весь запас мирных переговоров.

– Ну что ж, я давала тебе шанс. Помнишь наши уговоры насчет волшебного ведра? Так вот, стакан воды – это его младший, но не менее решительный брат.

Ледяная волна обрушилась на Лилиану внезапно, заставив ее вздрогнуть всем телом и с оглушительным криком выпрыгнуть из кровати, как ошпаренная кошка. Мокрая пижама мгновенно липнула к телу, а по полу растекалась лужа, с наслаждением впитываясь в половицы. Агата стояла с пустым глиняным стаканом в руке, и на ее лице играла довольная, почти бесовская улыбка.

– Ты… ты жестокая, Агата, – просипела Лилиана, сгоняя сонную одурь и с ненавистью глядя на мокрый рукав. – Бессердечная тиранка.

– Зато действенно, – парировала женщина, ни капли не раскаиваясь. – И запомни: на факультете боевой магии тебя будут будить не ледяной водой, а огненной руной в лицо. Считай это мягкой подготовкой. Вещи собрала?

– Да, еще вчера, – Лилиана, все еще дрожа, потянулась к полотенцу. – Сначала заселение, потом торжественная часть, потом… потом посмотрим.

– Расписание изучила? Карту Академии посмотрела?

– Агата, я не ребенок. Я все изучила.

Через полчаса, уже переодетая в простую, но удобную форму из темно-серой ткани, она сидела на кухне. Запах свежесваренного какао, густого и терпкого, смешивался с соблазнительным ароматом жареных тостов с медом. В маленьком домике Агаты всегда пахло уютом и безопасностью. Скоро этот запах сменится запахом пота, пыли и крови.

– А потеплее водички не нашлось? – проворчала она, отпивая глоток и морщась. Какао был обжигающе холодным.

– Зато как бодрит, лучше любого зелья, – весело парировала Агата, помешивая что-то на плите. – Тебе помощь с вещами нужна? Дойти вместе?

– Нет, справлюсь сама. Там не так уж много. Может Касса встречу, тогда его заставлю всё делать!

–Лилиана, не издевайся над братом!

Девушка лишь закатила глаза, а следом звонкий схем заполонил просторы кухни. После повисла пауза, тяжелая и многозначительная, наполненная всем, что осталось невысказанным за последние недели. Агата повернулась, отложив ложку, и ее взгляд стал серьезным, почти строгим.

– Ты уверена в своем выборе? – Этот вопрос касался не вещей, не расписания и не того, как донести сумки.

Лилиана вздохнула, отставив чашку.

– Тетушка, мы же говорили. Ни ты, ни Касс меня не отговорите. Решение принято.

Они боялись за нее. И их страх был оправдан. Факультет боевой магии «Тень Феникса» был не просто престижным – он был смертельно опасным. Легенды о нем ходили мрачные: о студентах, не вернувшихся с ночных тренировок, о наставниках, ломавших волю слабых, о ритуальных поединках, которые заканчивались не победой, а похоронами.

– Попытка – не пытка, – не сдавалась Агата, подходя ближе. – Ты всегда можешь передумать. Перевестись на заклинания или руническую лингвистику. Это жестокое место, Лили. Там не играют в солдатиков. Там умирают. Боевая магия – это не шутки. Это ремесло убийц.

– Я знаю! – Лилиана резко встала, и ее стул с грохотом отъехал назад. – Я знаю, что это такое. И что? Я прошла вступительные, и у меня стопроцентный потенциал. Ты слышишь? Сто процентов! Это дает мне право учиться сильнейшим рунам, тем, что закрыты для других. Я справлюсь. Обещаю, я выйду оттуда живой и… сильной. Не зря же бабушка меня учила!

В ее голосе звучала сталь, выкованная годами изнурительных тренировок и одной-единственной, пожирающей ее изнутри мечтой – стать сильной. Как бабушка Лидия. Как тот человек, чью пустующее место в мире она поклялась занять.

– Упрямая, как она, – покачала головой Агата, и в ее глазах мелькнула грусть. – Слишком много времени ты с ней проводила. Даже говорить начала в том же ритме, с теми же ядовитыми паузами. Вы как две стороны одной монеты. И я боюсь, что твоя сторона окажется решкой.

Лилиана ничего не ответила. После смерти Лидии она сознательно копировала ее манеры, ее отрывистую речь, ее несгибаемость. Это был ее способ сохранить связь с единственным человеком, который понимал ее странности, ее дикий нрав и ту пустоту, что осталась после исчезновения родителей. Бабушка была скалой, и Лилиана решила стать такой же скалой, даже если для этого придется обтесать себя до крови.

– Я училась у лучших, – парировала Лилиана, отодвигая тарелку. – Мне пора. Иначе и правда опоздаю. До встречи.

– Заходи, когда будет время, – Агата обняла ее крепко, по-матерински, задержав на секунду дольше, чем нужно. Лилиана почувствовала, как дрожат руки женщины. – И… будь осторожна. Держи ухо востро. И помни, что здесь тебя всегда ждут.

– Я помню.

В своей комнате Лилиана принялась собирать оставшиеся вещи – несколько книг по основам рунической механики, заветный, перетянутый ремнями футляр с бабушкиными черновиками, пару заточенных клинков, легальность которых в Академии была под большим вопросом. Но едва она наклонилась за самой тяжелой сумкой, как ее спина напряглась, а кожа на затылке заныла знакомым предчувствием. Она не была одна.

– Касс, хватит пялится. И не надо читать нотации про опасности факультета. Я знаю, что такое руны, и умею владеть парой-другой, – сказала она, не оборачиваясь и продолжая укладывать вещи. – А еще я знаю, что ты здесь. Твое присутствие тревожит воздух.

Позади нее воздух задрожал, заколебался, как струя нагретого воздуха над раскаленным камнем, и из ниоткуда материализовался Кассиан, снимая действия руны невидимости.

– И как у тебя всегда это получается? – возмущенно воскликнул он, разглядывая свой амулет, будто впервые видя в нем брак. – Даже с руной невидимости второго уровня ты меня замечаешь! Это же нарушение всех законов магии! Я должен был бесшумно подкрасться и напугать тебя до икоты!

Маленький секрет Лилианы, о котором знала лишь покойная бабушка, – умение видеть ауры живых существ. Не цветные нимбы, а само сияние жизни, ее пульсирующую энергию. Даже невидимый, Касс сиял для нее как маяк в ночи – яркий, беспокойный и совершенно неуместный.

– Секрет, братик, – она наконец повернулась к нему, упирая руки в боки. – Что пришел? Надеюсь, помочь, а не просто констатировать мое безумие, – она скептически окинула взглядом гору сумок.

– Могу, раз уж ты так настойчиво и с таким обаянием просишь, – он ухмыльнулся, демонстрируя идеальные зубы. Касс всегда выглядел так, будто только что сошел с парадного портрета. – Пойдем, скоро начнется заселение, а нам ещё дойти нужно. Уверен, тебе понравится наше новое пристанище. Говорят, в прошлом году там обвалился потолок в душевой, но, думаю, починили.

Он перестал отговаривать ее месяц назад, но вместо этого принялся пугать леденящими душу историями о факультете, которые, как подозревала Лилиана, он на половину придумывал на ходу. Лилиана лишь отмахивалась, но где-то в глубине души шевельнулся холодный червячок сомнения. Касс взвалил все ее сумки на себя, включая ту, что с сомнительными клинками, и она не стала возражать. Строить из себя независимую и сильную еще успеет. Сейчас же она с наслаждением воспользовалась его мускулами.

– И почему это я, наследник давольно знаменитого рода Риорсон, командир третьего отряда факультета боевой магии и вообще местная знаменитость, конечно, после нашего великого наследника престола, несу все твои пожитки, как вьючная мул-единорог? – проворчал Касс, останавливаясь у простого, без изысков, четырехэтажного здания из темного, почти черного вулканического туфа.

– Чтобы жизнь медом не казалась, братик. И куда идти? – Лилиана окинула взглядом здание. Оно выглядело прочным, молчаливым и недружелюбным.

– Наше общежитие. Небогато, зато уютно. Если, конечно, твоей соседкой по комнате не окажется параноидальная пиромантка. Но тебе, Цветочек, – при этом слове тень легла на лицо Лилианы, пробудив давнее, болезненное воспоминание из самого беззаботного детства, – очень повезло. Твой брат взял на себя ответственность и уже заселил тебя. Твоя соседка – Дина Кроверо. Пошли, покажу, пока я еще не сломал позвоночник.

Вообще Касс не был ее кровным братом. Бабушка Лидия, могущественная и одинокая волшебница, приняла осиротевшую Лилиану в свою семью, и они с Кассом с детства росли как родные, деля пополам и сладости, и шишки. Комната на третьем этаже оказалась на удивление просторной: две высокие деревянные кровати с плотными синими одеялами, два письменных стола у большого окна, книжные стеллажи, пустующие и пыльные, и дверь, ведущая, скорее всего, в гардеробную или маленькую ванную.

– Я ожидала, что будет хуже, исходя из твоих слов, – констатировала Лилиана, заходя внутрь и проводя пальцем по столешнице. Пыль. – Говорил, тут клопы водятся размером с кулак.

– Их вывели в прошлом семестре огненной бурей, – мрачно пошутил Касс, с грохотом опуская сумки. – Правда, вместе с ними выгорела и комната на этаже выше. Но не волнуйся, ее уже отстроили заново.

– Воодушевляюще. Давай сумки и иди, – бросила она Кассу, принимая вещи.

– Хоть бы «спасибо» сказала! – донесся из-за двери возмущенный голос Касса.

– Премного благодарна, – бросила ему в ответ Лилиана, уже поворачиваясь к своим вещам. – А теперь вали, инквизитор недоделанный.

Она услышала его сдавленное ворчание и удаляющиеся шаги. Дверь закрылась, и в комнате воцарилась тишина, которую почти сразу же нарушил веселый, звонкий голос:

– Приветик!

Лилиана резко обернулась. На второй кровати, подобрав под себя ноги и с любопытством разглядывая новую соседку, сидела девушка. Ее каштановые кудри были собраны в небрежный пучок, а ярко-синие глаза, наследие смешанной крови – народа Ветра и Земли, – смотрели на Лилиану с неподдельным интересом.

– Привет, – коротко отозвалась Лилиана, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало ничего, кроме нейтральной вежливости.

Девушка ловко спрыгнула с кровати, словно пружинка, и энергично протянула руку.

– Я Дина. Дина Кроверо. Приятно познакомиться!

Лилиана на секунду задержала взгляд на протянутой руке, затем медленно пожала ее.

– Лилиана Риорсон. Мне тоже.

– О, так это ты та самая Риорсон! – глаза Дины вспыхнули еще ярче. – Кассиан, насколько мне известно, очень популярен тут. Так же мне известно, что он очен хвалит способности своей сестрёнки.– Дина подмигнула мне.– . Хотя, откуда у него сестра, если у него…

– Приемная, – сухо прервала ее Лилиана, отворачиваясь к сумкам. Она ненавидела эти вопросы.

– А, понятно. Ну, все равно здорово! – Дину, казалось, было невозможно смутить или охладить ее энтузиазм. Она вертелась подле Лилианы, пока та разбирала вещи. – О, а это что? Рунические свитки? Настоящие? Бабушкины? Это же бесценно!

Ее дружелюбие было настолько настойчивым и искренним, что ледяная броня Лилианы, которую она годами оттачивала, дала первую, почти незаметную трещину. Уголок ее губ дрогнул.

– Да, кое-что осталось. Только, пожалуйста, не трогай. Некоторые чернила… летучие.

– Поняла, не слово больше! – Дина сделала вид, что застегивает молнию на губах, и принялась наводить порядок на своей половине, без умолку комментируя каждое действие. Впервые за долгое время Лилиана почувствовала, что кому-то, возможно, и можно доверять.

…

Общая встреча первокурсников факультета «Тень Феникса» проходила в Главном Зале – мрачном, аскетичном помещении, стены которого были сложены из того же темного туфа, что и общежитие. В воздухе витала смесь запахов старого камня, пота и озона – следа от недавно примененной магии.

На возвышении стояла женщина, чей вид заставил бы смолчать и самого отчаянного сорванца. Девера Фельвор, ректор факультета. Ее лицо было испещрено шрамами, один из которых тянулся от виска до самого подбородка, а взгляд был холодным и тяжелым, как булыжник.

– Добро пожаловать в преисподню, новобранцы, – ее голос, низкий и резкий, точил сталь, не нуждаясь в усилении. Он заполнил собой все пространство Зала. – Забудьте все, что вы слышали о магии в своих уютных домах. Мы не готовим фокусников для придворных увеселений. Мы не учим заклинаниям для выращивания роз. Мы куем оружие. Мы готовим воинов.

Она обвела зал ледяным взглядом, и Лилиане показалось, что этот взгляд на секунду задержался именно на ней.

– Боевая магия – это ремесло убийц. Искусство выживания. Цена ошибки здесь – ваша жизнь. Кто-то из вас не доживет до выпуска. Кто-то умрет после, на поле боя. Если вам страшно – уходите. Сейчас. Пока не поздно.

В зале стояла гробовая тишина. Никто не пошевелился.

– Прекрасно. Тогда начнем с распределения по отрядам.

Лилиана слушала, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони. Она была готова к этому. Жаждала этого.

– Кадет Лилиана Риорсон – первый отряд. Командир – Эндрю Ардер.

Из ее груди вырвался сдавленный стон, который она едва успела подавить. Ардер. Фамилия, от которой кровь стыла в жилах. Проклятая фамилия.

– Кадет Дина Кроверо – третий отряд. Командир – Кассиан Риорсон.

– О, черт, – разочарованно прошептала Дина. – Нам не повезло, мы в разных отрядах.

– Какая непоправимая жалость, – ядовито прошипела Лилиана, не в силах оторвать взгляд от сцены, где высокий парень с идеальной осанкой и волосами цвета золота, кивал ректору. – Мне выпала честь служить под началом самого наследника короны. Просто замечательно.

– Эндрю Ардер? – Динин голос прозвучал с неподдельным восхищением. – Но он же легенда! Лучший боец на курсе, говорят, он в одиночку…

– Дина, заткнись, – резко оборвала ее Лилиана. – Просто заткнись.

– Но почему? Семья Ардер – они же просители! А его отец…

– Ты ничего не понимаешь! – Лилиана повернулась к ней, и в ее глазах бушевал такой шторм ярости и боли, что Дина отшатнулась. – И я не хочу об этом говорить. Никогда.

В этот момент голос Фельвор вновь прорезал тишину, и ирония судьбы оказалась безжалостной.

– Объявляю пары наставников. Кадет Лилиана Риорсон. Ваш наставник – кадет Эндрю Ардер.

Лилиана почувствовала, как по ее спине пробежали ледяные мурашки. Это был худший из всех возможных кошмаров. Она будет не просто в его отряде. Она будет учиться у него. Смотреть ему в глаза. Слушать его команды.

…

После собрания Эндрю сам подошел к ней. Он двигался с грацией хищника – легко, бесшумно, полностью контролируя каждое движение.

– Риорсон, – его голос был ровным и лишенным эмоций. – Как ты поняла, я твой наставник. В шесть вечера жду тебя в тренировочном зале на втором этаже. Без опозданий.

Он развернулся и ушел, даже не дождавшись ответа, оставив ее с комом ярости в горле.

– Ну и индюк высокомерный, – проскрежетала она зубами.

– Я заметила, что ты его просто обожаешь, – подкралась Дина, подмигивая. – Что, любовь с первого взгляда? Не виню тебя, он очень красивый.

– О, да, – фыркнула Лилиана. – В него просто невозможно не влюбиться. Прямо сердце выпрыгивает от восторга. От одного его вида хочется либо плакать, либо кого-нибудь придушить.

– Предпочтительно – его, – догадалась Дина.

– Бинго.

…

Ровно в шесть Лилиана стояла в центре пустого тренировочного зала. Воздух здесь пах деревом, кожей и потом. Эндрю был уже там и разминался у матов, его движения были плавными и точными.

– Здравствуй, Лилиана, – сказал он, закончив растяжку.

– Привет, – буркнула она в ответ, скрестив руки на груди.

Он подошел ближе, и его аналитический взгляд скользнул по ней с головы до ног.

– Карта говорит, что у тебя стопроцентный потенциал к усвоению рун. Это правда?

– А ты что, не веришь официальным документам? – язвительно парировала она.

– Верю фактам. Покажи. Покажи, что умеешь. Попробуй ударить меня.

Ее первая атака была грубой и неуклюжей, продиктованной гневом. Он легко отклонился, словно от ветра. Вторая и третья были не лучше. Он читал ее как открытую книгу, предугадывая каждое движение. В конце концов, он плавно зашел ей за спину, подсек и аккуратно, почти нежно, опрокинул на мат.

Воздух с шумом вырвался из ее легких. Она лежала, глядя в закопченный потолок, сжимая мат пальцами от унижения.

– Неплохо, – произнес Эндрю, хотя в его голосе не прозвучало ни капли одобрения. – Но твои движения медленные, будто ты работаешь с двуручным мечом. А ты маленькая. Твое преимущество – не сила, а скорость. Ударь и отскочи. Поняла?

Она молча кивнула, поднимаясь.

Вторая попытка была уже лучше. Она заставила себя забыть о гневе и сосредоточилась на совете. Она использовала свою ловкость, перемещаясь вокруг него, как комар. Один удар даже прошел, но был слабым, как щелчок.

– Сила тоже нужна, – констатировал он. – Будем работать над этим.

Затем он позволил ей использовать руны. Лилиана вызвала в памяти две самых отточенных. Сначала – руну мгновенного перемещения. Она исчезла и появилась у него за спиной, нанося удар в бок. Но его локоть был уже там, блокируя атаку. Тогда она применила руну копирования, создав рядом с собой мимолетную, дрожащую иллюзию. Эндрю парировал атаку обеих, но в его глазах, впервые за вечер, мелькнула искорка неподдельного удивления.

– Руна пространства и руна иллюзий на начале первом курсе… Неплохо для новичка, – признал он. – Но дыхание выдает. Ты дышишь, как загнанная лань. Учись контролировать его. И свои эмоции. Противник может использовать их против тебя. Гнев делает тебя слепой.

Тренировка была окончена. Он назначил график: пробежки в шесть утра, силовые или боевые занятия через день.

– И последнее, – сказал он, когда она уже собиралась уходить. – Я посмотрел твою статистику по пробным. Стиль ассасинов. Думаю, он тебе идеально подойдет.

– Ассасинов? – Лилиана не скрыла удивления. Искусство теней, тишины и одного смертоносного удара. Самый сложный и опасный стиль. – Ты уверен? Мне сказали, что его изучают только с третьего курса.

– Ты сможешь. Я им владею. Можешь идти.

Она вышла из зала, чувствуя странную смесь злости, унижения и щекочущего нервы интереса. Он был невыносим. Но он видел в ней что-то… большее.

…

– Ну как? Как прошел твой свидание с Принцем Венто? – тут же набросилась на нее Дина, едва та переступила порог комнаты.

– Я его не послала и не попыталась воткнуть ему в горло стилус для начертания рун. Уже достижение, – с горьковатой усмешкой ответила Лилиана, плюхаясь на кровать.

– Все еще не понимаю твоей к нему… э-э-э… любви, – Дина скривила нос.

– Дело не в нем лично, – тихо сказала Лилиана, глядя в потолок. – А в… кое-ком другом из его семьи. Очень больная тема, Дина. Очень.

К ее удивлению, Дина не стала копать дальше. Она просто кивнула.

– Ладно. Не хочешь – не говори. Я поняла. На печеньки не переводить.

Лилиана почувствовала прилив благодарности.

– Спасибо. Кстати, ты с Кассом говорила? Как у вас там в третьем отряде?

– Ага! Завтра после общих занятий у нас первое собрание. Говорят, он строгий, но справедливый. И чертовски красивый, – подмигнула Дина.

– Не смей заигрывать с моим братом, – беззлобно проворчала Лилиана, роясь в сумке в поисках учебника.

– Слушай, а завтра ведь вводная лекция по прикладной магии. Руны, – уточнила она, наконец находя тяжелый фолиант.

– А ты разве не все о них уже знаешь? – подмигнула Дина. – У тебя же там целый архив бабушкиных секретов.

– Не все, – впервые за этот долгий, изматывающий день Лилиана искренне улыбнулась. – Но кое-что знаю. Ладно, много чего знаю.

Позже, лежа в постели и глядя в темноту, она позволила себе расслабиться. Перед ее внутренним взором проплывали события дня: ледяная вода Агаты, ухмылка Касса, неукротимая энергия Дины, холодный, аналитический взгляд Эндрю… И сквозь этот калейдоскоп прорвалось воспоминание. Голос бабушки Лидии, спокойный и глубокий, читающей ей на ночь старую легенду:

«…и однажды семеро главных богов, устав от вечных распрей, покинут свои сияющие престолы. Но они не исчезнут насовсем. Каждый оставит после себя семя – наследие, ждущее своего часа и своего носителя…»

В детстве это была просто сказка. Теперь же она ощущала это иначе. Шелест страниц в тишине библиотеки, мерцание сложной руны, скрытая сила, пульсирующая в ее собственных жилах…

«Что, если пророчество – не просто сказка? – промелькнула у нее последняя, сонная мысль. – Что, если оно начало сбываться, и уже давно?»

И с этим тревожным, но волнующим вопросом сон наконец сомкнул ее веки.