Читать книгу Вспомнить и выжить - - Страница 5

Утро прошло на удивление спокойно. Ко мне никто не заходил, если ни считать Майли, которая, постучав не стала дожидаться, когда ей откроют и оставила у двери тележку. В больничной переноске лежали: поднос с едой и стопка одежды. Быстро надев джинсы и тёмно-синюю толстовку, я снова выглянула наружу. Солдата, который охранял мой сон, у кабинета доктора Кайлера уже не было, в коридоре было пусто.

Расправившись завтраком я привела себя в порядок. Волосы торчали во все стороны и нуждались в расчёске. Пришлось собрать их в узел на макушке.

Позже за мной приехал доктор и проводил до коричневого пикапа. Вау! Всё-таки люди, которые смогли выжить, сумели привести некоторые вещи в приемлемое состояние. Не могу вспомнить, было ли у меня средство передвижения, но садясь спереди, вместе с доктором, я восхитилась.

– Почему ваши стажёры не захотели меня проводить?

– Это не так, Ривер. Они хотели с тобой попрощаться, но появились непредвиденные обстоятельства. Вчера прибыл один из основных отрядов солдат, сейчас они нужны там.

От тяжелых стальных ворот лечебницы, автомобиль отъехал почти бесшумно. Прильнув к холодному стеклу, жадно всматриваясь в мир, который не помню, я смотрела на город. Он выглядел как израненный зверь, которого попытались нарядить в чистые, но тесные одежды.

– Я помню об этом. Джереми вчера говорил, что они должны вернуться. С ними были раненые.

– И не только. В группе оказалось двое заражённых, пришлось сооружать дополнительные места в карантинной зоне. Я даже вызвал Сойер и Кейт, сейчас нужно задействовать весь штат.

– Вы имеете ввиду сестёр?

– Да. – Доктор улыбнулся и стал заворачивать. – Вижу Джереми уже начал промывать тебе мозги. Не переживай, вы с ним скоро увидитесь. Я обещал дать ему выходной, уверен, что он заглянет к тебе.– Было бы здорово.

– Как твоя память? Может, вчерашний инцидент помог что-то вспомнить? Такое бывает.

Может, соврать ему? Что мне мешает, придумать свою собственную легенду? Он ведь всё равно ничего не узнает…

От этой мысли стало неопрятно внутри, как будто вся суть протестовала против этого. Тут я поняла, что не хочу врать доктору. Он, Майли и Джереми – мои первые и единственные друзья, в этом незнакомом мире. Мире, где каждый может потерять близкого в любой момент. Не говоря уже о девчонке, которая не помнит от куда тут взялась. Возможно, у меня вообще больше нет близких людей. Никаких. Нигде. Да, я готова врать для защиты, но с этими людьми я буду честна.

– Нет, ничего.

На мой ответ он лишь поджал губы, а я начала ещё внимательнее рассматривать мир за пределами машины.

Машина миновала «Серую зону». По дороге доктор начал рассказывать мне историю города. Раньше здесь были жилые кварталы, теперь же – лишь скелеты высоток с заколоченными окнами. Между руинами вились свежеуложенные нити безупречно черного асфальта, по которым патрулировали дроны. Контраст был пугающим: ржавое прошлое и стерильное, механическое настоящее.

Я увидела людей. Они двигались по тротуарам одинаковыми серыми тенями, уткнувшись в воротники своих форменных курток. Никто не поднимал глаз. Никто не останавливался поговорить. На огромных голографических щитах, установленных прямо на кучах неразобранного щебня, сменялись лозунги: «Порядок – это спасение», «Труд – это жизнь», «Забыв о прошлом, мы строим завтра».

– Ривер, пока рано делать выводы, но судя по тому, что твоя память до сих пор не начала приходить в норму, это значить только одно.

Резко повернувшись в к нему лицом, я замерла ожидая, что он скажет дальше. Хотя, наверное, понимаю куда клонит доктор.– Мы так и не узнали причин, но боюсь, что ты никогда не сможешь восстановиться. Твоя память. Это навсегда.

Я не ответила. Развернувшись, стала дальше разглядывать улицы, которые мы проезжали. За окном промелькнул старый парк. Деревья стояли голые, почти без листьев, а земля залита бетоном. В этом мире даже природа была взята под контроль. Всё было мрачным, но вместе с этим вызывало интерес. Коснувшись пальцами стекла, оставила на нем мутный след. Там, за окном, догорал серый закат, и город постепенно погружался в искусственный свет, исходящий от фонарей и больших вывесок.

– Доктор, в вашей семье были заражённые?

– К счастью, не было. Но и в моей семье были свои потери. Моя жена столкнулась со неизученной формой аутоиммунного заболевания головного мозга, что привело к полной деградации её личности. Сейчас её развитие напоминает скорее трехлетнего ребёнка, чем пятидесятилетней женщины.

– Мне жаль.

– Это произошло десять лет назад. Сейчас она живёт отдельно, окружена заботой и вниманием специализированного персонала. Я добровольно отказался её навещать. Не могу выносить этого. Слишком тяжело.

– Ох, мистер Кайлер…

– Мы с Ислой были вместе со школы. Она родила очень рано.

Протянув руку, я коснулась его плеча и сжала. Моё сердце кровоточило от того, что все в этом мире проходят через боль. Кто-то из-за вируса, кто-то по другой причине.

– Я положил всю жизнь ради этого… чтобы сберечь семью. Придумывал варианты вакцин и антидотов, на случай если это всё-таки произойдёт. Как оказалось, наш мир непредсказуем.

– Это ужасно. Всё это! Вчера Джереми показал мне Карантин…. Нужна сила духа, чтобы наблюдать это каждый день. Он рассказал про своих родителей…

– Я рад, что Джереми поделился с тобой. Он немного своеобразный, не в последнюю очередь, потому что оказался сиротой, но у него быстрый ум и очень доброе сердце. Каждый, кто с ним знаком, со мной согласиться.

– Вы правы.

Пейзаж сменился внезапно. Машина свернула в сторону элитного сектора, где за высокими заборами с датчиками движения, виднелись одинаковые белые дома. Вскоре мы припарковались у одного из таких домов.

Пикап затормозил перед массивным бетонным крыльцом. Перед тем как выйти, доктор Кайлер куда-то нажал и замок с моей стороны щелкнул дистанционно, выпроваживая наружу. Я ступила на обледенелый гравий и осмотрелась. Воздух здесь был другим: сухим, свежим и пронзительно холодным, без привычной по лечебнице примеси хлорки.

– Идём.

Доктор зашагал в дом быстрым шагом, я едва поспевала, хотелось всё тут осмотреть. Тяжелая входная дверь открылась без единого звука. Замерев, я оглядела холл. Изнутри дом выглядел как декорация к жизни, которой больше не существовало. Я прошла внутрь, направившись на кухню. Проведя рукой по столу, я поняла, что доктор говорил правду, когда сказал, что не появляется тут. Вся ладонь была в пыли. В целом весь интерьер был пугающе минималистичным и функциональным. Здесь не было ни ковров, ни штор.

В гостиной стоял диван, обтянутый грубой серой тканью, а напротив него – пустая стена, на которую проектор транслировал текущее время и показатели чистоты воздуха: 15 октября 2075 года. Статус: Норма.

– Немного жутковато.

– Не правда.

Мой сопровождающий оскорблённо смахнул пыль с дивана и присел. Он взял рацию и нажав какую-то комбинацию кнопок протянул мне.

– Тут вполне безопасно, но на всякий случай возьми.

Он отдал рацию, показывая на какие кнопки нажимать в каких ситуациях. Особенное внимание уделил экстренным кнопкам и тем, которые ни в коем случае наживать нельзя.

– Выходит, рации могут работать на самых разных частотах и дальностях?

– Не все. Те, что у меня могут. Так можешь связаться с кем-то, если попадёшь в беду. Я надеюсь, что такое не произойдёт, конечно, но так мне будет спокойно.

– Откуда у вас такая техника?

Я не могла скрыть изумление в голосе. Не нужно иметь память, чтобы понять, что в мире, где мы находимся, такие вещи непозволительная роскошь. И позволить себя такое могут только единицы. О, боже, да тут есть люди, которые борются за выживание будучи здоровыми! Мы проезжали мимо одной из переработанных станций, и я видела как вместе с крысами, у мусорных баков жили люди.

– Это одна из разработок моего сына. Деятельность его компании обширна, и направлена на сотрудничество с правительством Аркадии. Он уверен, что когда-нибудь его возглавит.

С этими словами он смеясь покачал головой, а я в сотый раз поблагодарив его, стала продолжать осматривать своё новое жилище.

Пройдя вглубь, я слышала, как шаги гулко отозвались в пустоте. В углу комнаты увидела то, что заставило меня похолодеть: в потолке медленно и бесшумно повернулся объектив камеры наблюдения. Он зафиксировал движение, мигнул красным огоньком и замер. Это реально не дом, а персональная лаборатория. Стало не по себе. Захотелось вернуться в свою обшарпанную палату. Там, по крайней мере, не было камер. Сзади подошёл доктор и видя моё беспокойство постарался успокоить.

– Тут повсюду камеры, Ривер. В Аркадии.

– Но в вашем госпитале их нет. Почему?

– Это тоже заслуга моего сына. Он считает, не совсем гуманно – снимать людей на камеру, когда они находятся при смерти.– Что ж, ваш сын чертовски прав!– Да, но, к сожалению, убрать камеры из жилых домов вне его возможностей.

– Но зачем…

– Главные лица Аркадии, считают, что такого рода контроль ситуации необходим, чтобы вовремя помочь, если кто-то заразиться.

Нет. Полный контроль и возможность подавить мятеж в зародыше – вот истинные мотивы вашего правительства.

А это ещё что было? Откуда у меня эта мысль в голове? Я не произнесла это вслух, видя, с какой преданностью доктор говорит. Пусть лучше считает меня наивной дурочкой. Хотя, откуда мне знать? Может я такая и есть. Дальше доктор Кайлер закончил проводить для меня экскурсию по дому. Показал, как работает тепловой генератор и проектор. Теперь, мне должно быть не так скучно, как в палате. Через проектор я могла смотреть всё, что хотела, но доктор предложил начать с документальных фильмов, о последних пятидесяти лет. После чего уехал, оставив меня одну.

Джереми приехал на следующее утро, и привёз сумку с вещами.

– Майли просила передать. Одевайся, я покажу тебе окрестности.

Не дослушав, я схватила одежду и побежала в ванну. Не думаю, что в другой жизни я страдала шопоголизмом, но мне дико хотелось надеть свежую одежду.

Вещей было даже больше, чем я ожидала. Длинная, свободная юбка, двое штанов и кофт к ним, и много футболок. Обожаю это девчонку!

Выбор пал на юбку и одну из цветных футболок. Я распустила длинные волосы и расчесала их расчёской, которую нашла в ванне. Выйдя в холл, обнаружила Джереми разговаривающим по рации. Тактично подождав, когда он закончит, я подкралась сзади.

– У меня тоже есть такая штука!

– Такие рации есть не у всех, но ты, наверное, уже знаешь…

Он обернулся и резко замолчал, удивлённо раскрыв глаза. Присвистнув, Джереми широко улыбнулся.

– Распускай волосы почаще! Это потрясающе! Ты похожа на принцесс из сказок!

– Да ладно тебе! Идём.

Выйдя из дома и зашагав вдоль улицы, он рассказывал об этом месте.

– В Аркадии есть четыре зоны: промышленная, жилая, где обитают высшие слои общества, трущобы и серая зона, где находятся госпитали и военные объекты. Мы сейчас идём, по той самой, жилой зоне для богачей. Доктор, так не считает, но что взять с человека, который никогда не жил в трущобах. А вот я жил.

Он подмигнул мне и стал комментировать здания которые мы проходили. Зона высшей касты ослепляла. Вместо разбитого асфальта – дорожки из белого кварца. Я прищурилась: после полумрака госпиталя, где я провела несколько дней, чистота этого места казалась агрессивной. У некоторых домов, были разбиты «вертикальные сады» – пышная зелень, настоящая, не синтетическая, удерживаемая под куполами климат-контроля.

Потрясающе… но, во сколько, всё это обходится?

– Видишь ту башню с золотым шпилем? – Джереми указал вперёд. – Это Центр Ресурсов. Там решают, сколько литров чистой воды сегодня получит каждая зона. Отсюда кажется, что всё это – рай, правда?

Мы прошли жилые дома и спустились к центральной площади, где было многолюдно. Люди передвигались неспешно, одеты были в шикарную одежду, некоторые перемещались с тонкими бокалами, смакуя, болтали друг с другом.

Странно, эти люди совсем не похожи на рабочих в форме, мимо которых я проезжала вчера.

– Мы с доктором вчера проезжали мимо людей. На них были рабочие комбинезоны. Они живут в трущобах?

– Возможно, но скорее всего вы проезжали промешенную зону, но ход мысли верный. Там люди пашут от зари до глубокой ночи, а тут ты рабочих не встретишь.

– Не очень понятно…

– Не парься. Поймёшь со временем.

Мы продолжали идти, я жадно всматривалась в людей и окружающую обстановку. Обращая внимание, что почти на каждом шагу были камеры. Они двигались медленно, как по таймеру.

Странность какая-то! Неужели, кто-то и правда сидит за монитором, наблюдая за целым городом?

Всё тут казалось красивым и неживым. Попросив Джереми рассказать о Аркадии ещё, мы вместе присели на скамейку перед очень милой аллеей.

– Изначально это был город полный анархии. У него было другое название, какое-то дурацкое, ещё до Мора. Но примерно сорок пять лет назад, после того как вирус стал впервые отступать, несколько семей возглавили эти земли. С того времени, это место, из города превратилось в целую империю, со своими законами и порядками. Власть тут передаётся из поколения в поколение семей основателей. Чужих в свою тусовку они не пускают.– И угораздило же меня, потерять память именно в таком долбанутом местечке!– Тут ты не права! Если бы не мы, ты бы так и загнулась в том лесу. Поверь, лучше находится внутри стен, чем снаружи! Где угодно, лучше, чем снаружи.

– Это был сарказм, вообще-то. Но место действительно странное, потребуется время, чтобы ко всему здесь привыкнуть. Одни эти камеры чего стоят!

Я резким жестом показала на ближайшую камеру, в то время как Джереми, встал и громко захохотал.

– Добро пожаловать в Аркадию, – произнес он с горечью, которую не смог скрыть за показной радостью. – Посмотри на это. 2075-й год на исходе, мир в руинах, но здесь время будто застыло в золотом веке.

Мы ещё какое-то время прогулялись и вернулись в дом. Он решил похвастаться своей новой рацией, а когда увидел у меня такую-же показал, как выходить на нужную чистоту, чтобы связаться с ним или доктором. Позже, когда он уехал, я залезла в ванну и пыталась вспомнить первый день после того, как пришла в себя. Потом второй. А потом, вспомнила ночь, когда я увидела того типа. Меня волновал не он, а сам факт, что кто-то мог прирезать меня, например, пока я сплю. Но то, что откуда-то у меня есть навыки самообороны, меня очень радовало. Возможно, в прошлой жизни, я надирала задницы таким говнюкам.