Читать книгу Герои улиц. Битва за рынок - - Страница 3

В которой рассказывается о том, что ни одно доброе дело не остается без последствий, а выход, если он есть, всегда найдется из самой безнадежной ситуации.

Прошло две недели. С неба падали снежинки. Они падали, лениво кружась и ложились на покрытую снегом землю. Шварц плотнее подобрал лапы под себя, стараясь максимально уместиться под лавочкой. Он хотел как можно дольше избежать этого противного ощущения сырости на шерсти.

Из-за угла вышла Зебра. Она замерла, оглядывая двор и лишь убедившись в полном отсутствии опасности, пошла по тщательно прометенной дворником асфальтовой дорожке.

– Зебра! – позвал Шварц.

Она шарахнулась от неожиданности, но в следующую секунду узнала.

– Тьфу на тебе! – беззлобно сказала она, – До кондрашки доведешь! Забился под лавку! Тебя и не видно ни фига!

Она одним движением впрыгнула на лавочку и посмотрела сверху вниз.

– Ты откуда? – поинтересовался Шварц.

– Почему всех интересует откуда я и никого не интересует куда? – спросила она как будто сама себя.

Шварц выбрался из-под лавочки и тоже впрыгнул на нее. В последний момент, лапа скользнула по снегу, и он едва не растянулся во весь рост самым позорным образом, но все же удержался.

– Ты так себе растяжение чего-нибудь заработаешь, – ухмыльнулась Зебра.

Шварц счел за благо не отвечать и усевшись на мокрой лавочке, поднял морду к небу. В глаз сразу же прилетела какая-то снежинка. Он быстро заморгал с раздражением почувствовав, как шерсть на заднице пропитывается влагой.

– Блин! – Шварц фыркнул, – Эта зима…

– Так, а живешь-то где? – поинтересовалась Зебра, – Тебе с такой непереносимостью снега в Таиланде самое место!

– А там что? – повернулся к ней Шварц.

– Там не бывает зимы и всегда тепло, – сообщила Зебра, – Но зато в период дождей ливни такие, что по улицам текут реки!

– Реки? – Шварц представил себе на секунду стремительный поток, текущий вниз по Чертановской и его передернуло, – Блин! Нет уж! Лучше пусть снег!

– Возможно… – согласилась Зебра.

– А ты откуда это знаешь? – спросил Шварц.

– Что именно?

– Ну, про Таиланд?

– Рассказывали, – она сказала это так, что желание спрашивать сразу пропало.

Запищала кодовым замком дверь и из подъезда вышел невысокий человек в оранжевой куртке и таких же оранжевых штанах, заправленных в резиновые сапоги.

Увидев сидящих на скамейке, человек остановился и добрую минуту разглядывал их. Потом он протянул руку и сказал.

– Кись-кись-кись…

Шварц, немного подавшись вперед, втянул ноздрями воздух. От «оранжевого» пахло странно. Здесь был застарелый запах пота, немного алкоголя, табака, но все перебивал какой-то пронзительный аромат.

– Чего ему надо? – прошептал Шварц.

– Откуда я знаю? – так же тихо ответила Зебра, – Спроси!

– Кись-кись! – повторил «оранжевый» и подвинулся на шаг.

– Вроде не опасный, – предположил Шварц.

– Уверен? – еле слышно фыркнула Зебра, – Сейчас цапнет тебя за шкирку и привет. Пишите письма мелким почерком.

– Может покормить хочет?

Шварц уже представил себе, как «оранжевый» вдруг достает из кармана кусок «краковской» колбасы или здоровенный пласт свиной корейки с косточкой. Но Зебра беспощадно развеяла его мечты.

– Хотел бы покормить – покормил бы, – предположила она, – А вдруг у них рейд по домашним животным? Сейчас засунут в клетку и на ветстанцию…

– Да ладно? – Шварц сам не заметил, как отпрянул назад.

– Или еще хуже, – продолжила Зебра, медленно отодвигаясь к краю лавочки, – Отнесет к себе и сварит с перцем карри…

– Да ладно! – повторил Шварц тоже начиная медленно отступать, – Они же вроде кошек не едят… – возразил он.

– Откуда ты знаешь? – Зебра одним движением прянула под лавочку, – Может им зарплату месяц не платили, а есть что-то надо… – сообщила она уже снизу.

Шварц решил больше не искушать судьбу. Он развернулся и упруго спрыгнув с лавочки, приготовился размеренной трусцой удалиться по узкой дорожке вдоль стены дома. Но едва он коснулся земли, как с ужасом почувствовал, что лапы разъехались в стороны.

В следующую секунду он позорно растянулся на подтаявшем снегу, ткнувшись мордой в снежную кашу. Какая-то тень повисла над ним, и он понял, что это рука «оранжевого». Понимая, что скорее всего опоздал и ожидая каждую следующую секунду чужих пальцев на своей холке, он тем не менее побежал так, как никогда до этого не бегал.

Он летел вдоль дома, надеясь найти воздуховод, открытое окошко, любое отверстие куда можно было бы спрятаться, но по закону подлости стена никак не кончалась, а все окошки были тщательно заделаны.

– Шварц! – послышалось сзади.

Он с трудом понял, что это зовут его и оглянулся через плечо. «Оранжевого» не было видно, а в паре метров от него также неслась Зебра. Но вот она замедлила шаг и остановилась, усевшись на мокрый люк канализации.

– Ты куда так рванул? – поинтересовалась она.

– Я поскользнулся, – сообщил Шварц.

– Это я видела, – сообщила она и принялась тщательно вылизывать переднюю лапу.

– А потом этот хотел меня схватить! – пожаловался Шварц.

– Это я тоже видела… – Зебра придирчиво оглядела вылизанную лапу и развернувшись, вытянула заднюю под прямым углом, – Отвернись! – приказала она.

Шварц торопливо отвернулся.

– Может быть этот «оранжевый» просто тебя умыть хотел? – предположила Зебра, – Мордой-то ты в грязь качественно приложился!

Только сейчас Шварц почувствовал, как поскрипывают на клыках песчинки. Он суетливо принялся тереть морду лапой.

– Поворачивайся! – разрешила Зебра.

Она придирчиво осмотрела Шварца и поморщилась.

– Ну, лучше, чем было конечно, но будь я рекламщиком и нужен бы мне был для съемок черный кот… – она прищурилась, – Твою кандидатуру я бы рассматривала в последнюю очередь.

Они помолчали.

– Ладно… – начала было Зебра, но вдруг умолкла, напряженно вглядываясь куда-то за спину Шварцу.

– Медленно! – тихо скомандовала она, – Медленно уходим. Тихо!

Шварц развернулся, одновременно отступая к ней. По тротуару энергично шли несколько людей. Первой двигалась тучная женщина в ярком пуховике до колен и меховой шапке. За ней шли еще двое. В одинаковых серо-синих костюмах с синими же крестами на рукавах.

– Ветстанция! – прошептала Зебра, замерев.

– Вот вам пожалуйста! – весело сообщила женщина, ткнув толстым пальцем почему-то в Шварца, – Не обманули граждане! Сразу два и оба нечипованные!

– Бежим! – крикнула Зебра и первая бросилась через палисадник.

Шварц, не рассуждая последовал за ней. И он в последнюю секунду умудрился уклониться от упавшей откуда-то с неба сетки. Сетку держал в руках еще один серо-синий с крестами на рукавах. Его лицо горело нешуточным азартом.

– Валька! – послышалось сзади, – Лови его! Лови!

Шварц в ужасе кинулся через дорогу к детской площадке, где промелькнул хвост Зебры. Они летели друг за другом по газону к спасительному подвалу, но там вдруг тоже замаячили серо-синие тени.

Зебра резко изменила направление на 90 градусов и теперь неслась к небольшому 3-х этажному дому, стоящему несколько на отшибе от остальных. Зебра первая вскочила в маленькое вентиляционное отверстие. Шварц, обдирая бока, протиснулся за ней. Они с трудом переводя дух стояли, глядя друг на друга.

– Вроде ушли, – Зебра прислушалась.

– А это кто? – Шварц покосился на отверстие.

– Это? – Зебра переступила с лапы на лапу, – Это те самые – ветстанция. В лучшем случае отпустят, но ухо пробьют и номер повесят. Будешь, как мусорный бак – с номером бегать.

– А в худшем? – спросил Шварц, но она вдруг шикнула на него.

– Тихо!

Отверстие, в которое они только что пролезли вдруг потемнело и по стенке вокруг него заелозила металлическая сетка.

– Хорошо закрыли? – послышался на улице голос.

– Нормально, Тамарванна! – ответили прямо у них над головой, – Не выскочат!

– Ну, отлично! – одобрила неизвестная им Тамарванна, – Я позвонила уже, сейчас дворник подойдет, откроет подвал. Там деваться некуда – дом старый, коммуникации все в стенах.

– Попали похоже, – прошептала Зебра.

Шварц огляделся по сторонам. Этот подвал действительно сильно отличался от того в котором они жили. Здесь не был ни идущих на разных уровнях толстенных труб, ни укромных закуточков, ни проходов из подъезда в подъезд.

Здесь было большое помещение. Одно. В дальнем углу из стены торчали два больших крана в виде двух металлических колес. Одно колесо было синее, другое красное.

– Они сейчас откроют дверь и войдут, – Зебра тоскливо огляделась по сторонам, – А спрятаться некуда.

– А давай они откроют, а мы как прыгнем и выскочим? – предложил Шварц.

– Если бы… – вздохнула она, – Они дверь так же перекроют. Ты прыгнешь, а там сетка. Я знаю. Видела. И похоже поедем мы с тобой на ветстанцию…

– Тамарванна! – снова крикнул кто-то у них над головой, – Дворник идет уже! Мы тогда к двери пошли?

– Идите! – распорядилась Тамариванна, – Одного только здесь оставьте!

Над головой зашкрябали чьи-то шаги.

– Валька! – донесся удаляющийся голос, – Внимательно смотри! Там черный такой! Роскошная шапка выйдет!

– Не упущу! – крикнул видимо тот самый Валька и жизнерадостно засмеялся.

– Это он о тебе, если ты не понял, – сообщила Зебра.

– А причем здесь шапка? – с опаской уточнил Шварц.

– А я откуда знаю! – пожала плечами Зебра, – Может это они так шутят…

– Хорошенькие шутки! – передернул плечами Шварц.

– Мне тоже не нравится, – согласилась она.

В дальнем углу помещения была видна металлическая дверь и сейчас за ней зашуршали чьи-то шаги, потом что-то неприятно заскрежетало.

– Ну все, – Зебра подобралась, ощерилась, – Сейчас зайдут и все. Ну, я им просто так не дамся! Хоть одного, а порву!

– Шварц! – послышался за спиной тонкий голос, – Это же ты?

– Я! – ответил Шварц, поворачиваясь.

– Это кто еще? – хмуро поинтересовалась Зебра.

В темном углу на усыпанном песком бетоне сидела небольшая крыса.

– Привет! – вежливо поздоровался Шварц, – Гия, если не ошибаюсь?

– Ага, – кивнула крыса, – Лия.

– Прости! – смутился Шварц.

– Проехали! – махнула она лапой, – А вы чего здесь?

– Отдыхаем, блин! – огрызнулась Зебра, – И друзей ждем из ветстанции!

– Ой! – пискнула Лия и исчезла.

Со скрежетом распахнулась металлическая дверь и яркие лучи фонарей жадно зашарили по подвалу.

– Вон они! – довольно крикнул кто-то.

– Ну, вы идете? – спросила, снова появившись в углу Лия, – Или будете дожидаться, пока вас в клетку посадят?

Не раздумывая ни одной лишней секунды, Зебра первая метнулась в угол. Шварц последовал за ней.

Они карабкались по каким-то переходам, чихали от набившейся в ноздри пыли. Несколько раз приходилось напрягаться изо всех сил, продираясь по каким-то узким отноркам.

– Уф! – тяжело выдохнула Зебра, когда они выбрались на просторную земляную площадку, – А мы вообще где?

– Вон туда… – Лия указала лапой, – Там ваш дом. Туда… – она мотнула головой, – Там наши. Но я бы вас просила воздержаться от визита. Дедушка будет недоволен…

– Если у них облава такая, – озадаченно сказал Шварц, – Как бы Пухляш не попал бы…

– Ты за него не бойся! – отмахнулась Зебра, – У нас подвал здоровенный! Забыл? Кишка тонка у этих облавщиков. Пухляш небось уже так заныкался – никто не найдет! Он нам с тобой сто очков даст!

Они помолчали, наблюдая, как Лия приводит себя в порядок.

– Слушай, крыска! – Зебра кивнула куда-то в сторону, – А это куда?

– Это? – Лия прекратила умываться и повела носом, – Если идти, как нора идет, то она там загибается и упрешься в стенку бетонную коллектора. Там, конечно, пролезть можно, но там мокро и воняет. По коллектору в одну сторону до парка дойдешь, в другую, наши говорят, аж до «Тануки». Дальше наши не ходили…

– А если до конца не идти? – уточнила Зебра.

– До какого конца? – уставилась на нее Лия.

– Ну ты сейчас сказала, что если вот по норе, как она загибается до конца идти, то к коллектору выйдешь. А если до конца не идти, то куда выйти можно?

– Кому? – снова не поняла Лия.

– Нам, – терпеливо объяснила Зебра и быстро глянув на Шварца, еле заметно покачала головой.

– Дедушка говорит, что я миленькая и проворная, – вдруг сообщила Лия, – И память у меня хорошая – я все проходы помню. Вот только, как иногда дедушка говорит, я бываю немного непонятливой…

– Понимаю твоего дедушку, – кивнула Зебра, – Ну, так вернемся к нашим баранам…

– К каким баранам? – снова вытаращилась на нее Лия, – Откуда здесь бараны под землей?

– Пф! – фыркнула Зебра, – Моего терпения не хватает! Может ты попробуешь? – кивнула она Шварцу.

– Лия! Послушай меня! – он помахал лапой перед мордой крысы, – Если мы не пойдем до коллектора, то куда нам еще можно будет пройти?

– Никуда, – пожала плечами Лия, – Там еще три поворота в бок, – она указала правой лапой, – Два заканчиваются тупиками. Там ничего нет.

– А третий? – поинтересовалась Зебра.

– Что третий? – не поняла Лия.

– Да как же ты живая-то до сих пор? – Зебра с досадой дернула хвостом.

– Дедушка говорит, что у дураков своя звезда, – пожала плечиками Лия.

– Дедушка твой мудрый крыс! – согласилась Зебра.

– Лия! Погоди! – Шварц топнул лапой, – Вот если туда идти… – он указал в нужную сторону лапой, – Идем такие и там первый поворот он в тупик, второй поворот в тупик, а третий?

– Он тоже в тупик, – ответила Лия.

– Это как? – не понял Шварц.

– Ясно все, – разочарованно сказала Зебра, – Придется по коллектору идти, говна нюхать…

– Если в первый поворот повернуть, – продолжила Лия, – Там идешь, идешь, никуда не сворачивая и прямо у пруда вылезаешь, где такой домик стоит… – она развела лапами, – Там еще пиццерия, ресторан и магазин такой… С чипсами…

– Ну слава тебе, Господи! Разродилась! – Зебра нетерпеливо шагнула в указанную сторону, – Спасибо тебе, крыска! Дай тебе удачи выжить!

– Спасибо, Лия! – поблагодарил Шварц, – Мы пойдем тогда?

– Ага, – кивнула она, – Заходи будет время. Всегда рада помочь! Ты же мне помог!

– Обязательно, – несколько смущенно пробормотал Шварц и поспешил в след за Зеброй.

Они уже около часа шли по темному тоннелю, который все никак не хотел заканчиваться.

– Я про тебя чего-то не знаю? – осведомилась Зебра.

– В смысле? – удивился Шварц.

– Ох! – вздохнула она, – Уже начинаю опасаться, что это какой-то вирус!

– Какой вирус? – спросил окончательно сбиты с толку Шварц.

– Идиотизма, блин! – рявкнула она, – Ты очень близко стоял к своей подруге! Вот она на тебя надышала, и ты катастрофически поглупел!

– Да не подруга она мне! – отмахнулся Шварц.

– Конечно! Рассказывай! – она даже остановилась и забавно передразнила, – Всегда рада помочь! Ты же мне помог!

– Да это… – смутился он, – Там было… Просто…

– Я так и поняла, – невинно кивнула Зебра и посоветовала, – Нашему курносому другу только не рассказывай! Засмеет…

Еще минут десять они шли в полном молчании. Шварц не выдержал первый.

– Зебра!

– Чего? – спросила она не поворачиваясь.

– А вот ты сказала, что если в ветстанцию заберут, то в лучшем случае ухо пробьют и номерок повесят. В лучшем! А в худшем?

– В худшем? – она остановилась и вдруг уселась прямо по середине тоннеля, брезгливо повела носом, – Фу! Эти крысиные тропы! Я уже вся провоняла какой-то тухлятиной!

Шварц терпеливо ждал.

– В худшем? – повторила Зебра, – Сама я, как понимаешь, не попадала, слава Богу, но знающие с какой стороны рыбу есть, рассказывали. В общем, могут в поликлинику отправить – опыты ставить…

– Какие? – не понял Шварц.

– Ну, пришьют тебе вторую голову к жопе и будут смотреть – какой головой ты жрать будешь и вообще, в какую сторону пойдешь…

Он на секунду представил себе вторую голову место хвоста и его передернуло.

– Или волонтеры заберут…

– А это кто? – поспешил уточнить Шварц.

– Это? – Зебра понюхала переднюю лапу и сморщилась, – Это такие люди, которые считают, что им лучше знать, чего нужно нормальной кошке. Отвезут в ветклинику, будут мыть в ванне, мазать вонючими мазями, а потом два пути – или в какую-нибудь семью… Но оттуда хотя бы убежать можно. Или в приют. Вот это ужас!

– В приют? – он помолчал, – А там что?

– Ужас! – повторила она, – Сидишь в клетке, как в зоопарке, с тобой еще два десятка бедолаг. Полная антисанитария, сухой корм и смотрины.

– Какие смотрины? – не понял Шварц.

– Ну, каждый день приходят всякие, рассматривают тебя, как проституток на точке и потом кто-то тебя выбирает. И ты едешь к нему домой. А может не выбирают и ты тогда обречен сдохнуть в этой клетке…

– Так может, если выберут, то это неплохо? – уточнил Шварц.

– Да? – она с иронией уставилась на него, – Если тебя кто-то выберет заметь, что тебя никто не спрашивает выбрал ли ты этого человека. Это раз. Ты вот как попал на улицу? Сбежал?

– Нет, – хмуро помотал головой Шварц, – Выбросили. У ребенка аллергия была…

– Ага, – удовлетворенно кивнула Зебра, – И что мешает им еще раз тебя выбросить?

– Ничего… – пожал плечами Шварц.

– Вот-вот, – кивнула Зебра, – А даже, если и не выбросят, то это что – значит до конца жизни валандаться по одной, двум, ну ладно – трем комнатам. И все? Жрать, спать, снова жрать и с тоской смотреть в окно, за которым проходит жизнь?

Они помолчали.

– Ты готов променять все это… – она кивнула головой, – На вот такую жизнь?

Шварц на секунду представил себя сидящим в четырех стенах и честно ответил.

– Не готов!

– И я не готова, – согласилась Зебра, – Кроме того, тебя отвезут к ветеринару, и он отрежет тебе яйца! Это, чтобы ты не метил свой собственный дом. Тебе вот не отрезали?

– Не успели, – помотал головой Шварц, – Они в год хотели, но раньше выгнали.

– Понятно, – снова кивнула Зебра, – Меня бы тоже отвезли и стерилизовали, чтобы я не бесилась, когда мужика хочу. И вот ты считаешь я променяю свою сегодняшнюю жизнь на это вот все?

– Думаю нет… – Шварц потянулся.

– Правильно думаешь, – одобрила она, – Здесь тебе угрожает тысяча опасностей. Люди, трамваи, автомобили, собаки, другие коты, но ты свободен, и только ты решаешь – как жить и как умирать!

Они еще немного помолчали, и Зебра решительно распорядилась.

– Так! Хватит! Пошли! Надо выбираться из этих катакомб. Если мы правильно идем, то выйдем к пиццерии и грузинскому ресторану, а там вполне можно чем-нибудь поживиться. Не знаю как ты, а я жрать хочу! С утра уже не жравши, а со всеми этими приключениями уже вечер скоро!

Еще через десять минут они с наслаждением вдыхали свежий сырой воздух, сидя на деревянной террасе над прудом.

– Надо бы не засиживаться тут, – задумчиво сказала Зебра, – Скоро собачники пойдут выгуливать своих четвероногих друзей и здесь будет беспокойно.

– А как на счет поесть? – уточнил Шварц, чувствуя, как посасывает в пустом желудке.

– Вон дверь! – Зебра указала лапой, – Видишь? Синяя?

Он всмотрелся в сторону, куда она указывала. Действительно в тыльной стене небольшого двухэтажного дома, отчетливо выделялась на светло-желтом фоне синяя дверь.

– Подходим, – продолжила инструктаж Зебра, – Прыгаешь и всем весом повисаешь на ручке. Дверь открывается и дальше уже мое дело…

– А если она захлопнется? – удивился Шварц.

– А ты на что? – усмехнулась она, – Сделай так, чтобы она не захлопнулась! Делов-то…

Они крадучись подобрались к синей двери.

– Действуй! – Зебра кивнула на блестящую ручку.

Шварц подпрыгнул и повис, уцепившись передними лапами в скользкий металл.

– Не поддается! – пропыхтел он, – Заперто…

– Ближе к краю сдвинься! – посоветовала она, – Тогда откроется. Они, пока заведение работает, здесь не запирают…

Чувствуя, как соскальзывают лапы, Шварц по миллиметру начал сдвигаться ближе к краю ручки и с восторгом почувствовал, как она начала опускаться.

– Пошло! – прокряхтел он и в этот момент щелкнуло и легкий сквозняк приоткрыл дверь.

– Умничка! – похвалила Зебра и проскользнула в щель.

Он остался на пороге, бдительно вертя головой во все стороны и для надежности упершись задом в дверь, чтобы не дай Бог не закрылась.

Несколько минут было тихо. Потом где-то там, в глубине помещения что-то загремело, звякнуло.

– Ах ты ж твою мать! – заорал кто-то.

В следующую секунду Зебра едва не сбила его с ног, волоча в зубах пластиковую упаковку бекона. Она на секунду остановилась, выплюнула добычу, наступила лапой.

– Уф! Устала! Хватай давай!

Шварц не заставил себя долго упрашивать и вцепился в скользкий полиэтилен клыками. Через прокушенные отверстия пахло так восхитительно, что рот моментально наполнился слюной.

– Чего встал? – крикнула Зебра, – Уматываем!

В паре метров от двери, в коридоре уже бухали тяжелые шаги. Шварц, волоча неудобную упаковку, тем не менее в три прыжка одолел небольшой подъем и перескочив тротуар, сломя голову побежал через дорогу.

Он с восторгом видел, как приближаются кусты на той стороне. Дальше уже начинались родные дворы, в которых он мог поиграть в прятки с кем угодно.

Нырнув в просвет между кустами, он остановился и обернулся как раз в тот момент, когда небольшая машина, завизжав шинами, сильно толкнула перебегавшую перед ней Зебру передним бампером. От удара та подлетела вверх и перекувырнувшись несколько раз, упала на асфальт.

Из остановившейся машины выскочила женщина в короткой шубке и желтом платке на голове. Она подбежала к распростертой Зебре и склонилась над ней.

– Кошечка, прости! – запричитала женщина, – Куда же ты под колеса?

Шварц с похолодевшим сердцем, кинулся было обратно, но на той стороне дороги показался здоровый, наголо бритый мужчина в несвежем белом халате.

– Задавила? – уточнил мужчина, – Так и надо ей! Бекон своровал! Бекон не видела здесь?

– Какой бекон, мужчина? – отмахнулась женщина и всмотревшись, обрадованно воскликнула, – Дышит!

– Бекон где? Пачка? – мужчина осматривал темный асфальт, не обращая внимания на проезжающие мимо машины.

Тем временем женщина, подхватив Зебру на руки, уложила ее на заднее сиденье и проворно уселась за руль. Машина сорвалась с места и заложив лихой разворот, понеслась по улице.

Проводив машину взглядом, Шварц удобнее перехватил упаковку и скачками полетел вглубь двора. Он бежал и чувствовал, как растет внутри боль потери.

«Зебра! Ну елки-палки! Ну как же так?» – он даже помотал головой в такт этим мыслям.

– Это кто это у нас такой с добычей?

Услышал он справа от себя и остановился. У забора детского сада стояли два незнакомых кота. Один темный, почти черный, а второй какого-то кирпичного цвета. Но оба были здоровые и смотрели на Шварца с нехорошим интересом.

– Ты прикинь, брат Кирпич, как везет незаслуженно некоторым помойным котам! – негромко произнес темный, – Тут считай живешь всю жизнь, а никогда даже вкуса не пробовал, а некоторым целая пачка! Несправедливо, как считаешь?

– Факт, – кивнул кирпичный.

– Давай, Чернышок, клади свою пачечку и иди себе дальше по своим помойным делам. А мы с браткой за тебя пожрем тогда…

– Факт, – повторил кирпичный.

– Это моя добыча, – Шварц положил лапу на лежащую на земле пачку.

– Ты дурак совсем? – удивился темный, – Да мне насрать чья это добыча! Ты понял, Чернышок? Ты отсюда уйдешь целым и на своих лапах, если прямо сейчас повернешься задом и побежишь! А если нет, то, чтоб мне больше в лоток не ходить, мы тебя порвем, как поролоновую крысу! Понял?

«Они домашние!» – понял Шварц. И все равно – их было двое, и они были здоровые. Если бы не боль потери, не стоящая перед глазами картина лежащей на асфальте Зебры, очень возможно, что Шварц бы позорно бежал. Но перед ним лежала пачка бекона и если ее бросить, то за что же тогда погибла Зебра?

– Это моя добыча, – повторил он и прижал уши.

– Совсем ты дурак, Чернышок, – с сожалением констатировал темный и повернулся к своему спутнику, – Ну чего, Кирпич? Объясним помойному, где он неправ?

– Факт, – сказал кирпичный в третий раз и в развалочку двинулся к Шварцу.

«Если драка неизбежна – бей первым!» – откуда-то всплыла перед глазами фраза и Шварц прыгнул на встречу, одновременно ударив лапой с выпущенными когтями.

– Ауч! – завопил кирпичный и отлетел в сторону.

Шварц мягко толкнулся всеми лапами и мгновенно очутился перед темным.

– Ты чего, парень? – изумленно спросил тот.

Но Шварц ударил лапой сверху вниз, с восторгом чувствуя, как разрываю когти податливую плоть и вцепился зубами в ухо темного. Рот наполнился восхитительно горячей кровью.

– Ааа! – завопил темный, – Ты мне глаз выбил!

Шварц выплюнул из пасти вражеское ухо и отступил в сторону. Кирпичный, поджав хвост, пятился вдоль забора, а его темный товарищ, припав к земле, тер лапами морду. Шварц всмотрелся. Из прокушенного уха бежала струйка крови, а под глазом наливалась багровым здоровенная царапина.

– Все, брат, расход! – просительно зачастил темный, – Не правы были, бес попутал! Извиняй! Все! – он начал отползать, все также прижимаясь брюхом к земле.

– Меня зовут Шварц! – он, все также прижав уши, отступал к лежащей на земле пачке, – Шварц, понял?

Сочтя дистанцию видимо достаточной, оба и темный, и кирпичный шустро повернулись к нему спиной и бросились бежать. Через секунду только ветки кустов качались там, где они пробежали.

Шварц еще раз фыркнул и огляделся по сторонам. Схватка осталась незамеченной обитателями двора. Только ворона, усевшись на ветке, наклонив голову, косилась на лежащую пачку. Она переступила лапами по ветке и каркнула.

– Щас! – сказал ей Шварц, – Даже не думай!

Он впрыгнул в родной подвал и едва не наступил на храпящего Пухляша.

– Блин! – зашипел тот вскидываясь, но тут же узнал, – Молодой! Ты чего скачешь?

Взгляд его упал на лежащую на полу пачку бекона.

– О! Жратва! – оживился он, – С ужином вопрос решили!

Пухляш одним движением разорвал полиэтилен и выудил из пачки ломтик бекона.

– Умм! Обожаю! – пробормотал он с набитым ртом, – Хоть говорят и вредно, но как же вкусно!

Он умял один ломтик, потянул второй.

– А эта где? – поинтересовался Пухляш, – Наша гулящая! Пожрала уже что ли?

– Ее машина сбила, – угрюмо ответил Шварц.

– Да как? – Пухляш даже жевать перестал, – Где?

– У пруда, – ответил Шварц.

– Как? – Пухляш поник, отодвинул лапой пачку.

– Мы едва этим не попались, – начал рассказывать Шварц, – С ветстанции…

– Лазили здесь, – кивнул Пухляш, – Но уже часа три, как свалили.

– Под землей вышли к пруду, – продолжал Шварц, – Там ресторан рядом с пиццерией. Мы дверь открыли, Зебра утащила это… – он кивнул на распотрошенную пачку, – За нами погнался какой-то мужик в халате…

– Повар, раз в халате, – пояснил Пухляш, – Ну! Дальше!

– А чего дальше? – огрызнулся Шварц, – Рванули через дорогу, а там эта машина! Я успел, а она…

– Зебра, блин! – Пухляш уставился в пол, – Столько прошла, такое видела и на тебе! Да мать твою так! – он помолчал, – Ты поешь, парень! Весь день же на лапах!

– Не хочу, – мотнул головой Шварц.

– Ты задрал! – Пухляш лапой пододвинул ему пачку, – Жри я сказал! Что бы не случилось, а мы живы! Понял? А раз живы, то надо жрать! Или ты думаешь она бы хотела, чтобы ты здесь от голода сдох?

– Она так лежала там, на асфальте, – не слушая его, продолжил Шварц, – Лежала…

– Это уже была не она, парень, – тихо ответил Пухляш, – Так… Оболочка. Она уже на радуге!

– А потом ее эта тетка подняла и засунула в машину, – Шварц помотал головой, чувствуя, как подступают к глазам жгучие слезы.

– В смысле? – Пухляш уставился на него так, будто первый раз увидел, – Кого засунула в машину?

– Зебру, – ответил Шварц, удивленный таким интересом товарища.

– Так она живая что ли? – воскликнул тот.

– Кто? – не понял Шварц.

– Ты дурак совсем? – всплеснул лапами Пухляш, – Зебра конечно!

– Ее же машиной сбило! – теперь уже Шварц вытаращился на Пухляша, который мгновенно успокоившись, выудил из пачки ломтик бекона и принялся жевать.

– Ты все-таки полный идиот! – констатировал Пухляш с набитым ртом, – Как ты думаешь? С чего бы тетке засовывать в машину дохлую кошку, а?

– Дохлую? – чувствуя себя действительно полным дураком, спросил Шварц.

– Да, блин! – рявкнул Пухляш, – Дохлую! Зачем?

– Ну… – задумался Шварц.

– Гну! – отмахнулся Пухляш, – Живая она была, понял? Нашу Зебру за просто так не возьмешь! Ее танком не раздавишь, ясно тебе?

– Ясно, – глупо улыбаясь кивнул Шварц, – А куда же она ее?

– Да хрен его знает! – помотал головой Пухляш, – В ветеринарку, наверное… Куда говоришь она поехала?

– Вдоль пруда, – ответил Шварц.

– Вдоль пруда… – задумчиво повторил Пухляш, – Там есть ветклиника в конце квартала. Шанс, конечно, дохленький. Может у этой тетки свой ветеринар есть, а может она сама ветеринар и к себе на работу потащила. Но за неимением гербовой, на простой писать будем…

– Чего писать? – снова не понял Шварц.

– Стихи, блин! – усмехнулся Пухляш и кивнул на пачку, – Жри давай! Поужинаем и навестим ветеринаров. Может у них наша Зебра…

Шварц подумал еще секунду и вцепился в восхитительно пахнущий бекон.

– Ну, вот она, – негромко сказал Пухляш и уселся удобнее.

С темного неба падали огромные снежные хлопья, которые падали на землю почти вертикально. Такая безветренная тишина стояла на улице.

Они оба восседали на проходящей вдоль забора бетонной трубе. Впереди, на той стороне асфальтовой площадки ярко светилась неоновая вывеска над стеклянной дверью.

– Ветеринарная клиника, – прочитал Шварц.

– Она самая, – кивнул Пухляш, – Есть шанс, что Зебра сейчас там…

– Как она? – Шварц встревоженно посмотрел на друга.

– Иди узнай! – дернул тот головой.

– Я? – удивился Шварц.

– А кто? Я? – переспросил Пухляш, – Я уже старый для всего этого дерьма! А ты… Зайди вон с парадного входа и спроси: Доктор! Вам тут кошечку не привозили машиной ушибленную? Полосатую, наглую…

– Шутишь? – насупился Шварц.

– Есть немного, – кивнул Пухляш и усмехнулся, – Прости! Это я от нервов.

Они немного помолчали. Дверь клиники распахнулась и оттуда вышел мужчина с огромным догом на поводке. Шею гиганта украшал огромный пластиковый купол.

– Чего это он? – Шварц удивленно посмотрел на Пухляша.

– А я знаю? – пожал плечами тот, – Может операцию делали, может удалили чего ненужное. А штуку эту надели, чтоб не зализывал. На меня тоже когда-то надевали такую хрень…

– Да ладно? – удивился Шварц, – На хрена?

– Не помню уже, – отмахнулся тот, – Это давно было, в другой жизни.

Дверь снова распахнулась и на улицу вышла девушка, которая держала в руке большую розовую переноску. Спустившись по ступенькам, девушка начала озираться по сторонам и тогда, стоящая несколько в отдалении большая черная машина несколько раз мигнула фарами.

Девушка обрадованно махнула рукой и быстрым шагом пошла к машине. Открыв заднюю дверцу, она осторожно поставила на заднее сиденье переноску, из которой донеслось негодующее мяуканье. Не обратив никакого внимания на звуки из переноски, девушка проворно забралась в машину, которая тут же отъехала.

– Вишь ты! – с непонятной интонацией сказал Пухляш, – Как королеву какую возят! На машине!

– Почему это? – Шварц недоверчиво посмотрел на него, – Может это кот?

– В розовой переноске? – Пухляш стряхнул с лапы особенно большую снежинку, – Не смеши мои подковы, как говорили в одном популярном мультике! Девица там! У меня на такие дела чутье знаешь ли! Помнится, я в одной клинике лежал, так там с такой познакомился! М-м-м… – он затряс головой, – Модель! Грациозная! Воспитанная! А уж темперамент такой…

– Так мы за Зеброй идем или нет? – прервал Шварц вечер воспоминаний.

– Идем, – вздохнул Пухляш, – Куда ж деваться?

– Прямо через дверь? – уточнил Шварц.

– Сдурел что ли? – уставился на него Пухляш, – Я ж пошутил! У этих там обычно дежурный по ночам сидит!

– А как тогда?

– Не суетись! – попросил Пухляш, – Не видишь я думаю?

Он встал, прошел несколько метров по трубе в одну сторону, потом в другую и вдруг мягко спрыгнул на землю.

– За мной! – распорядился Пухляш.

Они, стараясь держаться в тени, обогнули угол дома, в котором размещалась клиника и пройдя вдоль забора повернули еще раз, оказавшись с тыльной стороны здания.

– Повезло, что в отдельном доме, а не в жилом, – сообщил Пухляш, – Была бы в жилом, было бы труднее…

– Если б я чего еще понял… – признался Шварц.

– Тебе понимать пока ничего не надо! – оборвал его тот, – Достаточно, что я понимаю, а ты – выполняй указания!

– Какие? – не унимался Шварц.

– Вентилятор видишь? – кивнул на стену Пухляш.

Шварц вгляделся. На стене, метрах в двух с половиной от земли, в пластиковом кожухе мерно вращались лопасти большого вентилятора. Прямо под ним к стене примыкала крыша входа в подвал.

– Вижу, – кивнул он, – И чего?

– И того, – терпеливо начал объяснять Пухляш, – Этот вентилятор, на самом деле, не вентилятор, а форточка…

– Как это? – не понял Шварц.

– Не вдавайся! – отмахнулся тот, – Тебе главное знать, что если на раму вентилятора нажать, то она откроется и будет дырка. Их обычно на задвижку не закрывают.

– Точно? – Шварц подозрительно посмотрел на вентилятор.

– Обычно, – повторил Пухляш.

– А если… – начал Шварц, но тот его перебил.

– А если заперто, то тогда уже будем думать. Надо решать проблемы по мере их возникновения!

– К вентилятору с крыши подходить, я так понимаю? – уточнил Шварц на всякий случай.

– Молодец! – похвалил Пухляш, – Только не поскользнись! Она в снегу вся!

Сочтя, что напутствия закончены, Шварц одним прыжком преодолел освещенный уличным фонарем пятачок и прячась в тени крыши прокрался к входу в подвал.

– Эй! Ты чего здесь? – услышал он откуда-то снизу.

Шварц повернул голову. На первой ступеньке входа в подвал стоял пронзительно рыжий котенок и с любопытством смотрел на Шварца.

– Ты кто? – спросил Шварц.

– Я Рыжик! – сообщил тот.

– Это я понял, что не Уголек! – добавил в голос суровости Шварц, – Здесь чего делаешь?

– Мамка погулять отпустила немножко, – улыбнулся тот.

– Так ты живешь где-то рядом? – уточнил Шварц.

– Ну да, – снова улыбнулся Рыжик, – Здесь и живем с мамой и сестрами, в подвале…

– Не мешай! – распорядился Шварц, – Тут дело серьезное. И вообще, шел бы ты к мамке!

Без лишних возражений, рыжий котенок развернулся и через секунду исчез в подвале. Убедившись, что больше никого по близости нет, Шварц начал осторожно продвигаться по крыше к вентилятору.

Лапы скользили немилосердно, но едва попробовал он выпустить когти, они так скрежетнули по ржавому металлу, что он тут же испуганно втянул их обратно и замер, прислушиваясь.

С ужасом чувствуя, как медленно едут к краю крыши задние лапы, Шварц невероятным усилием все же достиг отверстия и упершись передними лапами в кирпичный выступ перед вентилятором, перевел дух.

Через минуту он попробовал осторожно приоткрыть створку, но не рассчитал и лопасти вентилятора чувствительно приложили его по лапе. Шварц зашипел от боли, но тут же заставил себя замолчать.

Ушибленные подушечки противно ныли. Он присмотрелся и нажал на вентилятор еще раз. Показалось или створка чуть-чуть поддалась. Он нажал еще раз. Точно! Она двигалась. Ободренный

такой удачей, Шварц надавил на вентилятор изо всех сил. Легонько звякнув, створка приоткрылась и он, протиснувшись в узкую щель, спрыгнул на пол.

В ноздри ударил такой букет, что он аж попятился. Здесь чувствовались какие-то химические нотки, запах опилок и застарелой мочи. Но сильнее всего здесь пахло страхом. Вдоль длинной стены помещения стояли в четыре этажа сетчатые клетки.

– Зебра! – негромко позвал Шварц.

В какой-то клетке кто-то пошевелился и Шварц радостно пошел вдоль них.

– Гау! – раздалось над самым ухом.

Шварц шарахнулся в сторону от влажно блестевших клыков и только через секунду осознал, что между ним и беснующимся псом прочная сетка.

– Заткнись! – попросил он большого пуделя, который надрывался истеричным лаем, но тому на все просьбы было наплевать.

– Зебра! – позвал он громче.

К этому моменту обитатели уже всех клеток издавали звуки, положенные им природой со всем усердием. Во всей этой какофонии Шварц даже не понял сначала, что кто-то кричит именно ему.

– Малыш! Я здесь! – донеслось откуда-то сверху.

Он подпрыгнул и не обращая внимания на лай и прочие звуки, начал карабкаться по сетке. На третьем ярусе он остановился, повис на когтях перед сидящим на жердочке средних размеров серым попугаем.

– Кеша – хороший! – сообщил попугай и наклонив голову к плечу, посмотрел на Шварца.

– Хороший! – согласился с ним Шварц и попробовал понять, как же добраться до клетки следующего яруса.

Однако, попугай вдруг передвинулся по своей жердочке и оказавшись у самой сетки, пребольно клюнул Шварца в палец. Зашипев от боли, Шварц сорвался с сетки и рухнул вниз, приземлившись на лапы, одной из которых и так уже досталось от вентилятора.

– Ах ты петух драный! – Шварц задрал голову и пристально посмотрел на пернатого агрессора, – Ну, только попадись мне! Я тебе клюв твой в задницу засуну!

Попугай видимо чувствовал себя в полной безопасности. Он встопорщил хохолок на макушке и издал победный клич.

– Клюв завали! – рявкнул на него Шварц и внеся поправки в маршрут, с учетом попугая, полез снова. Через минуту он повис на когтях на сетке, с радостью глядя на сидящую перед сеткой Зебру.

– Ты как? – спросил он радостно.

– Нормально, – ответила та, – Ребра немного болят, а так… Слушай! А ты не мог появиться чуть менее эффектно? Без таких звуковых колебаний?

– Это все пудель начал на первом этаже, – наябедничал Шварц.

– Ну, пудели известные мудаки! – согласилась Зебра, – Но зачем устраивать такой гвалт?

– Я не хотел… – начал было Шварц, но Зебра, прислушавшись, вдруг шикнула на него.

– Прячься быстро!

Еще ничего не понимая, Шварц тем не менее, проворно соскочил с сетки и пометавшись секунду, уместился в узкую щель между стеной и каким-то шкафом. Еще через миг распахнулась тяжелая дверь и прямо перед мордой Шварца остановились ноги в белых носках и белых же пляжных шлепанцах. Чуть выше колыхались широкие штанины салатового цвета. Наступила тишина.

– Чего тут за пожар в борделе во время наводнения? – громко осведомился мужской голос, – У вас тут чего? Коллективное помешательство наступило?

Пудель на первом ярусе посмотрел на Шварца стеклянным взглядом и истерично гавкнул.

– Пасть закрой! – распорядился голос, – Оставлю без завтрака!

Одновременно с этим волосатая ладонь хлопнула по сетке перед мордой пуделя. «Отхватил, истеричка?» – злорадно подумал Шварц. В следующую секунду ноги исчезли из его поля зрения.

– Блин! Форточка открыта! – с досадой пробормотал голос, – Еще не хватало сфинкса простудить!

Шварц с ужасом услышал, как хлопнула форточка, проскрежетала задвижка. Ноги снова прошли перед его мордой и исчезли, хлопнула дверь. Он осторожно выбрался из щели. В клетке завозился пудель.

– Даже не думай гавкать! – зашипел на него Шварц, – Слышал же? Без жрачки останешься!

Он подпрыгнул и в три секунды добрался до клетки Зебры.

– Там задвижка! – подсказала та.

– Вижу, – прокряхтел Шварц, вися на одной лапе и пытаясь сдвинуть задвижку.

– Ребята! А достаньте меня тоже, пожалуйста! – услышал он слева от себя и изогнувшись, посмотрел на источник звука.

В соседней с зеброй клетке сидел здоровенный пятнистый кот и смотрел на Шварца с лютой надеждой.

– Погоди! – попросил Шварц, – Не до тебя сейчас!

Он снова начал двигать проклятую задвижку. Зебра, в свою очередь, тянула сетку на себя, чтобы облегчить задачу. С тихим лязгом задвижка выскочила из паза. Шварц спрыгнул на пол. Через секунду рядом с ним мягко спрыгнула Зебра.

– Малыш! – она лизнула его в нос, – Я тебя обожаю!

– Ребята! А меня? – послышалось сверху.

Они посмотрели друг на друга.

– Ты вообще кто? – спросила Зебра.

– Яша, – ответили из клетки.

– И чего ты тут забыл, Яша? – поинтересовалась Зебра.

– Завтра должны яйца отрезать, – кот уперся лбом в сетку.

– Это какой же ты породы, что такой здоровый и такой маленький? – спросил Шварц.

– Малыш! – мурлыкнула Зебра, – Ты сейчас превзошел сам себя!

– Я абиссин! – сообщили сверху, – Мне три года уже!

– Долго же они терпели тебя с яйцами! – хмыкнула Зебра.

– Бабушка не разрешала! – ответил ей абиссинец, – Я у бабушки жил. А потом она померла и меня в приют сдали, а там всех кастрируют!

– Я сейчас расплачусь, – Зебра, не скрывая сарказма, повернулась к Шварцу, сказала тихо, – Форточку, я так понимаю закрыли. Придется прорываться через парадный вход, а раз так, то каждый коготь на счету. Пустим его первым. Глядишь, да и проскочим.

– Эй! Яша! – позвал Шварц.

В сетку с той стороны уперлась пятнистая морда.

– Чего? – спросил абиссинец.

– Будем прорываться через главный вход! – сообщил ему Шварц, – Пойдешь первым?

– Ты только клетку открой! – попросил тот, – А я уж не подведу! Я лучше сдохну, чем сюда снова!

– Тогда сетку на себя тяни! – приказал Шварц и вздохнув, снова полез вверх.

Второй раз получилось еще быстрее и уже через полминуты они оба мягко спрыгнули на пол.

– Ого какой экземпляр! – раздувая ноздри, Зебра обошла вокруг освобожденного, осматривая его со всех сторон.

– Спасибо, ребята! – тот наклонил голову, – Не забуду вовек!

– Ладно! – осадила его Зебра, – Благодарности потом! Сначала надо отсюда как-то выйти. Эй, кучерявый! – повернулась она к пуделю, – Никогда не думала, что это скажу, но полай пожалуйста!

Пудель посмотрел на нее равнодушным взглядом и отвернулся.

– Вот сукин сын! – в сердцах Зебра ударила по сетке лапой, – Тебе чего жалко, что ли? Тебя, как кота порядочного просят, псина ты шелудивая! Полай!

– Не будет, – вздохнул Яша, – А давай я разбегусь в дверь и… – предложил он.

– И убьюсь об нее, да? – фыркнула Зебра, – Мой недалекий и недавний друг, – она подошла к двери, повернулась, – Она металлическая и открывается внутрь, сюда, то есть!

– Да? – Яша тоже подошел к двери, – Я не подумал.

– Я так и поняла, – кивнула она.

– А чего это вы делаете? – спросили за спиной.

Все трое повернулись на звук. Из щели между стеной и шкафом, в которой недавно прятался Шварц, выглядывал пронзительно рыжий котенок.

– Ты кто? – поинтересовалась Зебра.

– Это Рыжик! – сообщил Шварц.

– Ага, – кивнул Рыжик.

– Я вижу, что не Снежок! – фыркнула она, – Чего он тут делает?

– Гуляю, – пожал плечами Рыжик, – У мамки там кот пришел…

– Там это где? – уточнила Зебра.

– У нас… В подвале! – кивнул себе за спину Рыжик.

Все трое изумленно уставились на котенка.

– То есть… – начал было Шварц, но Зебра шикнула на него.

– Тшшш! Не спугни!

Она, плавно двигаясь подошла к котенку и кивнула на шкаф.

– Там что? Там есть проход?

– Ну да, – кивнул тот, – Конечно есть! Я тут гуляю и иногда у этих… – он посмотрел на дверь, – Иногда у них вкусняшки тырю со стола.

– А чего ж ты не сказал? – нахмурился Шварц.

– А ты спрашивал? – пожал плечами котенок.

Зебра посмотрела на Шварца и покачала головой.

– Молодец! – похвалила она и снова повернулась к рыжему, – Покажешь?

– Делов-то! – хмыкнул тот и развернувшись, скомандовал, – За мной давайте!

– Да вы задрали! – напустился на них Пухляш через какие-то пять минут, когда они выскочили из подвала и преодолели освещенный фонарем пятачок, – Сколько можно вас ждать? Я околел уже!

– Я тебя тоже рада видеть, мой недоперсидский друг! – ухмыльнулась Зебра.

– Откуда это вы вылезли? – поинтересовался Пухляш, но тут заметил абиссинца, – А это кто?

– Это Яша! – пояснил Шварц, – Решил с нами уйти.

– Яша значит, – констатировал Пухляш, – Ну ладно, посмотрим какой он Яша. Я, кстати, Пауль!

– Очень приятно! – вежливо ответил абиссинец.

– Нам тоже, – хмыкнула Зебра.

Пухляш с подозрением посмотрел на нее, но та состроила невинную рожу и повернулась к Яше.

– Ну, а ты куда теперь?

– Я? – абиссинец огляделся по сторонам, – Не знаю. А с вами можно?

– С нами? – Пухляш посмотрел на Шварца.

– Нормальный вроде парень, – пожал плечами тот.

– А ты чего скажешь? – посмотрел Пухляш на Зебру.

– А чего сказать? – она мечтательно прищурилась, – Вместе веселее!

– Ладно! – Пухляш кивнул, – Пошли с нами! Будешь пока на испытательном сроке!

– Спасибо, ребята! – абиссинец подпрыгнул на месте, оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, – Я не подведу!

– Он Шварц! – сообщил Пухляш кивнув на Шварца, – А она Зебра!

– Очень приятно! – вежливо сказал абиссинец, наклонив голову.

– Ладно! Хватит нежностей! – фыркнула Зебра, – Я жрать хочу! Надеюсь, от пачки бекона еще чего-то осталось?

– Обижаешь! – Пухляш возмущенно дернул хвостом, – Я что свинья последняя? Лежит дома, вас дожидается!

Так весело переговариваясь, они прошли через детский сад, перебежали дорогу и через знакомые детские площадки вышли к своему подвалу.

– А я сегодня двух котов обидел, – неожиданно для себя повинился Шварц.

– Это как это? – заинтересовалась Зебра.

– Ну, я бежал, когда… – он запнулся, – Когда тебя…

– Я поняла, – кивнула она, – Дальше!

– Я бежал, а они хотели у меня бекон отобрать! Один темно-серый, а второй…

– Кирпич что ли? – спросил Пухляш.

– Ну да, – кивнул Шварц.

– Два отморозка! – кивнул тот в ответ, – Косят под дворовых, а сами всю жизнь в квартире живут. Ну и чего?

– Я одному ухо прокусил и щеку порвал, а второму просто лапой двинул…

– Да ладно? – хохотнул Пухляш, – Красава! Так им и надо упырям!

– Умничка ты моя! – похвалила Шварца Зебра, – Горжусь!

Еще через минуту они один за другим пролезли в родной подвал.

– Так, – распорядилась Зебра, – Я грязная, как свинья! Я пока не вылижусь ни о чем думать не могу! Так что… – она нахмурилась, – Пухляш! Пауль, то есть! Почему бекон здесь? Мы же договорились, что здесь спим! А почему в углу насрано? Что за свинство?

– А чего я-то сразу? – насупился Пухляш, – Может это он… – кивнул он на Шварца.

– Он не мог, – парировала Зебра, – Он полдня со мной от ветеринаров бегал, а потом меня из клетки спасал!

– Я тоже спасал, – пробурчал Пухляш.

– И срал здесь! – уточнила Зебра, – Вот и убирай теперь! А вы… – она кивнула Шварцу и абиссинцу, – Тащите бекон на стол! Я сейчас вылижусь и приду!

– Как было спокойно без тебя! – проворчал Пухляш, – Спасли на свою голову! Как мне всего этого не хватало!

– Я тебя тоже люблю! – улыбнулась ему Зебра и задрав вертикально заднюю лапу, распорядилась, – Ну! Свалили отсюда! Живо!